Кирилл Шарапов – S-T-I-K-S. Двойник 4. Дом восходящего солнца (страница 5)

Внизу заурчали, но не призывно, как обычно это делают зараженные, а тихонько, словно удивленно. А через секунду послышался звук разрываемой ткани. Ампер аккуратно, чтобы не задеть парня, тихонько отвел в сторону угол пленки и высунул наружу зеркальце на раздвижной ручке. Бегун, матерый, но очертания еще человеческие, содрал с убитого пустыша одежду и жрет. «Ну, питайся», – хмыкнул Погорелов и вернулся на прежнее место. Но усевшись, понял, что зря как поступил, пусть домик высоко, до трупака метров пять, и ветер дул в другую сторону, но если бегун вскроет брюхо, мерзкая запашина Амперу и Филину гарантирована. Ампер снова взялся за АПС и, отодвинув пленку, прицелился в затылок, палец лег на спуск. Бегун, словно почуяв, приподнял голову и уставился в заросли, при этом у него во рут так и остался шматок мяса. Что он увидел или услышал, Погорелов так и не узнал, вскочив на ноги, тварь рванула прочь.

Несколько секунд бывший прапорщик прислушивался к удаляющимся шагам, в городе метрах в пятистах опять вспыхнула перестрелка, но вскоре стихла. Филин завозился, но почти сразу успокоился. Ампер снова вернулся на прежнее место, как ни странно, но в этом маленьком домике, сколоченном двумя мальчишками, он чувствовал спокойно и в безопасности. Как во время дождя в наркоманском шалаше на берегу великой реки. Он закрыл глаза. Рина… Он ведь должен, что есть сил, спешить, а он тут нянчится с очередным своим двойником. Но как бросить пацана? Ринка хоть и стервозней стала, получив кое-какие черты прежней личности, но осталась человеком, и если узнает, что он ради нее кинул мальчишку, не простит. Ампер ведь догадывается, что поход как-то связан с их будущим, возможно даже с ребенком. Что она увидела, глотая этот странный горох?

– Дядя Ампер.

Погорелов дернулся, открыв глаза. Похоже, вырубило его, напряженный день вышел, замотался. Филин сидел и дергал его за кроссовок. Увидев, что он проснулся, мальчишка зашептал:

– Там, внизу, кто-то урчит. Страшно урчит, не как те, свежие.

Ампер кивнул, мол, понял и медленно взял в руку револьвер. Снаружи было темно, небо опять тучами затянуло, скрыв яркую луну и звезды. По ощущениям он проспал часов пять, а это значит, часа два за полночь.

Прав был Филин, проблемка под деревом нарисовалась, не сказать, что серьезная, хотя для мальчишки этот зараженный приговор, да и для плохо вооруженного рейдера тоже. Топтун стоял внизу и, задрав башку, на которой уже появились роговые пластины, недовольно урчал, для него домик со вкусными человеками был высоковат. Нет, он, конечно, рано или поздно доберется до мяса, но пока он еще не придумал, как это сделать. Ампер не стал использовать дар, тварь и так идеальна мишень, в ночной тишине выстрел с РШ12 показался очень громким. Тяжелая бронебойная пуля угодила точно в глаз, пробив череп насквозь.

Ампер медленно вернул пленку на место, сейчас может и завертеться, если другие зараженные поблизости есть. Минута, ветер шумит в листве, домик слегка качается, поскрипывая. Черт, шумное уж больно убежище, на него все твари сбегутся. Пять минут, тишина. Да, оружие с глушаками рулит, а такой крупный калибр вообще бесценен.

– Ложись спать, – прошептал Ампер, – тварь мертва. И ты не ошибся, действительно серьезная, настоящий Филин.

Мальчишка гордо сверкнул зелеными глазами, положил голову на рюкзак и, натянув скинутую куртку, почти мгновенно засопел.

Погорелов зябко поежился, на нем только майка, теплая, конечно, тельняшка с начесом, но эта ночь была прохладной. И ведь не согреться ни едой, ни питьем. Стараясь не разбудить мальчишку, достав на ощупь из рюкзака живец, Ампер сделал пару глотков. Теперь главное – дожить до рассвета и не встрять в городе.

Утром зарядил дождь, мелкий, противный, и совсем не нужный, вот только сваливать из этого шалаша нужно обязательно. Дважды кто-то проходил под деревом. Не засек домик, и на том спасибо.

– Филин, нам пора, – разбудив парня на рассвете и закутывая в свою куртку, подвязав обрезком веревки, произнес Ампер. На десятилетнем мальчишке спецовка смотрелась, как полноценный халат.

– Не хочу, – попытался закапризничать тот.

– Надо, – покачал головой Погорелов. – Ты можешь капризничать, сколько угодно. Вчера ты вел себя, как взрослый, давай так и продолжим, и я с тобой буду обращаться, как со взрослым. Нытья я не потерплю. Я говорю, ты делаешь, или можешь выживать самостоятельно.

Мальчишка насупился, но все же решил кивнуть, соглашаясь.

– Вот и хорошо, – потрепав Филина по макушке, подвел итог воспитательной беседы Ампер. – Идем к тебе домой, простуда тебе не светит, но одеться нужно для дороги. Идем очень тихо, от укрытия к укрытию. Если что страшное увидишь, ни в коем случае не кричи, я рядом, я тебя прикрою. Кстати, будешь хорошо себя вести, мы с тобой потренируемся в различных знаках, постреляем, посмотрим, насколько ты подготовлен. Только место потише надо найти.

Мальчишка тут же забыл про капризы и с вожделением уставился на револьвер. «Ну, помечтай, – подумал Погорелов. – Из этой гаубицы каждый выстрел золотой».

Веревочная лестница выдержала, и уже через пять секунд бывший прапорщик был на земле. Мальчишка, запутавшись в огромной куртке, едва не сорвался, но все же слез. Ампер указал на тело твари.

– Это топтун, тварь очень нехорошая, быстрая, смертоносная, но шумная. Я тебе вчера про него рассказывал.

– Каменные пятки, словно копыта стучат, – тут же выдал информацию Филин.

– Молодец. А теперь урок по выживанию номер один, – с трудом переворачивая тушу топтуна, лежащую на спине, на бок, Погорелов указал на голову, – затылок видишь? Чесночину? Это и есть споровый мешок. – Он достал нож, показал, как резать, потом порылся и извлек четыре спорана и горошину. Одну виноградину он кинул мальчишке. – Спрячь пока в карман штанов, потом переложишь в горку, только не забудь. Помнишь для чего надо?

– Да, из него готовят живец, – пряча свой первый трофей в карман, выдал усвоенное мальчишка. – Противно же такую дрянь пить.

– Привыкаешь, – усмехнулся Ампер. – Никуда не деться, все пьют, кто хочет нормально жить, без этой дряни мы болеем. Считай, что это настойка на грибах. Видишь же, никакого месива, только паутина, и все. А теперь веди меня к твоему дому, идешь рядом, направление показываешь рукой. Если что заметил, снова рукой на объект. Главное правило Стикса?

– Меньше шуму – меньше проблем, – оттарабанил Филин, гордый собой.

– Тогда вперед, – скомандовал Ампер.

Вообще мальчишка умный и спортивный, уже три года, как ходит в секцию гимнастики. Для своего возраста он достаточно высок, аж метр сорок четыре, как он гордо похвастался, весит килограмм тридцать пять на глазок. Короче, развитой мальчонка. Может и вправду со стволом управится, нельзя в Стиксе без оружия, даже детям. Вот только где взять ствол под не слишком крупный калибр с глушаком, Ампер понятия не имел.

До границы парка добрались без проблем, в городе стало тише, выстрелов Погорелов не слышал уже несколько часов.

– Нам туда, – прошептал Филин, указав на угол девятиэтажки, – за ней еще две, моя третья.

– Пошли, дальше только знаками.

Мальчишка с очень серьезным лицом кивнул и первым выбрался из-за деревьев, пригнувшись, побежал к дому, до которого оставалось всего метров двадцать. Его домашние тапки шлепали по асфальту так, что Погорелов скривился. «Придется мальчишке разуться, он так на уши всех поставит», – прикинул расклад бывший прапорщик, и словно в подтверждение из-за куста сирени поднялся пустыш. Ампер вырвался вперед и, походя, уложил низшего зараженного «клювом». Чисто, быстро и почти бесшумно.

– Снимай тапки, – шепотом приказал он, когда они добрались до угла и присели возле подвала, – топаешь ты в них так, что сюда все твари с полукилометра сбегутся. Придется тебе босиком погулять. Тут не далеко, думаю, выдержишь.

Филин кивнул и молча снял обувь, но выкидывать не стал, молодец, в руках оставил.

Новая перебежка к следующему дому прошли удачно, бегун, что-то жрущий у крайнего подъезда, даже не навелся.

Ампер показал оттопыренный большой палец. Филин гордо улыбнулся.

Еще один марш-бросок, и снова без всякого шухера. А вот дальше начались трудности, нужный подъезд был крайним с противоположенной стороны дома, и возле него стоял пустыш с топором в руке. Ну как в руке? Петля шнурка не успела соскользнуть с запястья, а может, зацепилась за что. Морду он уже в чьей-то крови изгваздал, но штаны не потерял, интересный кадр, полицейская форма с погонами капитана.

– Он меня от мамы спас, когда она обратилась, – тихо и с грустью произнес Филин. – Это дядя Вадик Капитонов, он полицейский. С папой дружил и с дядей Сашей, ездил вместе с нами на охоту.

– Охотник – это хорошо, и по фигуре мы с ним похожи, правда, он на полголовы ниже, – обрадовался бывший прапорщик, прикидывая, удастся ли разжиться приличными шмотками в квартире мента, давно пора было гардероб обновить.

Поскольку капитан стоял спиной, Погорелов оставил мальчишку сидеть возле декоративной изгороди из шиповника, а сам скользнул вперед. Десять метров, пять, дернуть мизинцем, взять под контроль, удар «клювом» в затылок. Все, тело почти бесшумно падает на асфальт. Ампер успел подхватить тяжелый топорик, который мог наделать шуму, и бережно опустил его рядом.