Кирилл Смородин – Адреналинщик (страница 5)
Боль практически сошла на нет, спазмы в мышцах тоже прекратились. Адреналин продолжал вырабатываться, и я чувствовал в самом себе невероятную силу. Я был готов свернуть горы.
Так неужели этого не хватит, чтобы просто совладать с собственным телом?!
Меня захлестнула волна ярости. Отчаянно засопев, я напряг мышцы. Их тут же прострелила дикая боль, но…
Плевать. У меня есть цель, и ее нужно достичь несмотря ни на что.
Первое, что мне удалось – оскалиться. Всего лишь на пару секунд, но и это было уже что-то. Значит, шансы вновь встать на ноги действительно есть.
Воодушевленный успехом, я сфокусировал взгляд на пальцах левой руки и попытался шевельнуть ими. С третьей попытки у меня получилось.
Маги продолжали сражаться. Воздух в музейном зале беспрестанно вибрировал и озарялся разноцветными вспышками заклинаний, уши закладывало от свиста, воя и грохота, но сейчас для меня все творящееся рядом безумие отошло на второй план. Я полностью сосредоточился на собственном теле, на том, чтобы оно снова стало меня слушаться. И потихоньку, шажок за шажком, добивался своего.
Левая рука. Плечо. Шея. Грудь. Я сражался за каждую часть своего тела, прикладывая невероятные усилия. Обливался потом, скрипел зубами, жадно заглатывал воздух. Несколько раз я был близок к тому, чтобы провалиться в беспамятство, но удерживал себя в сознании.
Вскоре я смог перевернуться на живот. Работая все еще слабыми руками и ногами, пополз к чудом уцелевшему постаменту, на котором застыл расправивший крылья орел. В качестве временного укрытия вполне сгодится.
Спрятавшись, продолжил приводить себя в порядок, и чем дольше я этим занимался, тем быстрее к телу возвращалась сила.
Кто-то из сражавшихся магов отчаянно закричал. Тут же в зале стало еще горячее, запахло дымом, а в стены, пол и потолок с невероятной скоростью начали бить оранжевые молнии. Одна из них попала в орла, и тот взорвался. Следующая расколола постамент, лишив меня укрытия.
Но к тому моменту я уже мог стоять и двигаться достаточно быстро. А потому метнулся к одной из колонн в дальнем конце зала и спрятался за ней. Переведя дух, осторожно выглянул и обнаружил, что чародеи добились немалых успехов в истреблении друг друга.
В живых оставались лишь двое – один из магов в масках и тот ублюдок, что обездвижил меня. Сейчас он сам был далеко не в лучшем состоянии: от костюма остались жалкие лохмотья, лицо скрывалось под коркой запекшейся крови, неестественно вывернутая левая рука безжизненно висела. Чародея шатало, он тяжело дышал и едва удерживался на ногах, но все же продолжал бой. Вернее – оборонялся, действуя большим призрачным щитом, сотканным из зеленого света.
Его противник яростно атаковал, используя в качестве оружия… собственную руку, превратившуюся в большую змею с широкой зубастой пастью, из которой летели брызги какой-то шипящей и дымящейся дряни. Подобно настоящей хищнице, рука-змея совершала выпад за выпадом, стремясь достать цель, но неизменно натыкалась мордой на защиту.
– Охренеть… – выдохнул я, не в силах отвести взгляда от происходящего.
Безумная дуэль продолжалась около минуты. Но затем маг в маске, похоже, выдохся: он вернул руке нормальный вид и качнулся так, что едва не упал. Для его противника это был великолепный шанс нанести решающий удар.
Резкий выкрик – и зеленый щит мгновенно трансформировался в копье, которое тут же устремилось к цели и пробило чародею в маске грудь. Тот вскрикнул и выгнулся, а спустя еще секунду все его тело оказалось объято зеленым огнем.
Маг заорал от боли, заметался, размахивая руками. Видимо, пытался таким образом избавиться от пламени. Но все было тщетно, и вскоре он упал замертво.
Уцелевший чародей несколько секунд смотрел на него, с трудом удерживаясь на ногах. Потом упал на колени, отыскал глазами труп сестры и, всхлипывая, медленно пополз к ней. Добравшись, он лег рядом с телом и просто завыл. И почти тут же ему вторил вой сирен, донесшийся снаружи.
Вот ведь дерьмо!.. Для жителей близлежащих домов происходящее в музее не могло остаться незамеченным, и среди них обязательно нашлись те, кто счел своим долгом вызвать полицию, «скорую», пожарных, спасателей, цыган и так далее. И сейчас вся эта веселая компания будет здесь, так что надо сматываться. Но сначала…
Я наконец отыскал взглядом то, что хотел. Мешок с фигуркой демона лежал почти в центре зала. Добраться до него, схватить, а затем выпрыгнуть в окно – на все это мне понадобится не более двух-трех секунд. Оставшийся в живых маг занят оплакиванием погибшей сестры, я вернул себе полный контроль над телом и по-прежнему нахожусь в «режиме зверя». Так что шансы успешно завершить дело весьма велики.
С этой мыслью я и рванул вперед.
Раз – и я уже возле мешка. Затормозив, схватил его и, не обращая на протестующий выкрик чародея, устремился к окну. Оттолкнулся ногами от пола, взлетел и тут же, прямо в воздухе, замер, не в силах ни пошевелиться, ни вдохнуть.
Понять, что именно случилось, труда не составило: гребаный маг никак не желал успокаиваться. Ублюдок все же нашел в себе силы, чтобы подгадить мне в очередной раз.
Попытки освободиться ни к чему не привели. Но спустя несколько секунд меня стало медленно разворачивать. И когда я оказался спиной к окну, то в очередной раз очень сильно удивился.
Потерявший сестру чародей был ни при чем. В воздухе меня держала магия высокой черноволосой женщины, появившейся в музейном зале из очередного портала – на сей раз не темно-красного, а бирюзового. Рассмотреть ее мне не удалось. В голове будто бы взорвалась сверхновая, и я отключился.
Глава 3
Пробуждение было невероятно тяжелым: я словно выбирался из трясины, зыбкая утроба которой никак не желала меня отпускать. Вдобавок – боль. В голове, глазах, каждой мышце и каждой кости. Было такое чувство, что по мне проехался карьерный самосвал. Несколько раз, туда-сюда.
Не открывая глаза, я понял, что лежу на чем-то мягком, но колючем. Холодный воздух был пропитан запахом гнили, а шею как будто что-то слегка сдавливало.
Безумно хотелось вновь провалиться в забытье, но я заставил себя удержаться в сознании. А затем – разлепил дрожащие веки.
И сразу понял, что дело дрянь.
Я лежал на куче гнилой соломы в тесном каменном коробе. Пространство освещалось маленькой желтой сферой, зависшей под далеким потолком. Рядом располагалась дверь – тяжелая, железная, с зарешеченным окошком. А той штукой, что сдавливала мне шею, оказался кожаный ошейник, длинной цепью соединенный с металлическим кольцом, вмурованным в стену.
Меня посадили на привязь, будто какого-то пса.
Черт! В такое дерьмовое дерьмо я еще не вляпывался!..
Сердцебиение тут же ускорило ритм, начал выделяться адреналин, и мне стало полегче. Боль понемногу уходила, а способность ясно мыслить – наоборот, возвращалась. Вместе с воспоминаниями обо всем случившемся.
Музейный зал. Маги-близнецы, способные на невероятные вещи. Четверо в масках, ничем им не уступающие. Безумная бойня, в которой я уцелел лишь чудом. И…
Поток воспоминаний прервался, когда с той стороны двери послышались шаги. Спустя пару секунд что-то лязгнуло, дверь вздрогнула и открылась. Я поднялся, отошел к противоположной стене и сжал кулаки.
На пороге стояла женщина. Та самая, что появилась в музее – высокая, черноволосая и очень красивая. Вернее – очень красивой она была когда-то, ровно до тех пор, пока кто-то или что-то не оставило на ее лице жуткий бордовый шрам. Он начинался у левого угла рта и тянулся до уха, отчего казалось, что лицо женщины искажено зловещей полуухмылкой. Вдобавок ее губы были накрашены помадой все того же бордового цвета и полностью сливались с пробороздившей щеку отметиной.
Почувствовав, что шрам приковал мое внимание, женщина чуть нахмурила брови. В серых миндалевидных глазах читались недовольство и боль.
Я отвел взгляд от рубца и мельком оглядел фигуру женщины. Простое черное платье с длинными рукавами и белым кружевным воротником лишь подчеркивало все ее достоинства. И я бы с удовольствием полюбовался подольше и высокой грудью незнакомки, и ее плоским животом, и крутыми бедрами… Беда лишь в том, что обстоятельства нашей встречи к этому совершенно не располагали.
Внутреннее чутье отчаянно сигнализировало: ничем хорошим общение с этой зловещей красоткой не закончится.
По-прежнему хмурясь, женщина переступила порог камеры. Без какого-либо страха или опасения шагнула ко мне и протянула небольшой металлический обруч, украшенный вязью причудливых символов. Второй такой же был у нее в другой руке.
Я не торопился брать предложенное, и незнакомке это не понравилось.
– Мерро басх! – зло сверкнув глазами, произнесла она. В низком, но мелодичном голосе отчетливо звучали требовательные нотки. – Барре!
Что ж, раз уж она настаивает… К тому же эта штука вполне может пригодиться для того, что я задумал.
Зачем-то задержав дыхание, я протянул руку к обручу и взял его. Тот оказался на удивление тяжелым, но это даже хорошо. А вот то, что железяка пульсировала теплом, честно говоря, напрягало. Из-за этого она казалась чем-то живым. И враждебным.
Женщина удовлетворенно кивнула, а затем надела второй обруч себе на голову.
– Барре! – все так же требовательно повторила она.