Кирилл Неумытов – Московский магический университет (страница 2)

Я робко отвел взгляд, и Наталья Геннадьевна сразу поняла мои планы.

– Женя, только не говори, что не будешь поступать в МГУ!… Это же лучший вуз страны! Туда каждый год мечтают поступить миллионы человек… А ты ещё и на магическое направление поступил!

– Я ещё до конца ничего не решил, но, сказать честно, склоняюсь к военке.

Воспитательница тяжело вздохнула.

– Твой дар пригодится как в военной сфере, так и в гражданской. Но однозначно развить его будет легче в МГУ.

– С чего бы это? В университете, кроме магии, будет куча ненужных предметов, а в военном вузе всё по существу.

– Женя, что за глупости. Ты думаешь, наши офицеры малообразованны? У тебя и в военном вузе будут, как ты выразился, «ненужные предметы».

– Я думаю, там их будет меньше… Да и не в этом дело, Наталья Геннадьевна. Раз у меня появился талант к магии, то я должен защищать Родину. Как говорится – кто, если не я?

– Ты имеешь дар в целительстве, а не в какой-нибудь разрушающей магии!

– С моим даром не всё так просто… Я могу быть полезен и в военном деле.

– Женя… Трудно с тобой спорить… Но ты всё-таки подумай дважды, прежде чем принимать окончательное решение – твой выбор будет очень много значить в твоей жизни.

– Да, Наталья Геннадьевна, я знаю. На сто процентов я ещё ничего не решил. Прежде хочу поехать в Москву.

– Рада слышать, – воспитательница протянула мне документы и, когда я начал их рассматривать, добавила: – Осторожнее в Москве. Там всё совсем по-другому.

– Так я уже был в Москве! В первый раз, конечно, поражает… как будто на другую планету попал. Но во второй-то раз всё будет привычнее!

– Я говорю не о развитости технологий, масштабе и архитектуре города с его небоскребами до небес… В Москве совсем другие люди. Они думают и живут совсем иными идеалами, чем мы.

– В смысле? Мы же все советские люди. Живём в равенстве.

– Но одни, к сожалению, всё же равнее других… Москвичи живут бок о бок с аристократами, и это их сильно развращает. Моя сестра долго работала в Москве и знает это не понаслышке.

Аристократы… Единственный привилегированный класс в стране: обычные жители союза «товарищи», а они лишь «граждане». У нас, в Дальнем Константинове, таких нет и в помине, в Нижнем парочка семей уже найдётся, всё-таки город-миллионник, но основное их засилье, конечно, в Москве и Санкт-Петербурге.

По итогам социалистической революции 1925 года, «белые» и «красные» договорились создать государство, в котором могли мирно существовать и аристократы, и обычный рабочий класс, без угнетения последнего. Правда сейчас, сто лет спустя, уже немного угнетаются первые. Даже есть особая уголовная статья «Разжигание ненависти к аристократическому классу».

– Не понимаю. В Москве десять миллионов жителей, а аристократов всего пара тысяч на весь Союз. Как они вообще могут на что-то влиять?

– Поверь, могут. Если ты покажешься им способным, то они захотят прибрать тебя в свои структуры.

– Ха. Пускай попробуют! Я их слугой ни за что в жизни не буду!

– И все-таки, Женя, будь осторожен.

– Хорошо. Спасибо, Наталья Геннадьевна!

Я взял папку с документами и вышел из кабинета. Переживают же женщины за всякое разное… Хотя в Москве, действительно, всё как-то не так… Или просто атмосфера мегаполиса… Все куда-то идут, несутся – самый настоящий человеческий муравейник…

Собирать вещи и бронировать билеты я решил без промедления. Железнодорожного вокзала в Дальнем Константинове не было, и поэтому надо было ехать на автобусе до Нижнего. Это недалеко – всего шестьдесят километров.

Когда я пришёл в комнату, Исаев уже проснулся, сидя на кровати с перекошенным лицом.

– Голова трещит? – улыбнулся я. – Давай помогу.

– Нет, голова не болит… Слышал, ты в Москву поступил. Поздравляю, но завидую…

– Саня, а ты никуда не прошёл? Я то думал, мы вместе будем учиться… Не в одном вузе, так хотя бы в одном городе.

– Москва оказалась мне не по зубам… Только в Нижний взяли. Я тащил нас туда, а поступил ты… Мои способности проявились с самого детства, но твоим и в подмётки не годятся.

– Да брось! Я думал, ты тоже поступишь – у тебя же такой талант к магии земли!

– Ага… Таких талантов пол союза. А мне только на стройку идти… Хотя и это неплохо… Просто, посмотришь на тебя и завидно становится. Я же был с тобой на вступительных – они там офигели от твоих способностей, а ты даже и половины не показал… Спрашивали, в какой школе обучался, кто твой учитель магии… Во сколько лет прорезался дар…

– Не знаю. Я не заметил, чтобы кто-то «офигел». Мне самые обычные вопросы задавали. Да и не самые крутые штуки я делал – ты же видел, что творили те, кто годами обучался магии.

– Женя, так они аристократы! Естественно, что они профи в магии! И ты составлял им конкуренцию!

– Наверно, на целительстве не самый сложный конкурс на поступление. Я слышал, маги огня сжигают по несколько полигонов на каждых вступительных.

– Ты слишком принижаешь свои способности. Тебе по силам делать вещи, которые не может кто-либо другой.

– Спорное утверждение. В открытых источниках о магии почти ничего не пишут. Можно сказать, о ней мы знаем лишь по слухам и тому, что видели сами.

Исаев развалился на кровати, раскинув руки по сторонам.

– Когда поедешь в Москву?

– Сейчас соберу вещи и пойду на ближайший автобусный рейс. Хочу немного погулять по Нижнему и вечером сесть на поезд.

– Понятно. Удачи тебе! Звони, пиши, как там.

– Да, хорошо, – я улыбнулся и решил немного подколоть друга: – Значит, ты так рьяно пил, потому что не поступил в Москву?

– Может быть, и так… Свои результаты я знал ещё неделю назад, но не хотел говорить. Как-то неприятно быть в отстающих…

Саня никогда не любил проигрывать, такой уж у него характер. Иногда это даже доходило до абсурда – как-то раз мы час спорили про происхождение слова «сланцы». Он, опираясь на шутку из одного фильма, говорил, что сланцы – это традиционная обувь исландцев. Причём, что самое смешное, находились ребята, которые с ним соглашались…

В действительности, слово «сланцы» появилось из-за одноименного города. Там, кроме добывающих предприятий, находился завод, на котором и делали столь незаменимую в жару обувь. Будь повод серьёзнее, я бы отстаивал свою позицию до конца, но в итоге каждый остался при своём мнении.

– В Нижний Новгород из наших поступили далеко не все – уже только это можно считать неплохим результатом. Если брать меня, то без магии можно было даже не думать о Москве. Мне просто повезло иметь хорошие способности.

– От везения в нашем мире зависит довольно много…

Я собрал вещи в сумку и отправился на автовокзал. Всё увезти, естественно, не получалось, но самое важное я забрал.

Студенческая жизнь – добро пожаловать!

Глава 2 – Портал в иной мир

11 августа 2038 года, СССР, закрытый город Вязь-4.

Профессор Баевский держался за голову. Ему не давало покоя, что изучение нового объекта забрало человеческую жизнь. Надежда ещё была, но по прошествии семи часов можно было сказать наверняка – разведчик из портала не вернётся. Задание предполагало только оценку обстановки по ту сторону, долгой миссии не планировалось.

Идея бомбардировки меланиса нейтронами урана-235 была украдена у вавилонских ученых. Разведка докладывала, что Вавилон смог открыть портал в иной мир, и это помогло улучшить их вооружение. О каких конкретно технологиях шла речь, оставалось неизвестным, но, исходя из косвенных источников, угроза даже превышала мощь ядерного оружия.

Естественно, советское руководство поставило задачу в кратчайшие сроки повторить эксперимент Вавилона. Были предположения, что врагу удалось раскрыть главный секрет меланиса, однако открытие портала не дало никаких ответов. Появились лишь новые вопросы.

– Дрон не вернулся… Было глупо считать, что с человеком будет иначе… – сказал профессор вслух самому себе. Любая электроника внутри портала ломалась на раз.

– Ничего глупого в этом не было, – отозвался полковник Гавриленко из глубин лаборатории. – Теперь мы знаем точно, что по ту сторону скрывается какая-то опасность.

– Ещё слишком много неизвестных… Но определённо, мы вступили на очень скользкую дорожку…

Полковник подошел к столу, за которым сидел Анатолий Павлович, и бегло посмотрел на лежащие бумаги.

– Профессор, зачем вы тратите своё драгоценное время на исследование атмосферы вокруг портала? Насколько я знаю, это могут сделать обычные лаборанты. Где они, кстати? Почему главный ответственный за эксперимент делает черновую работу, в то время как лаборанты прохлаждаются?

– Я отпустил их поесть. Обед мы пропустили, пускай хотя бы поужинают. А насчёт «драгоценности моего времени» – уже полчаса у меня полный ступор.

– Анатолий Павлович, вам надо соблюдать режим сна. Вы слишком много работаете, и это в конечном итоге скажется на вашей продуктивности. Под вашим руководством находится пятьдесят человек. Используйте их потенциал по полной.

– Все и так работают не покладая рук…

– Я не спорю, однако вы работаете ещё ночью. Почему подчиненные спят, в то время как начальник занимается делом?

– Людям положено ночью спать.