Кирилл Шарапов – Дом восходящего солнца (страница 62)

Мушкет и Агент переглянулись, и бывший рекламщик достал из кармана горошину и передал ее снайперу.

— Ты был прав, он запараноил.

Мушкет только кивнул.

— Это было очевидно. — Потом посмотрел на друга. — Ампер, мы давно уже поняли, куда и зачем ты идешь. Как бы ты не скрывал свой интерес, — он поморщился, — к Ужасу Улья, многие догадались, на какую охоту ты собрался. Мы — твои друзья, и не стали напрашиваться в стабе, но таких тварей не убивают в одиночку, даже с нолдовским оружием.

— Может, и так, — покачал головой Погорелов, — но я не поведу друзей на смерть. Кроме того, мне будет нужна вся добыча, если таковая случится.

— Мы не претендуем, — покачал головой Агент. — Не ради белочки идем, мы идем, чтобы помочь другу. Мушкет просчитал вероятности, и если мы будем вместе, шанс есть.

Ампер обреченно вздохнул, два друга, которые прикроют спину, это замечательно, но что будет… Нет, если не верить этим двоим, то кому вообще верить?

— Хорошо, — наконец, произнес он. — Мне нужны четыре белки. Если будет, что сверху, они ваши. Янтарь поделим поровну. Устраивает?

Мужчины кивнули.

— Какой план? — поинтересовался Мушкет.

— Простой, — указывая на север, произнес Погорелов, — идем до реки, ищем лодку с мотором, затем плывем, в двуречье высаживаемся, ищем объект, и ждем.

— Чего? — озадачился Агент.

Бывший прапорщик пожал плечами.

— Не знаю, но Великий знахарь сказал, ждать, тогда будет шанс. Три недели, которые он отвел, скоро кончатся.

— Ты виделся с Вещим? — опешил Мушкет. — Когда?

— Он приходил вечером после переправы, когда на заводе ночевали. Хватит стоять, мы тут на открытом пространстве светимся, пора топать, будет еще время поговорить.

Мушкет кивнул и подхватил свою новую тяжеленую и мощную снайперку и закинул ее за спину, в руки взял легкий «Вихрь». Его единственного не кинули институтские и подогнали винтовку от нолдов, вроде пушки Гаусса, только доведенную до ума, никаких батарей, пули калибром пятнадцать миллиметров пробивали даже танковую броню, правда, все же в борт. Агенту же достался бронежилет нолдов, который был неплох, но не сильно превосходил тот, что взяли с внешников. Хотя, надо признать, по характеристикам он должен был остановить пулю из винтовки Мушкета. Проверять на прочность, правда, не торопились. Вот только был минус, его целостность поддерживалась элементом питания, и стоило ему иссякнуть, как гель внутри терял свои свойства. Институтские знали это, двадцать шесть часов — вот, сколько осталось времени.

До реки было два дня пути, места, можно сказать, спокойные. Пара поселков, которые были не интересны рейдерам. Самое опасное место — это скотобойня, но по расчетам Погорелова твари должны были ее уже зачистить и убраться восвояси.

Шли осторожно, проверяясь. Открытые пространства миновали, уцепившись за Агента, его дар прилично вырос и отлично блокировал любое наблюдение.

Ночевали в сарае на краю леса. За весь день они видели двух одиноких пустышей — мужчину и женщину. Они были скованны наручниками, на женщине полицейская форма. Они брели на юг и не заметили людей, хотя прошли мимо них всего метрах в десяти.

Ужинали горячими консервами, Мушкет не поленился и прихватил с собой горелку.

— Почему ты не пришел к нам сам, и не попросил помощи? — спросил Агент, когда все трое разлеглись на полу, забравшись в спальники.

— Потому, что я готов позвать друзей выпить, — ответил из темноты Ампер, — я готов позвать друзей на шашлыки, играть в бильярд, только не на верную смерть. Кроме того, я очень не хочу искушать друзей, я очень боюсь этого. Мой крестный подставил меня, отправил к Медяку, а тот выставил меня за порог стаба ради женщины, которая ему понравилась. Он боялся, что я уведу ее. А белый жемчуг — искушение гораздо опасней даже самой красивой женщины.

— Неужели у тебя о нас сложилось такое мнение? — подал голос Мушкет. — Ты думаешь, я могу променять тебя на белку?

— Не думаю, — отозвался Погорелов, — но и проверять не хочу. Кроме того, это даже опасней путешествия к хранилищу нолдов. И да, Мушкет, ты прав, я запараноил. От этого похода зависит слишком много, в том числе жизнь моей еще не рожденной дочери.

Он слышал, как сел Агент.

— Когда ты узнал?

— Вещий знахарь сказал. У нее не будет иммунитета, и мне нужна белка, любой ценой.

— Но ведь для этого нужна только одна, — озадачился Мушкет. — Зачем четыре? Ведь ты сказал, что по любому нужно четыре белки. Почему именно столько?

— Одна для ребенка, — нехотя пояснил Ампер, — а три — это билет на вечный кластер. Когда я добуду требуемое, мы втроем уйдем на север, туда, где у людей есть имя и отчество. Я хочу жить спокойно, я очень устал от войны.

— Понимаю тебя, — согласился снайпер, — но откуда информация про таксу? Белка — это очень дорогая цена, не слышал про подобное, Вещий знахарь сказал?

— Да, — подтвердил Погорелов. — Он сказал, как туда попасть, и назвал цену. Теперь вы поняли, почему я ни к кому не обратился? У меня нет права на ошибку, я не могу рисковать. В моем случае неудача — это приговор для маленькой девочки.

— На белку можно устроиться в любом богатом стабе, тебе местные главари будут до конца жизни зад лизать, — заметил Мушкет.

— Проблема стабов, как показала перезагрузка, в том, что нет ничего вечного, за исключением одного. Кроме того, я уже насмотрелся на жизнь в Новом, Отважном, Гуляй поле и прочих, это не жизнь, это вечная борьба.

— Ты просто не видел действительно больших стабов, — усмехнулся Мушкет. — В нашем регионе таких нет, а вот на Юге стоит Град. Огромный стаб, у него зона безопасности только двести километров, и в пределах этих двухсот километров относительно безопасно. Там даже специальные команды по зачистке свежих кластеров существуют, никого серьезней бегуна в этих зонах не видели. Хорошие дороги, дорогие машины. И взнос за жизнь не белка, а чернушка или краснушка. Хотя есть минус, там договариваются с вешниками, они скупают потроха добровольцев. И жизнь там очень дорогая.

— Слышал я про это место, и даже разговаривал неделю назад с рейдером, который из тех мест. Красивая картинка, но он сказал, что за шикарным фасадом Града прячется нечто уродливое. Там вечная борьба за власть, только за последний год четыре попытки покушения на главу стаба, и одна попытка военного переворота. Так что, ну его нахрен.

— Давайте спать, — неожиданно произнес Агент.

— Давайте, — согласился Мушкет, — утро вечера мудренее.

Ночь прошла спокойно. В этих диких местах, где зараженным нечего жрать, а рейдерам нечего ловить, ну какая добыча среди полей и лесов, можно было не особо опасаться нарваться на проблемы. Вот ближе к реке… Да, там можно найти неприятности, особенно был велик риск налететь на атомитов. Вообще данный регион богат на этих уродов. На другой стороне какая-то станция раз в полгода подгружалась, небольшая, но рвалась она исправно, заражая вокруг себя территорию в полсотни километров. Самое плохое, что рядом были очень богатые места — воинская часть, и не абы какая, а крутые спецназеры, и помимо стрелковки и граников там даже серьезная техника имелась. Вот атомиты и накладывали свои обезображенные культяпки на это богатство. Правда, деградация у них была такая же, как и у всех остальных, поэтому пользовались они добром очень неумело, но сути дело не меняло. На противоположенном берегу реки можно было найти серьезные проблемы в виде уродцев на БТРе или БМП, которые палили во все, что видели. И элита там хорошо откармливалась, так что, умные рейдеры на правый берег не совались.

Вышли на рассвете, и уже к полудню добрались до реки. Небольшой провинциальный городок, который перезагружался раз в три месяца, состоящий в основном из церквей и частного сектора, рынка и краеведческого музея, обошли стороной. Тот выглядел печально, старые дома выгорели почти дотла. С момента, когда он подгрузился, прошло больше двух месяцев, и зараженные ушли отсюда, одни вверх по течению в более богатые земли, другие, кто решились, по полу обвалившемуся мосту на другой берег.

К лодочному сараю, который находился на крохотной базе местного рыбнадзора, добрались через час. Рейдер, который дал на него наводку, заверял, что там три лодки с мощными моторами.

— Облом, — прокомментировал Мушкет, разглядывая единственную ржавую, обшарпанную казанку с разобранным движком.

— Ничего не облом, — возразил Агент, — все детали на месте, за час соберу обратно. Прикройте меня.

Ампер и Мушкет кивнули. Погорелов устроился снаружи за кучей ящиков и взял на себя западное направление. Мушкет же со своим чудовищем полез на крышу, где залег за бочкой с гудроном. Скорее всего, прямо перед перезагрузкой местные планировали ремонтировать крышу.

— Правый берег — элита, — выйдя на связь, доложил он, спустя пятнадцать минут. — Выше по течению, дистанция — три километра, жрет кого-то. Рядом с ней что-то горит, возможно, машина. Эх, я бы из этой новой пухи ее бы прямо отсюда снять мог.

— Наблюдай, огня не открывать, — приказал Погорелов. — Шумим, только в случае, если противник на нас наткнется и гарантированно сможет обнаружить.

— Слушаюсь, тов командир, — шутливо отозвался снайпер.

Двадцать минут все было спокойно, элита дожрала свою добычу и свалила. Ее место занял голодный пустыш, у которого даже одежда сохранилась. Он обсасывал кости, которые остались от трапезы элиты.