Кирилл Шарапов – Дом восходящего солнца (страница 50)

Ходок вернулся в сумерках, когда солнце уже опустилось за горизонт, и все вздохнули с облечением, особенно подземники, которые к вечеру совсем извелись.

— Думал, не хватит силенок, — рухнув на зеленую траву, тихо произнес он. — Стикс умеет ставить на место. Если бы не крохотный стаб, всего в полсотни метров, я бы не вышел.

— Нашел маршрут? — протягивая чашку с крепким чаем, спросил Шомпол.

— Нашел, — благодарно кивнув, сделав глоток и блаженно зажмурившись, ответил рейдер. — Пришлось побегать. Хорошо, что решились на разведку, иначе все бы там встали. Через город не пройти, мост там красивый, широкий и, сука, длинный, на нем с полсотни машин, без шансов, все бы в реке оказались, просто не успели бы проскочить.

— Но путь есть, — надавил Таган.

— Да, к счастью, есть, — отозвался Ходок. — Пожрать дадут? А то я голодный, дар меня выжал досуха, последние пол километра едва ковылял.

— Конечно, дадут, — последовал немедленный ответ, и тут же перед мужчинами появился походный столик, на который две женщины водрузили с десяток открытых и горячих банок с консервами, из которых торчали вилки. К этому добавились какие-то соусы и даже тостовый хлеб, а еще бутылка коньяка и рюмки.

— Вот это тема, — обрадовался Ходок, вскрывая коньяк и разливая его по стопкам. — Ну, давайте, за маршрут.

— Да, пожалуй, только в Стиксе элитный коньяк могут закусывать тушенкой, — опрокинув рюмку и взявшись за вилку, с иронией произнес Таган.

— Фи, — усмехнулся Ампер, — взяли мы как-то машину, по наводке агента должны были быть документы генерала бритиша а там вискарь, и не абы какой, а коллекционный. Примерно около пяти тысяч долларов за бутылку. Ну, чтобы не возвращаться с пустыми руками, прихватили три бутылки. Одну в подарок генералу — командиру бригады, остальные две посидеть вечерком. Так вот, мы его тогда закусывали консервированным змеиным мясом. Надо сказать, весьма оригинально. Давились, но жрали, а потом полночи с очка не слазили.

Все засмеялись.

— Мы отвлеклись, — улыбнувшись и разливая по второй, произнес Таган. — Ходок!?

— В общем, путь есть. Андрей вел нас по кратчайшему расстоянию, этот длиннее на семь километров, придется сдвинуться влево, чтобы пройти спокойно. Там огромный степной кластер, дороги нет, вообще ни хрена нет, просто трава. Но есть нюанс, иногда встречаются провалы и промоины, если попадем в такую, машину придется бросить. Но зато никаких мостов и не нужно ничего таранить, там четыре дерева всего.

— Пожалуй, оптимально, — обдумав предложенный маршрут, подвел итог Шомпол, — все рано других вариантов нет. Ампер, как думаешь?

— Нормально, — согласился Погорелов. — Главный труд на этот раз будет не водилам, а впередсмотрящим.

— Ну, тогда выставляем часовых, и спать, — подвел итог Таган. — Зил, давай свой курятник и Стрема в дозор, дежурить парами, должен же от них, кроме разогрева консервов, быть толк. Все, кто завтра за рулем, спать, особенно это тебя касается, Ходок.

— А допить? — указывая на коньяк, возмутился рейдер.

— Обязательно, — улыбнулся Таган, — очень хороший коньяк. Цените, из личных запасов редкостной мрази — полковника Берга, большого любителя выпить и потом пытать людей.

— Но коньяк от этого хуже не становится, — разливая остатки по стопкам, заявил Ходок, и все засмеялись.

На этот раз чернота была пустой — голая антрацитовая степь, трава, поднимающаяся пылью в воздух, после того, как по ней прошлись колеса. Теперь это облако было гораздо гуще, чем там, на дороге. Дважды приходилось сдавать назад, чтобы объехать овраги, трижды вытаскивали «Тигра», который нырял в промоину, когда мертвая земля проваливалась после тяжелого БТРа. Но прошли. Полуживой Ходок, потерявший сознание, стоило выбраться на зелень. Облегчение и радость, люди смеялись и поздравляли друг друга.

— Держи, Ходок, — счастливый Ампер протянул, только что оклемавшемуся приятелю красную жемчужину. — Ты заслужил. Только сейчас не глотай, посоветуйся со знахарем, когда можно, а то ты часто жрать стал, не конфетки. Только вряд ли Тиара поможет, у нее с жемчугом опыта маловато. Лучше подожди до Нового или Отважного.

Ходок вяло кивнул и спрятал одну из самых ценных вещей в Стиксе в специальный карман в ремне.

— Ты мог и не тратиться, — хлебая живчик, словно минералку при тяжком похмелье, произнес он.

— Друг, да плевать мне на жемчуг, вообще не бедствую, и здесь есть, и в сейфе Гуляйполя имеется, так что, не последнее от себя отрываю. А ты сделал большое дело и заслужил нашу благодарность. Считай, от всех.

Народ, собравшийся вокруг Ходока, одобрительно загудел.

— А теперь отдыхай, — подключился Шомпол. — Давай в «Егеря», и спать, если пожрать хочешь, там все есть. А мы пока до аэродрома доберемся, на ночлег встанем, сегодня уже поздно жать через Старгород.

Не возвращаться той же дорогой — один из основных законов Стикса, и он был нарушен, за что последовала немедленная расплата.

Машины медленно втягивались на бетонку, все устали. Шрам, который ехал на броне БТРа, заняв место погибшего Амбала, просканировал ангары, вот только лицо его было озадаченным.

— Не уверен, — произнес он, — но что-то беспокоит, понять не могу.

— Колонне стоп, — тут же приказал Шомпол и взялся за бинокль. — Ничего не вижу, — сказал он спустя пять минут, — но проверить не помешает. «Тигр» вперед, остальные ждем. Шрам, пересядь к Амперу.

— Есть, — отчеканил стронг и, спрыгнув с брони, побежал к бронеавтомобилю. Десять секунд, и он уже забрался в десантный отсек.

— Шрам, за пулемет, — скомандовал Погорелов. — Рина, полное внимание. Если что, уходим, задачи — выиграть бой — не стоит.

— Идите по левой стороне, — предупредил Мушкет, который снова занял место стрелка за КПВТ в восьмидесятке. — Если что, я отсюда вас прикрою.

Шомпол несколько минут обдумывал, потом все же решился.

— Лом, выстави ПТУР, мы взяли три при разгроме муров. Умеешь обращаться?

Здоровяк покачал головой.

— Ладно, я примерно такие видел, сам за стрелка сработаю, — изменил свое решение Шомпол. — Давай, мул, тащи его сюда.

Лом радостно гаркнул «есть» и побежал к «Егерю», куда на всякий случай запихнули один. Бежать и тащить — ему было понятно, а вот стрельба из навороченного агрегата его пугала до усрачки. Зачем раскладывать дорогущий противотанковый комплекс, Шомпол не знал, но неопределенность Шрама его сильно напрягла.

«Тигр» медленно поехал в сторону ангаров, до которых осталось всего метров триста. Ампер почувствовал опасность, когда до ближайших открытых ворот было шагов пятнадцать, еще секунда, и можно будет заглянуть внутрь, мурашки пробежали по спине.

— Тут кто-то очень сильно меня ненавидит, — произнесла Рина, воспользовавшаяся своим даром. — Ненависть такая сильная, что я чуть сознание не потеряла, хорошо, дар с регулировкой.

— Валим, — начиная разворот, выкрикнул Ампер, и именно в этот момент из дальнего ангара вылетела элита, хорошо знакомая элита.

Горилла прибавила в размерах с момента первой встречи, видимо, места, по которым она шла по следу Погорелова, были хлебными. Башка слегка увеличилась, и уже меньше была похожа на стиральную машинку с круглым ртом, она стала более выпуклой и теперь напоминала маленький автомобиль с открытым полукруглым капотом с огромными зубами, у костяной брони появился черный матовый блеск. Выросла и скорость, стремительный хищник Стикса летел, как скоростной поезд на пустом перегоне. Вот только тяжеленный броневик разгонялся до сотни за двадцать пять секунд. А тварь, разогнавшаяся до полусотни километров чуть ли не с места, нагонит их уже через три. Ампер попытался поймать мысли твари, и хоть на пару секунд ее замедлить, но его дар скользнул по сознанию, словно капля дождя по стеклу. Единственное, что он уловил, это нескончаемое желание убивать, а еще страх перед тем, кто ее подчинил в прошлый раз, и желание растерзать этого человека было просто запредельным.

Заработал крупняк на БТРе, Мушкет долил от души, не экономя. Над головой грохотал «КОРД», вот только твари с броней, которой не справились двадцатимиллиметровые снаряды, это было, как из плевалки горохом.

Удар, и тяжеленный бронеавтомобиль, как игрушечный, заваливается на правый борт. Предупреждающий крик Рины, мат Шрама, летающего по салону, в последний момент он успел укрыться внутри, скрежет металла по бетонке, и довольное «УРРРР» от элиты.

Близкий разрыв противотанковой ракеты протащил броневик еще с метр. Ампер, оглушенный, вытянув из кобуры револьвер, поднапрягся и открыл водительскую дверь.

Элита удалялась, несясь в сторону остального отряда. Правда, результат от попадания ПТУРа все же был, теперь она была не такой резвой, противотанковая ракета вырвала приличный кусок мяса из бедра, и тварь бежала, припадая на левую ногу.

— Рина, гранатомет, — заорал Погорелов, опуская руку вниз. Он очень надеялся, что его услышат.

И ведь получилось. На этот раз блондинка не пострадала, и в руку Погорелова ткнулся контейнер с кумулятивной ракетой, четыре таких закинули в «Тигра» после разгрома муров и внешников. Как работают и насколько эффективны небольшие одноразовые «свечи», Ампер не знал, но и выхода другого не было.

Разложить прицел, вскинуть на плечо, поймать спину гориллы, которая отбежала уже на сотню метров, и нажать на спуск. Все это заняло не больше трех секунд. К этому моменту заткнулся КПВТ, со стороны колонны долбил только один ручной пулемет. Было далековато, почти двести метров, но Ампер разглядел Лома с точно такой же трубой на плече, похоже, они выстрелили одновременно, поскольку он отбросил пустой контейнер в сторону и взялся за новый. Ампер угадал, две кумулятивные гранаты угодили в тварь почти одновременно, мощный взрыв, затем еще один, и с этим ни броня твари, ни дар отводить пули и снаряды, уже не справились. Разорванная многотонная туша завалилась на бетонку. Но даже после подобного, она была жива, верхняя половина еще пыталась ползти в сторону врагов. И снова заработал КПВТ. На этот раз эффект был, крупнокалиберные бронебойно-зажигательны пули прошили костяную броню на здоровенной морде твари и разворотили череп. Лапы жемчужника подломились, и она рухнула на бетонку.