Кирилл Неумытов – Серый Кардинал (страница 22)

— Что в той стороне? — я показал рукой на восток. — Там Митран?

— Митран, — кивнув, мрачно подтвердил старик. — Не знаю, что там у них случилось… Туурон нас не трогал с конца весны…

Вчера Пферн говорил, что Митран — важный шахтёрский город, там живёт больше тысячи человек, и основная торговля деревни происходит как раз с Митраном. Столица, правда, никогда не считала шахтёрское поселение городом, но для деревенских всё было иначе.

Неужели Туурон пустил тысячу человек под нож? Это королевство мне нравится всё меньше и меньше.

— Надеюсь, они обойдут вас стороной, — сказал я главе и пошёл к Виссаре.

В деревне Пферна не так много людей, это может их спасти. Ублюдок Ровек Грарт берёт двойные налоги, но никак не защищает эти земли. Впрочем, вряд ли мелкому лорду хватило бы сил против войск Туурона. Они за один поход разбили Аэльмаров, у которых было две сотни руновоинов.

Виссара вытянула морду к небу и не заметила моего появления. Её зелёная чешуя красиво переливалась в свете солнца. Стоит ли нам лететь днём у всех на виду? Виверна в небе уж слишком заметна. Напасть на нас вряд ли смогут, но мы выдадим своё местоположение.

Потенциально в этих землях есть прановоин, а значит, на Виссару может начаться охота. Лучше соблюдать осторожность и передвигаться ночью.

Мой план понравился Виссаре. В отличие от меня, виверне вообще не нужно куда-то торопиться, осторожность у неё в приоритете. Она вновь назвала меня «умным человечишкой».

Большую часть дня я спал в доме Пферна. Ночью мне не хватило времени на отдых, да и вспышка красного света имела последствия. Я чувствовал себя обессиленным. Место, где начертана руна, всё ещё немного побаливало. Дочь старика по моей просьбе дала травяную мазь для обработки порезов на линиях рун. Они неглубокие, но всё равно могли привести к воспалению, что мне совершенно не нужно.

Виссара из-за скуки попросила продолжить рассказывать историю Средиземья. Отказывать я не стал, так как за мной был должок. Лучше бы потратил свободное время на разговор с Пферном, но я и без того узнал от старика всё самое важное. Была мысль сбить молотком чеканку львов на золотых монетах, однако смятые деньги тоже вызовут вопросы. Я решил оставить всё как есть.

То, что мне хотелось спать, было очень кстати, потому что ночной перелёт будет долгим. Я хотел сразу лететь в долину Кормер на самом юге Адолии. Опознавательным знаком для Виссары будут две огромные горы — Багровые Близнецы. У их подножия стоял Корсград — главный город долины. Там я буду пытаться устроить встречу с людьми принца. Но в первую очередь мне нужен руномаг, а они обычно служат непосредственно лордам.

Маги не так редки, как прановоины, и они, кроме боевых качеств, могут создавать руны на предметах или людях. Собственно, последнее и приводит к появлению руновоинов, правда, полной механики процесса Пферн не знал. Предполагаю, что важным элементом тут является прана. Старик сказал, что в столице Паадине были свободные маги, но про Корсград он ничего на этот счёт не слышал.

Октавия внимательным взглядом посмотрела на посетителя лавки. Девушке нужно было понять, какую максимальную цену готов заплатить клиент.

Кудрявый темноволосый парень, судя по просьбе сжечь руну истощения, из освобождённых рабов. Скорее всего, он стал чьим-то подмастерьем, поэтому денег у него мало. Пять-десять серебряных это максимум, который могла получить Октавия.

«Значит, заплатит не деньгами, а информацией, — подумала руномаг. — Но и деньгами тоже. Заберу всё, что у него есть. Крой одежды парня похож на тууронский, возможно, его господин оттуда».

— Как тебя зовут, мальчик? — спросила руномаг, дружелюбно улыбнувшись.

— Я — Арэн, — спокойно ответил парень.

Октавия удивилась, что не вызвала у посетителя даже доли смущения. Красивые девушки вряд ли часто улыбаются подмастерью, а Октавия была как раз из таких. В свои тридцать пять она выглядела на двадцать — милое личико без морщин, большие карие глаза и улыбка, которая пленила сердца многих мужчин.

Шёлковое тёмное платье элегантно сидело на стройной фигуре, а разрез декольте показывал слегка больше, чем принято. Но даже если отбросить красоту девушки, руномаги — это совсем другой сословный класс. Те, кто выше, обычно смотрят с презрением на тех, кто ниже. Октавия показала совсем иное отношение, однако Арэн никак на это не отреагировал.

— Ты подмастерье? — спросила девушка, изменив тон голоса на более властный и жёсткий. Она решила показать, кто тут есть кто. Откинувшись на стуле, Октавия постучала по столу пальцами, демонстрируя несколько перстней с рунами.

— Думаю, моя профессия никак не влияет на вашу работу, — вежливым тоном произнёс Арэн, слегка улыбнувшись.

— Мальчик, я думала пойти тебе на уступки в цене, если ты будешь честно отвечать на мои вопросы, — произнесла Октавия равнодушно и подняла ладонь ближе к лицу, чтобы показательно рассматривать ногти. — Если я скажу, что сжигание руны стоит два золотых, что ты будешь делать?

Девушка перевела взгляд на Арэна. Она хотела увидеть, как упрямый мальчишка становится покладистым, но вместо этого по её столу звякнули две золотых монеты со львом. Октавия так удивилась, что на секунду даже открыла рот и откинулась назад.

«Откуда у него такие деньги? — стала анализировать ситуацию девушка. — Я ошиблась, он не из бывших рабов? Лицо худющее, жизненной энергии почти нет. Кто Арэн такой? Он явно не так прост. Зря я стала ему грубить, теперь надо будет действовать деликатнее, чтобы всё разузнать».

— Что ж, вопрос отпал сам собой, — Октавия поднялась со стула и подошла к входной двери, взяв со стола ключ. — Я закрою лавку, чтобы нас никто не беспокоил. Арэн, проходи в рунную комнату.

Лавка располагалась на первом этаже трёхэтажного деревянного здания, ничего каменного здесь не было, поэтому Октавии пришлось привезти четыре гранитных плиты для рунной комнаты. Они располагались по углам и были расчерчены знаком огня, с которым у девушки лучше всего происходила концентрация.

Арэн последовал в рунную комнату, а Октавия зажгла масляную лампу, потому что окон во втором помещении не было. Воздух здесь был затхлым, тяжёлым. Пахло гарью и нотками специй, которые раньше тут хранились. Руны огня выжигали кислород и немного нагревали комнату.

— Одежду выше торса положи на стойку, — приказала руномаг. — Затем садись на стул по центру.

Когда Арэн снял одежду, взгляд Октавии зацепился на шрамах от плети на его спине. На руну истощения девушка тоже обратила внимание — судя по маленькому размеру круга, всё походило на чьи-то эксперименты с магией. Тело парня так и говорило, что когда-то он был на самом дне. Октавия решила немного поиграться с Арэном и нежно прикоснулась рукой к его плечу.

— Вижу, ты многое перенёс в своей жизни, — ласково, с нотками жалости, произнесла девушка. — Откуда ты, Арэн?

— Какое это имеет значение? — ответил парень вопросом на вопрос.

«Вот это кремень, — поразилась Октавия. — Обычно, когда я так мягко говорю с мужчинами и даю им своё тепло, они рассказывают абсолютно всё. Конечно, бывают опытные волки, на которых не действуют женские чары, но Арэн совсем мальчишка. Откуда у него взяться опыту?»

— Чтобы тебе помочь, я должна знать, кто поставил на тебя руну истощения, — соврала руномаг и убрала ладонь с плеча парня, встав сбоку. — Расскажи мне, что с тобой случилось.

— Я потерял память, — сказал Арэн, повернув голову к девушке. — Кто поставил на меня руну, я не знаю, но думаю, это кто-то из Туурона.

— Ты совсем ничего не помнишь? — Октавия приложила пальцы к животу парня. — С какого момента у тебя остались воспоминания?

— Я хорошо помню только последние три дня.

— Это странно, потому что руну поставили месяц назад, — девушка убрала руку с живота Арэна. — Последний резонанс я считываю день назад. Вчера горные патрули видели красный столб света со стороны северных границ Адолии. Это должно вызвать резонанс твоей руны истощения, но только в том случае, если ты был близок к кровавой пране. Арэн, твоя руна вчера кровоточила?

— Да, всё так, — подтвердил парень.

— А как далеко на севере ты вчера был?

Октавия задавала вопросы очень хитро. На самом деле ей не нужно было знать ничего особенного про руну для её сжигания, но слово за слово она вытягивала крупицы информации, а что-то ей сказали сами руны.

— Мой ответ как-то повлияет на магию сжигания? — спросил Арэн.

— Конечно, — девушка кивнула, хотя это было враньём. — Чем больше я буду знать, тем лучше сделаю свою работу. Арэн, в твоём теле очень слабая жизненная энергия, сжигание руны ты можешь не пережить.

А вот это уже было правдой. Октавия — хороший маг, и весь её опыт говорил о том, что Арэна может ждать смертельный исход из-за его слабости. Впрочем, с этим типом рун девушка сталкивалась всего пару раз за всю жизнь. Руну истощения чаще ставили для пыток, а не по прямому назначению. Столь грубое извлечение энергии из живого существа даёт самые крохи кровавой праны. Использование магии поглощения имеет смысл только при сотнях жертв. Всё указывало на то, что кто-то проводил над парнем эксперименты для изучения рун истощения.

— Я думаю, дело в том, что вас просто одолевает излишнее любопытство, — раскусил Арэн ложь Октавии. — Приступайте к сжиганию руны. Если меня ждёт смерть, значит, так тому и быть.