Кирилл Неумытов – Война ассасинов (страница 40)

Мы расправились с двадцаткой бойцов на входе без каких-либо проблем. Прошли через пятиметровые золотые врата внутрь Башни.

— Прямо настоящий «свет в конце тоннеля»… — сказал Быстров.

Я был полностью согласен со словами Ромы — точно такие же ассоциации. Внутри Башни оказался длинный-длинный коридор с белым светом в самом конце.

— Что чувствуешь по Ки?

— Внутри Башни мёртвая зона. Ничего невозможно почувствовать. Снаружи чувствовал бойцов легиона, но тут ничего.

— Не нравится мне это место… Выглядит как ловушка.

— Мадир на последнем этаже.

— С чего так решил?

— А где ещё быть человеку, который решил назвать себя богом? Предлагаю не лезть внутрь Башни — лучше пойдём по внешней стене. Где-то возможно смогу и телепортировать. Мне этот тоннель тоже крайне не нравится.

— Разве слои барьера ещё не восстановились? Кальма должна была вернуться.

— Она действительно уже вернулась. Лабиринт я больше не проскочу, но возле Башни мои способности ещё почему-то работают. Здесь своя зоны кальмы. Она не сливается с барьером и при этом не очень сильная. Ну или во всяком случае для меня.

— Насколько высоко сможешь нас телепортировать?

— На первых этажах телепортировать не смогу. Здесь кальма ещё сильная. Я говорил про средние этажи.

— Понял.

В арсенале Быстрова была одна очень занятная способность — создание притяжения к объекту. Грубо говоря, Быстров мог сделать гравитацию к вертикальной стене для себя и для кого-то рядом. Область действия, правда, небольшая, но если не отставать, то проблем не будет.

Рома прижал ступню к стене. Затем он выгнулся назад, чтобы принять горизонтальное положение. Притяжение создано. Быстров пошёл по стене, как по обычной земле. Сделал он это за доли секунды — такой приём ему был не в новинку.

Я справился не так быстро. Вбежал по стене очень лихо, но потом ещё некоторое время привыкал к новой гравитации. Легион, увидев нас, снова начал залп огня — это тоже неслабо мешало.

В основном вражеские маги располагались сверху первого этажа. Примерно четверть легиона стояла на втором и всего десяток на третьем. Но, надо отметить, чем выше находился боец, тем сильнее уровень меланиса и контроль — думаю, так не случайно. Наверх нас пускать не хотят, а значит именно туда нам и надо.

Как только мы стали взбираться, некоторые из бойцов легиона стали прыгать на нас с копьями — атака скорее не чтобы убить, а чтобы просто сбить с восхождения. К концу этажа вниз упало не меньше тридцати вавилонских бессмертных. Хотя так называть их не правильно — вполне они смертные.

На первом этаже пришлось чуть задержаться. Легион кинулся на нас с двух сторон, да и сверху огненные атаки не прекращались. Надо было немного расчистить путь прежде, чем идти дальше.

— Хватит, — сказал Быстров, перейдя в горизонтальное положение. — Пошли.

На середине второго этажа нас все-таки столкнули. Сначала упал Рома, а потом, естественно, и я. Причём меня чуть ли не скинуло к самому основанию Башни — буквально чудом зацепился за край первого этажа. В одной руке меч, другой держусь за край.

Рома подхватил меня за руку. Справа и слева него пришли новые бойцы легиона. Мы отбились от самых ближайших и снова полезли вверх.

На этот раз долезли почти до конца второго этажа, но враг обрушил часть стены. Мы упали к основанию башни — зацепиться за верх первого этажа не получилось.

— Если они каждый раз будут разрушать стену, то мы не доберемся к Мадиру, — сказал Быстров, схватившись за продольный вавилонский щит. Слабая защита, но от огненного залпа немного помогает. Я последовал примеру Ромы и тоже взялся за один из упавших вниз щитов.

— Есть какие-то предложения?

— Кальму создать сможешь? Если ты поможешь продавить мне вражескую зону кальмы, то у меня получится телепортировать нас через несколько этажей.

Я надрезал ладонь. Всего секунды хватило, для оценки возможности преобразования крови.

— Нет, не потяну.

— Понял. Тогда взбираемся до победного.

На нас спрыгнуло больше десятка бессмертных, но в целом первый этаж снова покорился без проблем. Только почему так много бойцов легиона? Мы перебили больше половины на выступе первого этажа, а их снова столько же, если не больше…

Вышли из арок? Скорее всего. По — ощущениям, в легионе все-таки есть тысяча бойцов. Не знаю, наберётся ли на десять тысяч, но такая армия магов в резерве поражала. Понятно, что против ассасинов они вряд ли что-то сделают, однако есть фронты, где пару элитников спокойно перевернут ход сражения.

Магические войска это очень важный ресурс. Зачем оставлять столько солдат в тылу? Для создания легенды о десяти тысячах солдат на защите Башни? Глупо. Они здесь не нужны. Для охраны императора подойдут только ассасины.

Я разрезал ладонь и брызнул кровью на стену Вавилонской Башни.

— Что ты делаешь?

— Хочу кое-что проверить…

Меня напрягали письмена на стенах Башни. Я хотел проверить, нет ли у этого элемента декора ещё и других функций.

И мои предположения оправдались. В письменах было заключено чьё-то преобразование крови. Какой эффект оно давало, я не понимал, но на всякий случай решил сломать эту магию. Моей крови, к счастью, хватало для такого преобразования, но это уже точно было последним, что я сделаю через силу крови.

— Преобразование крови. Разрушение структуры магии.

Раздался грохот разбитого стекла. Весь легион, как живые, так и мёртвые, превратились в стекло.

А это уже наследие от Кио-Кио… Преобразование крови тоже тянуло на магический шедевр, но, к счастью, легко рушилось.

— Так это были клоны… Молодец, что догадался. У меня и мысли не было.

— Давай вперёд. Думаю, нам встретится что-то посерьёзнее этого.

Быстров кивнул. Мы снова начали взбираться на второй этаж. Без огненных залпов и прыжков бессмертных это дело буквально нескольких секунд.

Этажи с третьего по седьмой тоже прошли без проблем, но на восьмом нас уже ждали.

Вальмонт. Ассасин абсолютного взрыва. Если говорить более научно — ассасин молекулярного уничтожения, но это уже звучит не так устрашающе. Вальмонт поднял руку — на его ладони был порез.

— Дальше вы не пройдёте, — в совершенно спокойном тоне сказал вражеский ассасин. Говорил на вавилонском, но я и Рома его прекрасно понимали. — Прыгайте с Башни, если не хотите сдохнуть.

Вальмонт стоял в глубине одной из арок. Скорее всего это был вход на восьмой этаж. Слишком уж большой и глубокой была эта арка. Да и оформление сильно отличалось — своды арки украшал красный орнамент.

— Беру на себя, — выходя вперёд, сказал Быстров. Я положил ему рук на плечо для бафа. — Зона кальмы здесь слабая.

У меня против Вальмонта никаких шансов, но для Ромы это очень удобный противник. Ему не страшна «превосходная способность» Вальмонта, если хватает кальмы для «прохождения сквозь предметы».

Я заметил кровь на орнаменте. Вальмонт явно хочет обрушить часть Башни. Похоже своё великое строение Вавилон жалеть не будет.

— На орнаменте кровь, — шагая вперёд, произнёс я.

Взрыв.

Свод арки разрушило, но мы успели прыгнуть внутрь. Рома вступил в бой, а я держался рядом на поддерживающей позиции. Сильно на Вальмонта не лез — при неудачной атаке он уничтожит мой меч, а заодно возможно и руку. Второе, как ни странно, куда менее опасно. Руку можно восстановить, в отличие от меча. Ассасин опасен и на голых кулаках, но, скажем честно, лучше иметь оружие. Вальмонт, правда, исключение. Он сражался без меча — чисто ладони.

Против Быстрова вражескому ассасину было тяжёло. Бой шёл на невероятных скоростях и очень контактно. Рома доминировал и наносил множество ударов, но всего одна ошибка могла привести его к гибели. Вальмонт уничтожит его тело до последнего атома, дай ему только возможность.

Взрывы, взрывы и ещё раз взрывы. Вальмонт не отпускал Быстрова из состояния «пространственной прозрачности». Выпустит хоть на мгновение — и тут же следует острый выпад мечом от Ромы.

Насколько известно, чем больше объем «абсолютного взрыва», тем дольше Вальмонту требуется времени на восстановление. В контактном бою вражеский ассасин использовал взрывы самого минимального объема — от размера теннисного мяча до полноценного кубометра.

Взрыв.

Взрыв.

Взрыв.

Вальмонт своими атаками стремился выгнать Рому к краю Башни. Только как это сделать против оппонента, что проходит сквозь любой предмет или человека? Но и Быстров к победе близок не был. Несколько раз он цеплял Вальмонта, но тот восстанавливался за секунды.

Дождавшись хорошего момента, я атаковал Вальмонта спереди. Быстров только-только прошёл сквозь ассасина и находился сзади. Взрыв. Я успел отскочить в самый последний момент. Взрывы Вальмонта чувствуются заранее через Ки, но у меня с этим были умением были проблемы.

Я ожидал, что Быстров нанесёт атаку сзади, но тот поступил иначе. Дотронувшись ладонью до спины Вальмонта он его телепортировал.

— Что?! — удивился я, — как ты смог это сделать внутри барьера?

— Не забывай, что у меня тоже есть сильные преобразования крови, — Быстров показал окровавленную ладонь.