Кирилл Пак – Белый Волк (страница 7)

— Я боялся, ты их совсем завалишь, — послышался знакомый голос из–за потрепанной темно–зеленой «Ауди». — Но, раз обошлось, будем считать испытание зачтенным.

— Игорь? Так это была проверка?

— Это была работа, — выбрался на свет бывший десантник. — Не мог же я клиента без подстраховки с новичком оставить.

— Мальчишки твои?

— Нет.

— Подожди, — мотнул головой Самасад. — Откуда тогда ты узнал, что они здесь окажутся, что страховка нужна?

— Расскажу. Все расскажу, Кирюша, — обнял его Игорь за плечо. — Только не сразу. У тебя пока допуска нет. Пошли, я на ужин мороженого купил. А то все пельмени да пельмени. Ножик, смотри, какой забавный. Нож–кастет. Хорошая штука, если надо с кем разобраться. Только громоздкая, в кармане не поносишь.

— Ерунда, — перешагнул через тонкоусого Самасад. — Чего–нибудь придумаю.

Странный клинок ему определенно начинал нравиться. Словно специально по руке был сделан. Пальцы закрыты, хороший упор, в ладони не провернется. Мастер заботился не о красоте, а именно об удобстве этого оружия. Настоящая вещь. Нормальный мужчина с такой игрушкой не расстанется ни за что и никогда.

— По–одо–озре-ва–емый… — растягивая буквы, произнес фээсбэшник, перелистывая пальчиками шуршащие и пахнущие сухой щепой бумажки из папки. — Ага, вот она, аналитическая сводка. «Подозреваемый установил видеокамеры на лестничную площадку перед квартирой охраняемого объекта и в его прихожую, выведя защищенную линию к себе в квартиру, регулярно вел слежку за объектом Батарейка, следуя за ним на некотором расстоянии пешком или на наемной машине, что доказывает его явственный интерес к объекту. Семь дней назад…» — Широков запнулся и уточнил: — За семь дней до написания сводки. «Семь дней назад подозреваемый установил контакт с гражданином Кириллом Самасадским, ныне безработным, бывшим сотрудником частей специального назначения, имеющим боевой опыт и лично уничтожившим значительное количество живой силы бандформирований, а также подозреваемым в незаконных действиях. После этой встречи гражданин Самасадский приобрел себе новый мотоцикл, одежду, передал своей матери некоторую сумму денежных средств и начал слежку за объектом Батарейка, выясняя маршруты его движения. Из вышеизложенного можно сделать вывод, что подозреваемый полностью подготовил план устранения охраняемого объекта и нанял специалиста. Рекомендую принять в разработку гражданина Самасадского как основного возможного исполнителя…».

Пальцы гостя разжали бумажку, и она скользнула в папку ко всем прочим.

— Вот так ты и стал объектом Вепс в оперативной документации, Кирилл… Ну что, приятель, можешь пояснить, откуда у тебя внезапно появились деньги на столь серьезные покупки, и с какой целью ты постоянно следовал за Батарейкой?

Апрель 2013

— У нашего чинуши по прогнозу два трудных дня и завтра днем большая бяка в дороге. Поскольку до нюня я за старшего, Рома, отдуваться придется тебе. Собирайся, клиент выезжает примерно через четверть часа.

— Почему до июня? — глянул на часы Самасад.

— Планы есть на отпуск. Ты же не думаешь, что я тут, как на цепи, неотлучно сидеть собираюсь? Коли сойдемся характерами, за меня на месяцок–другой останешься. Не сойдемся — значит, не судьба. Ты за месяц аванс получил? Вот до следующей получки, думаю, и разберемся с этим вопросом.

— А что у нас за начальство? Кащей Бессмертный?

— Закрытая информация, — подмигнул ему Игорь. — Всего три дня на службе, а уже все и вся прознать хочешь. Ничего не скажу. Кстати, пять минут прошло.

— Ч-черт… — Кирилл быстрым шагом оказался в ванной, ополоснулся до пояса, наскоро вытерся, влез в бадлон, джинсы, куртку, схватил с вешалки каску. Уже через семь минут, перепрыгивая по целому пролету, помчался вниз по лестнице.

К тому времени, когда джип чиновника выкатился со двора, он успел не просто завестись, но и прогреть двигатель, а потому со спокойной совестью тронулся следом.

Возможно, для «клиента» день выдался и трудным, но у Кирилл никаких проблем не возникало. Убедившись, что тот отправился на работу в дом на Большой Ордынке, Самасад спокойно позавтракал в кафе на соседней улице, затем не торопясь выбрал себе в магазинчике одежды опрятную рубашку, кожаный галстук и джинсы из плотной черной ткани, которые могли при нужде сойти просто за брюки. Заодно купил задешево куртку из толстой кожи — пригодится, как потеплеет. Вечером выяснилось, что прибарахлиться он успел вовремя: вечер чинуша провел в ресторане с симпатичной круглолицей девушкой с подстриженными в каре каштановыми волосами. Самасад занял прижатый к дальней стенке столик и наблюдал за парочкой почти до полуночи — и ни разу никто на его костюм не покосился. В начале первого «клиент» привез красотку к себе домой — Кирилл с чистой совестью пристроил «Японца» к облюбованному парковочному столбу и отправился отдыхать. Проследить за квартирой вполне могла и потайная камера.

Утром Самасад досталось: сигнализация сообщила об открывшихся на четвертом этаже дверях чуть не в семь утра. Телохранителю пришлось одеваться на ходу, прямо в лифте, чтобы успеть к «Судзуки» до того, как ржавый «Паджеро» сгинет в неизвестности. К счастью, «клиент» уважал свою машину и не сорвался с места, едва запустив двигатель, как делают некоторые торопыги. Три минуты, пожертвованные чинушей на прогрев мотора, позволили Самасаду добежать до мотоцикла и запрыгнуть в седло. Практически вместе они выкатились со двора, через пятнадцать минут высадили возле Каширского шоссе девушку и помчались дальше, на восток, в пригороды, к подмосковной Мещере. Спустя полтора часа джип остановился у проходной завода «Электросталь», а Кирилл остался скучать через улицу напротив. Он подозревал, что «клиент» здесь всего лишь в командировке и может выйти в любой момент. Рванет по шоссе на ста пятидесяти — попробуй его потом догони.

Ждать пришлось долго. Чинуша не появился за воротами даже во время обеда, когда рабочие из ближних домов растекались по кварталам довольно широкими ручьями. Возможно, на заводе была столовая — а вот Самасадский остался голодным. Только в половину третьего «клиент» появился на улице с большущей картонной коробкой. Сунул ее в багажник, завелся, выкатился с парковки, медленно проехал по улицам на юг. Но едва джип миновал знак окончания населенного пункта, внезапно сорвался с места, улетая куда–то в сторону Раменского. Кирилл тоже до упора открыл заслонки инжекторов. В какой то момент «Паджеро» пошел на обгон фуры и скрылся за ней от чего Самасад грязно выругался. Стиснув зубы, пригнулся к рулю, уменьшая лобовое сопротивление, перестал обращать внимание на встречных, нагло проскакивая в узкую щель между разъезжающимися автомобилями. Налетая на пологие, невидимые взгляду кочки, «Судзуки» то и дело взмывал в воздух, двигатель срывался на визг, колесо при приземлениях проворачивалось, оставляя сизые облака в воздухе и черные пунктиры на асфальте. Обогнав фуру, Кирилл понял что хорошо так отстал от «клиента» и теперь уже с трудом мог заметить его.

На несколько минут далеко впереди опять показался ржавый квадрат с черным кругом запаски, прыгнул влево, затевая новый обгон, тут же вернулся. По встречной полосе длиннющими синими сараями закачались две фуры. Далекий джип мигнул красными «стопами», несколько раз вспыхнул желтый поворотник… Правый поворотник!

Дорога нырнула вниз, в просеку между высокими березами, на черных ветвях которых светились зеленые, только вылезшие из почек листочки, опять забралась на взгорок. Джипа видно не было… Самасад сбросил газ, привстал на подножках.

— Есть! — Справа мелькнул знак примыкания второстепенной дороги. Мотоциклист ударил носком ноги по педали заднего тормоза, выжал сцепление. Полсотни метров — он упал вправо, проходя поворот, бросил сцепление, добавил газ. «Японец» выпрямился, вписавшись на относительно узкую трассу, уходящую под уклон к чахлым осинам и вербам. — Как бы в болото не влететь…

Двухполосное шоссе описывало широкую дугу, опускаясь все ниже и ниже. Справа и слева под деревьями то и дело поблескивала вода. Дорога спрямилась, вильнула влево, вправо. Кирилл прошел повороты, падая набок так низко, что едва не чиркал цилиндрами по покрытию. Стрелка спидометра, указывающая сто пятьдесят, даже не дрогнула. Что же, метров триста он на этих виражах наверняка выиграл. Только что это за…

— Японский бог!!! — Рука и нога одновременно со всей силы зажали тормоза. Они схватились на юз, мотоцикл завилял, прикидывая, в какую сторону падать — Самасад приотпустил ручной, давая прокрутиться колесу, поймал равновесие и снова зажал колодки. «Японец» клюнул носом, заскользил. На миг показалось, что сейчас он встанет на переднюю вилку, но инерции не хватило, и двухколесный зверь замер в десятке метров от занимающих всю правую полосу машин.

Рыжий «Паджеро» застыл на обочине, «Мерседес» — слева, чуть впереди и наискосок, загораживая джипу проезд. Чинуша стоял, полу–выбравшись из–за руля и закрываясь пассажирской дверцей, перед ним ожесточенно жестикулировали трое бритых наголо, откормленных борова в одинаковых черных майках. «Клиент» на их фоне казался не худощавым — он выглядел натуральным червяком.

— Что за блин?! — откинув подножку, громко закричал Самасад. — Вы чего, другого места для беседы найти не могли?! Я из–за вас, мудаков, чуть не убился! — Он сдернул шлем, повесил его на руль и направился к компании. — Вы хоть думаете, чего творите, мужики?