Кирилл Шарапов – На той стороне: Между светом и тьмой (страница 23)

— Я непременно расскажу вам все, что видел, слышал и чувствовал. При встрече с этими тварями, возможно, это поможет нам найти ответ на вопрос, как с ними бороться, или хотя бы, чтобы они нас не видели.

— Константин Андреевич, если вы хотите контролировать столицу и после окончания ритуала поиска князя, тогда придется уничтожить их. Иначе все будет зря. Но сначала давайте определимся с необходимым, что у вас есть для этой операции и что вам нужно?

— Прежде всего — транспортные леткоры, это залог всего. Не будет их, и мы ничего не добьемся. Человек боярина завтра передаст Ладе схемы рунных цепочек, которые она будет обязана восстановить, и только после этого она готова дать ответ, насколько затянется первый этап нашего похода. Я не верю, что она за сутки сможет исправить место силы, поэтому летающие корабли будут единственными нашими возможностями выжить.

— Если я правильно понял, вы предлагаете на рассвете садиться, а вечером подниматься в воздух?

— Верно. При этом, чтобы защитить место силы, на земле при небольшом леткоре останется отряд ведунов, который будет держать защиту. Если натиск окажется слишком силен, они смогут быстро взлететь при поддержке тех, кто уже находится в воздухе.

— Разумно. Но как защитить леткоры от летающих тварей? — задумчиво произнес Орислав.

— Это задача для моей артефакторши, она сумела улучшить светцы, и мы сможем контролировать гораздо большую площадь, ну и отвадить любую летучую тварь. Так что, мы будем в относительной безопасности. Сейчас у меня есть два леткора — первый мой, некогда носящий название «Неотвратимая смерть», а теперь «Великолепная Рысь», и второй небольшой леткор моего друга графа Радима Теренского — «Прекрасная Анна». Но он, можно сказать, курьер, и максимум сможет взять на борт чуть больше двух десятков людей. В мой влезет с полсотни человек. Он боевой, имеет пушки, но это не транспортник, так что, нам для переброски понадобится минимум еще пять-шесть серьезных судов, которые смогут взять на борт ваших людей и технику.

— И где вы столько найдете? — задумчиво спросил Орислав.

— Три, не считая перечисленных, у меня уже есть, они уже направляются сюда, и с ними прибудут ведуны и наемники, которые изъявили желание участвовать в предприятии, чуть больше двух сотен человек. Из них ведунов всего тридцать два, и они еще не знают, куда я собрался их вести, чем меньше народу в курсе, тем лучше. Мне кажется, что стоит тьме пронюхать, что мы затеяли, как она попытается захватить столицу или сделать нашу работу там невыносимой.

— Верно, — согласился волхв. — Думаю, стоит противнику разобраться, как тут же в столице произойдет пробой, из которого на нас посыплются твари, населяющие четвертый план. А там такое встречается, что и десятку ведунов не сдержать. Я предоставлю вам еще два транспортника, в каждом можно будет разместить двести пятьдесят человек, ну, а если очень нужно, то еще по пятьдесят, но лететь им будет очень некомфортно, а ведь еще нужны боеприпасы и провизия, люди будут хотеть есть. По уговору, обеспечение на себя берет Тверд, деньги ему опять же пожертвовали бояре. Хорошо, я тоже готов предоставить средства, Ваше сиятельство, сейчас не время экономить, все для победы.

Воронцов протянул руку, и Орислав пожал ее.

— А теперь все же расскажите мне о том, что вы видели в проклятой столице, — попросил волхв. — «Слепые тени», единственное, что удерживает смельчаков от того, чтобы разграбить ее.

— В общем, слушайте мою историю, — доставая очередную сигариллу, произнес Константин…

Глава десятая

— Невероятно, — вычищая трубку, выполненную в виде чей-то бородатой головы, подвел итог Орислав. — Ну, про ужас я знал, тут ничего нового, за более детальное описание благодарю, но самое ценное — это то, что «слепые тени» не обнаружили вас, Ваше сиятельство. Ведь комнату, где вы скрывались и восстанавливали оружие, они нашли, как и предметы, к которым вы прикасались. На что они ориентируются? Я еще в первую нашу встречу заметил, что в вас, боярин, нет ни света, ни тьмы. Не буду гадать, как вы оказались в столице, боюсь, правду вы мне все равно не скажите. Но это и не важно, важно то, что, если я прав, то «слепые тени» ищут следы той или иной силы, которая неизменно присутствует у каждого человека, и поскольку у вас ее нет, то для них вы оказались невидимы.

— Орислав, — задумчиво крутя в руках бокал с вином, произнесла Юлия, — а возможно скрыть ведой или артефактом силу внутри нас?

— Возможно. Я даже могу сказать, что видел кое-какие артефакты, которые скрывают подобное, их разработали в Братине.

— Зачем им? — удивилась боярышня.

— Потому, что в последнее время охранные артефакты стали настраивать так, чтобы они искали именно эти силы, — Орислав задумался. — Через день-два у меня будут необходимые образцы, но как их проверить? Если мы ошибемся, погибнут люди, а нам лишние потери ни к чему, в проклятой столице будет важен каждый человек.

— А ведь от теней мало спрятаться, — заметила Юлия, — нужны еще несколько важных вещей. И первая — как сопротивляться их ментальным атакам. Но тут, я думаю, оберег выручит. Если боярин без него продержался, то с оберегом, даже средним, выстоять можно.

Тут Константин подумал, что, скорее всего, воздействие «дементоров» было куда сильнее, но его прикрыл оберег Сварога, который он тогда уже нашел, и пусть тот еще не был заклят на него, но все равно защитил от нестерпимого ужаса. Вот только распространяться об этом он не стал, не зачем Ориславу знать, что у боярина на груди божественный артефакт.

— И второй важный вопрос, — продолжила боярышня, — как этих тварей убивать, и возможно ли это?

— Вы, Ваше сиятельство, абсолютно правы, — согласился волхв, — но сначала неплохо бы научится прятаться. — Он посмотрел на задумчивого Константина. — Боярин, когда вы планируете начало похода?

Воронцов вздохнул.

— Времени нет, действовать нужно быстро, но у нас свадьба, и надо хорошо подготовиться, чтобы не вышло, что мы приземлились в центре столицы, и через час все умерли. Так что, у нас минимум две недели. Хотя я предпочел бы три, но лето кончается, скоро осень, через два месяца начнутся дожди, дни станут короче, придут холодные ветры.

— Да для нас это плохо, — согласилась Юлия. — Твари устойчивы к холоду, хотя зимой их активность тоже снижается, не любят они сильных морозов.

— У нас осталось три месяца, — подвел тог Константин.

— И за это время нам тьму не одолеть, — все еще крутя в руках свою трубку, задумчиво подвел итог волхв. — Но это здесь, на востоке и у вас, боярышня, на севере, лютая стужа, а на западе и юге тепло, реки там встают крайне редко, только в самые суровые зимы.

— Значит, нам нужно, как можно быстрее собирать силы и попробовать удержать врага там, — подвел итог Воронцов. — И если не победить, то хотя бы отсрочить его приход сюда, в центр старой империи. А для этого нам нужен новый князь, тот, кто возьмет на себя общее командование смердами и боярами, кто объявит сбор ополчения, кинет зов, который может создать он только по праву крови, и который даже самые записные хатаскрайники не смогут игнорировать.

Все удивленно посмотрели на Воронцова, похоже, не поняли, что значит «хатаскрайник».

Константин вздохнул.

— Хата — название дома в некоторых землях старой империи. Была такая поговорка — моя хата с краю, ничего не знаю. Означает, что меня это не касается, разбирайтесь сами.

— Да, такие люди очень опасны, — согласился с ним Орислав, не став ничего уточнять. — Сейчас мы должны поднять всех. Завтра я буду в Тверде, у меня назначена встреча с советом. Я постараюсь убедить их, усилить влияние, сейчас они не слишком шевелятся, тьма для них очень далеко.

— Во сколько назначено заседание в совете? — спросил Константин

— На полдень.

— Я буду, вдвоем возьмемся. А Юлия займется подготовкой к свадьбе.

Орислав поднялся.

— Ну, что ж, мы многое смогли обсудить, но думаю, на сегодня хватит. Хотите посмотреть лагерь?

Константин покачал головой, поднимаясь со своего стула.

— Я не слишком себя комфортно чувствую под злобными взглядами. Многие ваши люди, хоть и приняли мир и пошли за вами, не согласны с ним. Не будем искушать их, у меня в городе много дел.

— И то верно, — согласился Орислав. — Пойдемте, провожу. Обещанные мной два леткора прибудут через восемь дней.

— Как раз день свадьбы, — улыбнулся Воронцов. — Как же хорошо, что боярич Рысев взял на себя всю подготовку.

Уже через пять минут машина Константина и сопровождение покинули лагерь вольцев, а вскоре показались и окраины Тверда.

— Не верил я, Ваши сиятельства, что все спокойно пройдет, — обратился Мал к Юлии и Константину, предварительно выдохнув.

— Понимаю, Мал, — отозвался Воронцов. — Годы вражды, ненависти и потерь. Возможно, это всего лишь краткий миг мира, и как только мы отгоним тьму, все начнется снова. Но сейчас надо вместе встать на пути тьмы. Если ты нас не покинешь после свадьбы и пойдешь с нами в столицу, то с этими людьми тебе придется воевать бок о бок, прикрывая друг другу спину. Тихомир, тебя это тоже касается, усмири свои эмоции, ты прямо пышешь злобой, опасностью и недоверием. Я понимаю тебя, но постарайся не демонстрировать этого так явно, и людям своим доведи. Учти, сцепитесь с вольцами, и если инициатором будет кто-то из вас, изгоню или повешу. Мы на войне, и проигрываем, поэтому у нас нет возможности выбирать союзников.