Кирилл Шарапов – Маховик неизбежного (страница 7)

Игнат отошел в сторону, Винт был прав, нечего ему в таком виде там делать. Смехач — опытный егерь, уже лет пятьдесят тварей убивает, может, и получится у него распутать клубок.

Пока никаких дел в отделении у Игната не было, он решил сходить на торг, избавиться от трофеев. Одолжив ботинки у Андрея и подвернув рукава, он надел пояс с кобурой, в которой был уже не раз выручавший его пистолет, выложил из рюкзака все лишнее и направился к двери.

— Ты куда, болезный? — услышал он за спиной голос Бобыля. Тот стоял в дверях общего зала и, прищурившись, смотрел на Демидова.

— На торг, — отмахнулся Игнат. — Я быстро продам трофеи, куплю необходимое, зайду к кожевенникам и назад.

— Совсем дурак? — удивленно спросил старый егерь. Один, после того дерьма, в которое ты угодил, за порог даже не суйся. Сейчас провожатого дам.

— Конвоира? — уточнил Демидов.

— Дурак ты, Видок, и не лечишься, — ответил Бобыль. — За твою голову приличную награду дали. Или ты думаешь, ты их вчера всех пострелял? Это начало. Так что, не смей за порог в одиночку выходить, ты нам очень нужен. Мы слишком многих потеряли. Кстати, ты не в курсе, но это уже официальное распоряжение Винта, в город больше по одному никто не ходит, так что, сейчас дружка твоего свистну, он проводит.

Борода явился через пару минут. В отличие от Игната, он был в кольчуге, с пистолетом и здоровенным ножом из чистого железа. Причем пистолет у Андрея серьёзный, благодаря слабой отдаче энергетического оружия, это чудовище двенадцатого калибра имело тяжеленую пулю, которая, благодаря нанесенной на нее руне, была разрывной и могла сделать в человеке дыру размером с голову двухлетнего ребенка. Стоил такой стальной заряд на порядок дороже, около двух чеков, и для нелюди не годился. Но и не твари сейчас стали основной проблемой егерей. Правда, и батарея была довольно мощной, отсюда впечатляющие габариты и вес. Борода легко орудовал этим чудовищем благодаря своим могучим ручищам.

Они спустились с крыльца и первым делом направились в оружейные ряды. Там накануне войны шел довольно оживленный торг, и стволы расходились, как горячие пирожки. Игнат за десять минут пристроил все свои трофеи по хорошей стоимости. Надо сказать, в связи с ожидаемыми столкновениями цены на оружие задрали почти вдвое. И то, что раньше Игнат продавал за три чекана, сейчас стоило пять, а то и шесть. Также оружейники охотно взяли у него лом чистого железа. Последний прощальный привет от Юркого с напарником. Скоро это станет пулями, а может быть чем-то еще. Единственное, что Игнат не продал, так это металлические носки своих старых сапог, самому пригодятся. Все время торга Борода стоял у него за спиной, сканируя людей и оберегая старого приятеля от неприятностей.

Следующим пунктом были ряды, где торговали всякой всячиной. Игнат купил магическую зубную щетку, бритву, а также зарядил все рунные тавро у рыночного мага-слабосилка. Подбор запасной одежды и нижнего белья много времени тоже не занял, не барышня, рубаха, штаны, пара маек, трусы — все это улеглось в избавленный от трофеев рюкзак. Осталось всего два пункта: цирюльня и мастер кожевенник, задача которого превратить шкуры вертюхов в куртку и сапоги. Начали с него. Крепкий дед присвистнул, увидев выложенные на прилавок шкуры, ласково провел по рисунку ладонью.

— Готов купить у вас все, по сто золотых за метр, — выдохнул он, назвав очень хорошую цену.

— Не продаю, — отрезал Игнат. — Мне нужен не покупатель, мне нужен тот, кто сделает для меня из них куртку и сапоги.

— Сапоги не ко мне, мой сын делает отличные, — произнёс дед. — Сейчас я позову его, снимет мерки. Господин егерь хочет что-то особенное?

— Да, носы сапог должны быть из чистого железа, — Демидов извлек из рюкзака старые носы, — можно использовать эти.

— Это возможно, — согласился кожевенник. — Эй, Пашка, а ну бегом за папкой, пусть пулей сюда летит.

Малец, сидевший на высоком табурете, сорвался с места и уже через секунду скрылся за дверью.

— Внук, — пояснил дед. — А пока мой сын не появился, давайте снимем мерку для куртки.

Он достал метр и стал придирчиво измерять торс и руки Игната, спрашивал о фасоне, показал в альбоме рисунки моделей, что модно в этом сезоне. Игнат, ожидая сапожника, с интересом пролистал альбом с эскизами. Большинство ему не подходило, это была одежда для города, элегантная, но непрактичная, под нее не наденешь разгрузку. Кстати, о разгрузке, он совсем забыл, что поскольку винтовка у него новая с барабаном, то и разгрузку надо менять, или винтовку, но цены на рынке кусались. Товар из Яр-княжества подорожал втрое. Несмотря на приличное состояние в золоте, которое после продажи трофеев увеличилось на сотню чеканов, тратится на новую винтовку, чтобы разгрузку не менять, было как-то глупо.

— Разгрузки есть? — спросил он деда.

Тот кивнул и указал на вешалки у стены напротив, при этом он даже не поднял глаза, придирчиво изучая кожу вертюха.

Игнат хмыкнул и направился в указанном направлении. Таких, как ему было нужно, всего две. Обе очень непривычные, сам барабан в диаметре пять сантиметров и длинной под пулю, карманы расположены по бокам по три с каждой стороны.

Андрей, стоящий у дверей, повернул голову и посмотрел на приятеля.

— Не думал винтовку поменять на магазинную? В оружейной братства есть несколько вполне хороших, вроде даже ЯР12 видел. Братья остатки оружейки Цитадели вывезли, там потолок обвалился поломало много но кое что прихватили.

Игнат задумался. С одной стороны магазинная гораздо удобней, и с разгрузками проще, и если Борода прав, и в оружейке действительно есть двенашка, то это решит все проблемы, братство заберет его ствол по хорошей цене, а разница уже не проблема.

— Надо смотреть, — согласился он с предложением приятеля. — Хотя моя барабанная мне понравилась, немного непривычно, и чуть медленней, но точность у нее выше, и дальность стрельбы вдвое против погибшей ЯР "Охотник".

— Ну и ретроград же ты, — хохотнул Андрей. — Охотники с производства сняли пару лет назад, уж больно разброс у них большой, а когда руну вставляешь, пуля вообще черте куда летит. Бери Ярку, не пожалеешь. Кстати, там магазины не десятки, а именно двенашки, но габариты прежние, она короткая, чуть тяжелее твое старого "охотника", даже с твоей руной можно будет сбить консервную банку метров со ста пятидесяти. А если без руны, то еще сотню накинь.

Игнат задумался уже вполне всерьез, может, и вправду махнуть.

— Борода, а ты слышал что-нибудь про магическую трехрежимную винтовку? Мне ее сватали месяц назад в Сторожье, называлась Кол-1.

И тут Борода заржал. Он смеялся так самозабвенно, что его пополам согнуло. Прошло не меньше двух минут, прежде чем он распрямился и, утерев слезы, посмотрел на Игната.

— Забудь и близко не подходи, — уже серьезно произнес он. — Идея была неплохая, и реализация тоже, подкачало качество. Батареи оказались слабыми, не рассчитанными на такой объем. В Егерске купили пару штук для испытаний. Одна расплавилась после сотого выстрела, у второй взорвалась батарея во время зарядки, магичку едва не убило. Может быть, за подобным и будущее, но пока оно не наступило, нужна доработка. Но вот по стрельбе никаких нареканий, для испытаний изловили пару лесовиков и одного падальника, и заморозили, и сожгли. Правда есть минус. После распада оболочки, сущность отправляется гулять, сердце разрушается, в результате получили одержимого пса, пришлось убить.

— Да, минусы пока что сильно перевешивают, — выслушав друга, согласился Игнат.

Дверной колокольчик звякнул, и в сопровождении курносого Пашки появился сын кожевенника, невысокий плотный мужик, который, оглядев лавку, направился к прилавку, да так там и застыл, разглядывая лежащие черные шкуры.

— Почем продаешь? — выпалил он. — Отец, небось, тебе и половину нормальной цены не дал. Сто пятьдесят за метр.

— Не продаю, — покачал головой Игнат, — это куртка и сапоги. Все, что останется, возвращаете мне.

Сапожник поскучнел, но принялся за работу, снимая мерку, попутно расспрашивая, что хочет заказчик. Много времени это не заняло. С курткой Игнат тоже определился.

— Неделя, — сообщил кожевенник, его сын кивнул, соглашаясь со сроком. — Работа за сапоги и куртку будет стоить сорок чеканов. Задаток десять.

Андрей присвистнул.

— Побойтесь богов, это же грабеж. Я сейчас Видока отведу к Захару, и все будет сделано за двадцать пять монет и дня за четыре.

Игнат мысленно усмехнулся и приоткрыл кокон, Фарат просканировал деда и его сына, цену они задрали безбожно.

— Хорошо, — согласился кожевенник, — тридцать и пять дней.

— По рукам, — обрадовался Игнат, ему это было по карману, золота у него сейчас хватало. — Учти, дед, если узнаю, что шкуры зажилил или специально кроил, чтобы себе урвать, пойду прямиком в торговую палату, у меня там друзей море, вмиг лишишься и клиентуры и приличного места. Будешь свиные шкуры выделывать на окраине.

— Зачем обижаете, господин егерь? — вполне искренне произнес кожевенник. — Сроду с клиентами нечестно не поступал. Все знают, что почтенный Илья делает на совесть.

— Вот пусть так и остается. Сделаешь хорошо, всем буду говорить, чтобы к тебе шли, ну а если плохо, переделывать заставлю за твой счет. Как говорил барон Крайц — деловой подход.