Кирилл Партыка – Эпицентр (страница 31)

— Профессора. Вы его знаете.

— Знаю. Очень головастый мужик. Головастее, чем все наши. Мы его к себе звали, а он не шел. Он же пожилой, слабый. С ним одна морока. Может вообще не доехать.

— Я позабочусь.

Директор не стал упираться.

— Ну вези его сюда.

— Он здесь, в приемной.

— Да?! Какие вы быстрые. А я его сколько уговаривал хоть в гости заглянуть. — Директор нажал клавиш селектора. — Галина Федоровна. Там у вас товарищ Профессор. Пусть войдет.

Через несколько секунд дверь отворилась, и вошел Профессор. Директор встал ему навстречу, протянул руку.

— Ну наконец-то! Значит, попутешествовать решили? Да вы садитесь, садитесь.

Они, обменявшись рукопожатием, уселись. Директор достал из стола бутылку с остатками коньяка, два бокала. Я здесь больше не требовался.

— Что же вы, уважаемый?! — сказал Директор, не обращая на меня внимания. — Какой-то патлатый шоферюга вас уговорил. А серьезных людей вы и слушать не хотели.

На слова Директора я не обиделся. Не считал он меня патлатым шоферюгой, просто такая у него была манера разговаривать. За глаза — хорошее, а в присутствии — что попало.

— Во-первых, уважаемый, Петр Павлович, я к вам не насовсем. Просто дело стоит того, чтобы в нем поучаствовать. А к вам, в Крепость, я никогда не переселюсь, потому же, почему и он. — Профессор ткнул большим пальцем через плечо, имея в виду меня.

— Ну я пойду, — сказал я. — Мне собираться надо.

Директор сделал милостивый жест. Теперь они заведут свою обычную полемику надолго.

Часть вторая

ПО АДСКИМ КРУГАМ

ГЛАВА 1

По обеим сторонам трассы пробегал лес, обычные придорожные заросли березняка, хвойных деревьев и густого, непролазного кустарника. Глядя на их мелькание, можно было подумать, что ничего вокруг не изменилось, все как прежде, как четыре года назад. Только трасса была совершенно пустынна — ни одной встречной или попутной машины, да асфальт потрескался, провалился частыми колдобинами, и через него, как и в городе, перла трава, даже гуще.

Ехать приходилось с осторожностью, хотя вездеход, которым я управлял, не боялся никаких колдобин.

Я сперва настаивал на своем походном ГАЗ-66, обшитом стальными листами. Мой испытанный многими походами грузовик с крытым кузовом поджидал меня в укромном боксе заброшенного гаражного кооператива. Машину я знал как свои пять пальцев и то, что она меня не подведет. Директор не стал со мной спорить, а просто повел в гараж. Здесь я увидел некое транспортное средство, довольно большое, бронированное, с четырьмя парами огромных колес. Что-то в нем было и от КамАЗа, и от танка, и, наверно, от автобуса. По словам Директора, его мастера немало потрудились, строя подобную машину — как раз на тот случай, если потребуется дальняя, очень дальняя поездка. А куда она могла потребоваться, было ясно само собой, хоть Директор об этом ничего не сказал. Работяги давно готовились добраться до Эпицентра. И вот наконец время настало.

Директор заставил меня залезть внутрь, посидеть в водительском кресле. Посидеть для меня было маловато. Но когда я завел машину и выехал на ней из ангара…

Одним словом, теперь именно этим монстром я и рулил, упираясь взглядом в корму бэтээра, шедшего в авангарде. Работяги его тоже несколько модернизировали. Вместо башенки на крыше торчала уменьшенная копия установки залпового огня типа «Град». На стандартное армейское вооружение она не походила. Смахивало на то, что ее тоже смастерили умельцы в Крепости. Ее боевые качества были мне неизвестны.

Двое бойцов из экипажа транспортера вылезли на броню и восседали рядом с мини-«Градом» в обнимку со своими «калашами», как заправские спецназовцы. Я поморщился. Лучше бы им этого не делать. Никакие они были не спецназовцы, а просто молодые ребята, отслужившие срочную и выжившие в Чуму. Как и остальная наша «армия», трясшаяся в бронетранспортере. Замыкали колонну грузовик с оборудованием и припасами и небольшой бензовоз. Обе машины тоже были укреплены самодельной броней.

Я искоса взглянул на Профессора, расположившегося в пассажирском кресле. Вообще-то кресло было не пассажирское, оно предназначалось для бортстрелка. На крыше нашего монстра торчала башенка со скорострельной малокалиберной пушкой, а по сторонам мы ощетинились четырьмя пулеметами. Для стрелка предусматривался шлем кругового видеообзора с прицелом и две рукояти-джойстика для управления вооружением.

Сперва это место вознамерился занять физик Лешка Георгиев, которого Директор объявил руководителем экспедиции. Леха, молодой, энергичный и деловитый, не прочь был поруководить. В прошлом он состоял научным сотрудником НИИ и готовился защищать диссертацию. Но Чума свела на нет все его планы. Он был одинок. Семьей не обзавелся, а родители жили в другом городе. Так что ему посчастливилось никого не потерять. Лехин карьеризм мне сразу не понравился.

— Удобно? — спросил я, когда он угнездился на сиденье.

— Нормально. — Леха стал примерять шлем стрелка, запихивая под него свои буйные рыжеватые кудри.

— Значит, так, — сказал я. — Быстро слез с этого места и ушел в салон. И запомни, командовать ты будешь своими по научной части. А в остальном — я здесь бог, царь и воинский начальник. Если мы хотим благополучно доехать. А уж если еще и вернуться — тем более. И все меня слушаются и делают, что скажу. — Я демонстративно выдернул провод стрелкового шлема из гнезда. — И ни во что не палят без моей команды. Понятно?

Леха недовольно покосился на меня.

— Ты, Серега, не зарывайся. Понятно, что в дороге ты главный спец. Но должна же быть общая организация…

— Вот я всех в общем и организую. А мешать заниматься наукой — это ни-ни! Будь спокоен.

Я прогнал его в салон, где уже разместились «специалист широкого профиля» Игорек Лаптев, малорослый, но плотный, занимавший почти полтора места; Лариска и трое наших «гостей». Профессора я пригласил составить мне компанию в кабине. Для восьмерых вездеход был не то чтобы тесноват, но большого комфорта не обеспечивал. Старик, водворившись в удобное кресло, поблагодарил меня взглядом.

Перед выездом я примерно то же, что и Георгиеву, объяснил командиру бойцов, Володьке Исаеву, бывшему армейскому сержанту. Тот в обстановке разбирался получше, в отличие от ученого Лехи возражать не стал.

— Ты, Ездок, главное, вовремя скомандуй, а мы не подведем.

Бойцы его смотрели на меня с нескрываемым уважением.

Лариса делала вид, что между нами сугубо официальные отношения. Ну раз ей так удобней, пускай. А «гости» вообще большей частью отмалчивались, держась вместе. Я по-прежнему не мог уловить их ауры.

Директор велел выезжать с рассветом. Но я твердо сказал, что рано. И стоял на своем часов до девяти утра. Члены экспедиции бродили вдоль машин, курили и ворчали.

Директор наконец не выдержал.

— Сергей Николаевич! Чего стоим, кого ждем? Что за чудачества?!

Увиливать не имело смысла.

— Комодовская группа выехала час назад. Мы их пропустим вперед часа на три и тогда тоже тронемся.

— Это откуда же тебе известно, когда они выехали?

— Петр Палыч, я вас когда-нибудь подводил?

— Нет, но…

— Вот и поверьте на слово. Не пожалеете.

Директор с крайне недовольным видом оставил меня в покое.

Честно признаться, я тогда еще ни в чем не был уверен. Я шарил своим «шестым чувством» в потемках, пока не наткнулся на нечто. Сперва я не понял, на что. Потом ощущение стало более отчетливым, приобрело характерный оттенок. Я нащупал Ездока, и Ездок этот, я был почти уверен, не кто иной, как Конь. Мы давно и хорошо знали друг друга, должно быть поэтому я учуял его на таком расстоянии — едва уловимую знакомую вибрацию, в которую вцепился изо всех сил, чтобы не потерять. И я ее не потерял. Наоборот, она окрепла, и я смог улавливать ее оттенки. По ним я определил, что Конь отправился в путь. С кем и куда — сомневаться не приходилось.

И потом, на трассе, я старался чересчур не сокращать расстояние, но и не отдаляться настолько, чтобы потерять Коня. Я понятия не имел, сколько с ним людей и на чем они едут. Я вообще не знал ничего о шедшей впереди группе. Но «маячок» Коня мерцал у меня в мозгу. И это было пусть небольшое, но реальное преимущество.

Наконец я решил, что и нам пора отправляться. Конечно, придется опасаться засад и всяческих каверз. Но я полагал, что это не так плохо, как нападение с тыла.

Директор пробубнил что-то напутственное, чтоб осторожней и вообще. Больше всего его беспокоила опередившая нас группа.

— Может, догнать их да ввалить ракетами, — предложил Володя Исаев.

Директор ругнулся.

— А они, по-твоему, с рогатками отправились?! Начнете друг другу вваливать — никто не доедет. Лучше без драк, если получится. Ни к чему нам драки.

— Но и непредсказуемые конкуренты — тоже, — вставила Лариса. Ее спутники, как обычно, помалкивали.

— Без драк, думаю, не выйдет, — сказал я. — Не та ситуация.

— И что же прикажете делать? — осведомился Директор. — Может, отложим экспедицию?

— Есть другие дороги, — сказал Володя, поигрывая автоматом — Не обязательно по трассе.

— Есть, — согласился я. — Но по окольным грунтовкам мы дня на два позже доберемся. Драка может случиться прямо на месте. А что там, на месте…

— И что ты предлагаешь? — перебил предводитель нашей «армии».

— Пусть они себе едут. Мы будем держаться на определенном расстоянии.