Кирилл Романов – Покой средь маков (страница 15)
– Хм, я подумаю, – слегка кивнула А’Ллайс. – Спасибо за помощь.
– Не за что. Всего вам доброго и желаю удачи в вашей затее. – последние слова прозвучали с явной издёвкой. Приподняв край своей шляпы, тем самым издавая своеобразный жест прощания, незнакомый господин удалился по своим делам.
– Если не попытаться, то никогда не узнаешь… – с лёгким возмущением проговорила ему вслед девушка, но тот её уже не слышал.
Конечно, господин был прав: никто не станет делать исключение для какой-то там выскочки, которой вдруг взбрело в голову поступить на военную службу в обход всех правил и законов. Но думать об этом А’Ллайс не хотелось, хоть она и понимала, что её шансы на поступление ничтожно малы. Однако отступать назад было уже поздно. Теперь лишь только вперёд, тем более, когда до цели всей жизни осталось всего ничего, буквально несколько километров. Времени до открытия академии было ещё предостаточно, его следовало использовать с умом. А поскольку девушка сегодня не завтракала, то её занятием для скорейшего скоротания часов стал поход в ресторан «Порхание цеппелина».
Заказав себе чашечку кофе и ранее неизвестное пирожное в форме полумесяца, которое механо-паровой официант назвал «флоарским рогаликом» и в подробностях поведал механическим голосом, что данная выпечка родом из Флоаре, А’Ллайс принялась наслаждаться этим прекрасным утром.
Утром, что пропитано духом свободы и взрослой, самостоятельной жизни. Утром, в которое может осуществиться мечта всей жизни. Одна лишь мысль об этом заставляла молодое сердце бешено биться в груди – вырываться из неё, чтобы устремиться навстречу офицерской академии, в те старинные каменные стены, среди которых учились военному делу многие мужья рода фон Берх…
Покончив с лёгким завтраком, девушка принялась преодолевать последние километры своего пути. Если верить карте, то до академии, возле которой А’Ллайс будут ждать её братья, оставалось всего ничего. Завернув за угол очередного многоэтажного дома, девушка вышла на длинную и просторную улицу, по бокам которой столпилось множество горожан. Все опрятные, красивые, а у детей в руках уменьшенные копии флагов Рэйланда. Повсюду отчётливо царила праздничная атмосфера – кажется, это и есть тот самый парад, о котором говорил тот прохожий мужчина.
А’Ллайс было решила обойти это событие стороной, как вдруг послышалась музыка, вслед за которой разразились громовые аплодисменты и овации. В очередной раз любопытство, объединившись с предвкушением чего-то грандиозного, невольно вынудили девушку задержаться и понаблюдать за предстоящим действием. А’Ллайс ждала этого дня двенадцать мучительно долгих и сложных лет, так что от каких-то там дополнительных десяти-двадцати минут ожидания хуже ей точно не станет.
Тем временем торжество достигло того самого отрезка улицы, на котором находилась А’Ллайс. Звучный маршевый мотив в исполнении живого оркестра усиливался, но самих музыкантов было не видать из-за плотной стены высоких мужских спин. И в этот самый момент девушка почувствовала, будто её медальон нагрелся – да настолько сильно, что начал обжигать кожу. А’Ллайс сняла его с шеи, чтобы осмотреть, но нечаянно выронила из рук. Фамильная реликвия упала на брусчатку и покатилась вперёд, чудом не задевая ноги людей. Не без труда протиснувшись через плотную толпу горожан, девушка резко вынырнула почти к самой дороге, где чуть не сбила с ног низкорослого мужчину, укутанного в плотное серое пальто. Тот зло посмотрел на незнакомку угрюмым лицом, недовольно оскалился и прошипел: «Смотри, куда прёшь!» После чего тут же потерял к ней всякий интерес и отвернулся к дороге.
– Прошу прощения, я не хотела вам навредить, – искренне извинилась А’Ллайс.
Подняв с земли свой медальон, уже снова холодный, и надев его на шею, подумала: «Тёплое пальто в середине августа? Странно…»
Но быстро забыла об этой примечательной детали, как только увидела шествие: это и вправду был самый настоящий парад.
Первыми на этом участке улицы показались военные барабанщики, отбивающие простенькую размеренную дробь. Следом за ними маршировали солдаты в парадной тёмно-зелёной форме, украшенной множеством золотых элементов. А затем А’Ллайс увидела самых важных членов парада. За стройными рядами солдат показалось три машины. Они двигались на очень низкой скорости, так что девушка смогла хорошо их рассмотреть.
Например, те две машины (одна возглавляла колонну, а вторая её замыкала) представляли из себя лёгкие бронеавтомобили, в которых в общей сумме расположился десяток солдат из самой настоящей элиты войск – кайзер-ягеры, личная гвардия охраны Его Величества. Крепкие мужчины примерно одного и того же возраста и роста в тяжёлых позолоченных кирасах с самым передовым стрелковым оружием в руках.
Но примечательны были даже не элитные стражники, а те, кто занимал центральную, блестящую чёрную машину без крыши. А именно кайзер{?}[Император] Вильдельманн III и его юная дочь Вильгельмина.
Увидев правителей, А’Ллайс охватило сильное волнение, от чего даже несколько сбилось дыхание.
«Правящая семья собственной персоной…» – пронеслось в её голове.
Собравшиеся горожане все как один стали снимать свои головные уборы. А’Ллайс не стала исключением. Стянув со светлой макушки кепку, девушка уже было собиралась чуть приклонить голову вперёд… Как вдруг заметила впереди себя что-то неладное. Тот мужчина, которого она ранее случайно толкнула, внимательно осмотрелся по сторонам. Удостоверившись, что все вокруг отвлечены, он запустил руку под пальто. Послышался почти незаметный механический щелчок, отчего девушка насторожилась – этот щелчок был ей знаком…
А в это время незнакомец подошёл максимально близко к временной железной ограде, из-за чего получил вполне ожидаемый ответ от одного из представителей полиции (которых здесь было не меньше, чем обычных горожан).
– Гражданин, отойдите от поручней! – обратился к нему человек в тёмно-зелёной форме.
«Я уверена, что мне знаком этот щелчок… – тем временем думала про себя А’Ллайс, не упуская из виду подозрительного мужчину в пальто. – Но где же я могла его слышать?»
Получив предупреждение, мужчина нисколько не растерялся.
– Прошу прощения, герр констебль, – хрипло извинился он и сделал шаг назад. – У меня плохое зрение, не могу разглядеть нашего достопочтенного кайзера…
– Я всё понимаю, но прошу вас не приближаться к ограде больше чем на метр! – продолжил настаивать на своём констебль полиции. – Таковы правила.
– Как вам будет угодно, – согласился мужчина и отошёл ещё на шаг.
Потеряв к незнакомцу всякий интерес, констебль повернулся обратно к дороге. И тут до А’Ллайс наконец дошло.
«Пистолет! – вспомнила она. – Так щёлкает предохранитель… пистолета?!»
В ту же секунду незнакомец бросился вперёд, сбил констебля с ног и вырвался вплотную к дороге, оказавшись в пяти метрах от машины кайзера. Он незамедлительно вскинул вперёд правую руку, в которой был сжат предмет, подтверждавший страшную догадку девушки, – пистолет.
Время вокруг словно остановилось…
А’Ллайс отчётливо видела, как злоумышленник уже занял стрелковую позицию, и также отчётливо понимала его ни разу не благое намерение – убить кайзера. Убить правителя страны…
Его нужно остановить во что бы то ни стало!
Злоумышленник вот-вот выстрелит… Но ведь перед этим ему ещё предстоит задержать дыхание, точно прицелиться и плавно спустить спусковой крючок пистолета – на это уйдёт не меньше пары секунд. Значит, на нейтрализацию противника есть всего несколько секунд!
Всего лишь пара секунд, но даже за такое короткое время можно успеть сделать многое. В данном случае: убить или спасти. И что из этого случится сейчас – ох, кто бы мог в это подумать, – зависело не от личной гвардии Кайзера или толпы полицейских, а от простой девушки, оказавшейся здесь совсем случайно…
А’Ллайс резво кинулась вперёд, ухватила злоумышленника за воротник пальто и изо всех сил дёрнула на себя. Не ожидавший столь быстрой ответной реакции мужчина потерял равновесие и непроизвольно попятился назад, одновременно с этим произведя один выстрел в воздух.
Послышались испуганные женские крики, протяжное завывание полицейского свистка и мужские возгласы: «Хватайте его!».
А’Ллайс приготовилась уйти в сторону, подставив подножку незадачливому убийце, который по инерции продолжал пятиться назад… Но тот резко остановился, после чего быстро обернулся к девушке и наставил на неё пистолет.
При виде дульного среза короткоствольного оружия, от которого веяло промозглым холодом металла и смерти, А’Ллайс замерла на месте с широко раскрытыми глазами…
– Навались!!!
Полиция подоспела вовремя: несколько констеблей набросились на преступника, повалили его на землю и принялись скручивать ему руки. Один из стражей правопорядка достал из поясной сумки наручники.
– Вы за это ещё ответите! – принялся сыпать угрозами поверженный мужчина. – Честь и слава Вэффлихану! Да здравствует король…
Мужчину заткнули, грубо подняли на ноги и увели в сопровождении десятка констеблей. Теперь всё внимание оставшихся полицейских привлекала А’Ллайс.
– Арестовать! – указав на девушку, сухо приказал один из представителей власти.
А’Ллайс хоть и не была виновата, но покорно подняла руки вверх: спорить с вооружёнными полицейскими она не собиралась.