Кирилл Смородин – Адреналинщик (страница 27)

Единственное, что радовало – все трое напавших на нас магов были мертвы. Орвулл буравил небо пустым взглядом, лицо лежащего рядом с ним Пэмпа искажала гримаса боли и ужаса, а Лира… Бернус превратил ее тело в сплошной ожог.

Ощутив, как усилился «режим зверя», я запрыгнул на край «колодца» и заглянул внутрь.

Ростки с жалами тоже окаменели, к счастью, так и не достигнув Лестера и остальных, но взяв их в плотное кольцо. Десятки неподвижных черных «змей» окружали моих спутников, вынуждая их тесниться в центре ловушки.

Лана одну за другой создавала призрачных кошек. Те бросались на ростки и взрывались. Бернус, с охваченными пламенем руками, держался сразу за двух «змей» и, яростно рыча, пытался их сломать. Однако от их стараний не было никакого толку.

Единственным, у кого что-то получалось, оказался Брайм.

Исполин скинул серый балахон, и при взгляде на его тело у меня отвисла челюсть. Руки, грудь и спину гиганта покрывали своего рода «латы». Серые, будто каменные, и с десятками шипов. Сам Брайм яростно работал руками, стремясь разбить застывшие ростки. Сила каждого удара была просто чудовищной, однако «змеи» разрушались крайне медленно.

– Матвей! – Лестер первым заметил меня, и я одним прыжком оказался рядом с чародеем и остальными.

Внутри «колодца» было еще жарче. Колеблющийся воздух обжигал кожу, огнем разливался по носоглотке при каждом вдохе и становился все горячее. Еще две-три минуты – и нас просто зажарит.

– Ты нашел мага? – по морщинистому лицу чародея катился пот, в глазах читалась паника.

Он явно понимал, что происходит.

– Нашел, – ответил я. – И убил. Но… Ты ведь сказал…

– Да, Матвей, я помню, – перебил Лестер, болезненно морщась.

– Тогда почему?.. – я не договорил и обвел взглядом окаменевший и все больше раскаляющийся «колодец».

Внутри него тоже начали проявляться светящиеся оранжевые пятна. И с каждой секундой они росли, тянулись к друг другу, будто стремясь слиться в единый узор, дышащий невероятным жаром.

– Я кое-чего не учел, – с трудом выталкивая слова из пересохшей глотки, произнес Лестер. – Тот маг… Похоже, что он подстраховался. Как раз на случай, если кто-нибудь нападет на него.

– Каким образом?

– Вплел в «колючий колодец» еще одно заклинание. Разрушительное. Которое сработает, если жизнь мага вдруг оборвется или кто-то вынудит его прервать контакт с землей до того, как он сам решит сделать это.

– И что теперь? – я сжал кулаки. – Нас сожжет?

– Похоже на то, – кивнул Лестер, с трудом удерживаясь на ногах. – Если не хуже…

«Колючий колодец» продолжал нагреваться. Наливающиеся оранжевым светом «стены» начали трещать и вибрировать. Это означало одно: то самое разрушительное заклинание, о котором рассказал Лестер, набирало силу.

И хрен знает, что случится, когда его мощь достигнет пика.

– Сука! – неожиданно взвизгнула Лана.

Она прекратила создавать призрачных кошек, рухнула на колени и, спрятав лицо в ладонях, расплакалась. Брайм, увидев это, заработал ручищами еще яростнее.

– Вытащите меня отсюда! – провыла девушка. – Пожалуйста!

Собственно, как раз этим я и собирался заняться.

– Поднимайся, – сказал я, подойдя к Лане, аккуратно взял ее за плечо и ощутил, как она дрожит. – Сейчас все закончится.

Девушка встала, я подхватил ее на руки и хотел уже выпрыгнуть из «колодца», но не успел.

Оранжевое сияние расплавленным металлом затопило все внутреннее пространство ловушки. Лана, Лестер и Бернус закричали от боли, однако их голоса почти тут же перекрыло жутким грохотом. Земля под ногами содрогнулась и стала проваливаться.

А потом «колючий колодец» разнесло невероятным по силе взрывом.

Глава 14

Понятия не имею, успел ли я.

То, что сейчас произойдет нечто непоправимое, я понял буквально за секунду до взрыва. И вроде бы даже смог сформировать над собой и остальными еще один защитный купол. Но почему тогда уже в следующее мгновение меня подняло в воздух и завертело с дикой скоростью? И почему сейчас я нахожусь не на поляне, а среди деревьев?

Лежу на траве, придавленный…

– Это ты мне так отомстить решила? – ляпнул я первое, что пришло в голову, как только лежащая на мне Лана наконец очнулась.

Та мигом поняла, что к чему. Гневно сверкнула зелеными глазищами и хотела было зашипеть будто рассерженная кошка, но в последний момент передумала.

А я хотел сказать что-нибудь еще, но… тоже передумал. По одной простой причине: если Лане вдруг вздумается сжать пальцы левой руки, мне может стать очень больно. Так, что ни один «режим зверя» не спасет.

– Тупой извращенец! – фыркнула девушка и поспешно слезла с меня. – Все вы, парни, одинаковые, только об одном и думаете! Даже если едва не подохли!

Последняя фраза Ланы заставила меня помрачнеть. Я жив. Девушка тоже. А вот что с остальными? Смогли ли они пережить взрыв?

Стоило представить, как я остаюсь в этом мире один, без Лестера, как кровь закипела от адреналина.

– Ты чего? – Лана напряженно покосилась на меня, объятого черно-зеленым дымом.

– Ничего, – ответил я и поднялся. Затем заставил себя успокоиться. – Идем. Нужно найти остальных.

Первым мы отыскали Бернуса. Выглядел рыжий так, будто крепко выпил: сидел, слегка покачиваясь, и буравил мутным взглядом поваленную березу. Увидев нас, здоровяк расплылся в ухмылке.

– А вот и ржавый кот с подружкой, – пробасил он. – Растрепанные вы какие-то. Чем занима…

– Заткнись, идиотина! – тут же заорала Лана, прожигая пироманта огнем своих зеленых глаз. Довольно иронично… – Если привык хреном думать, то хоть рот не разевай! Может, за умного сойдешь. Хотя вряд ли, на роже все написано, кто ты есть.

Бернус в ответ лишь ухмыльнулся, хотя в мрачном взгляде и блеснуло что-то недоброе.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил я, помогая громиле подняться.

– Бывало и похуже, – ответил тот и качнулся так, что едва не упал.

– Видел Лестера или Брайма?

Бернус мотнул головой и сморщился от боли. Похоже, от контузии после взрыва его не спас даже купол, и эта мысль лишь усилила тревогу.

– Ну? – поторопила нас девушка. – Так и будете столбами стоять?

Спустя полминуты мы вышли к поляне, в центре которой теперь был кратер, оставшийся после взрыва.

– Охренеть… – пробормотала Лана, широко раскрытыми глазами глядя на глубокую черную яму.

– Да, цыпа, рвануло знатно, – согласился Бернус. – И если бы ржавый кот не прикрыл своей магией твои очаровательные булочки…

Полный ярости взгляд Ланы заставил его замолчать. Потом девушка мельком посмотрела на меня и… Не знаю, может, мне показалось, но в зеленых глазах читалась благодарность.

Лестер и Брайм обнаружились на другой стороне поляны, укрытые кучей земли. С чародеем, к счастью, все было в порядке. А вот исполин, похоже, умирал.

Выглядел он так, будто попал в зубастые пасти целой стаи волков. Жуткие рваные раны на руках и ногах, черные пятна ожогов, развороченная грудная клетка. Шипастые «латы» исчезли, но кожа на тех местах, где они были, так и оставалась серой и будто бы ороговевшей.

– Дерьмо! – воскликнула Лана, едва увидев Брайма. Она бросилась вперед и упала на колени рядом с гигантом. – Брайм! Какого хрена?!

Тот с трудом сфокусировал на девушке мутный от боли взгляд, и окровавленные губы слегка дернулись. Наверное, это была попытка улыбнуться.

– Госпожа Лана… – прохрипел Брайм. – Вы живы.

– Разумеется! И ты… И ты тоже будешь жить, понял?! – девушку затрясло, она закусила нижнюю губу и прерывисто вздохнула. – Не смей умирать!

Видимо, сама понимала, что сказанное ею невозможно. Однако из-за крутого нрава отказывалась это принимать.

– К сожалению, госпожа Лана, Брайму уже не помочь, – мягко произнес Лестер.

Увидев, что исполин оскалился от боли, чародей положил ладонь ему на лоб и прикрыл глаза. Спустя несколько секунд Брайму полегчало.

Но это, разумеется, было временное облегчение.

– Его раны слишком серьезны, – продолжил Лестер. – Даже если бы он сейчас оказался в руках лучших магов-целителей Инарса… Они бы тоже ничего не смогли сделать.