Кирилл Мурзаков – Ступень к Абсолюту (страница 47)

— Если правильно распределю воздействие навыка, то здание должно остаться целым.

— Должно? То есть ты не уверен в этом?

— Как говорит Ильва, шансы пятьдесят на пятьдесят. Либо здание устоит, либо рухнет, — не смог сдержать улыбку я.

— Брать пример с маленькой девочки не слишком умно. Нам нужен более серьёзный и продуманный план.

— Как мне уже это надоело. У меня нет более продуманного плана, если он есть у тебя — предлагай. Обрушение свода — это крайний вариант, и то для начала мне нужно просветить толщу земли и проверить, хватит ли у меня силёнок это сделать. Сейчас прибегать к столь отчаянным действиям мы не будем. Подождём Алину с её роем, и если через полутора суток никто не придёт, а плана лучше у нас не будет, придётся обрушивать свод.

— Алина слишком правильная девочка, так что должна явиться на помощь своему поданному, — произнёс Ларс, стараясь этими словами успокоить в первую очередь себя.

— Власть меняет людей и, поверь мне, не в лучшую сторону. А эти подобия людей носятся со своей королевой как со святыней. От такого у любого крышу сорвёт, не говоря уже о такой простушке, как Алина.

— Возможно, процесс не зашёл так далеко, и она не успела оскотиниться.

— Может быть, — согласился я.

— Похоже, мы пришли, — сообщил воришка, когда лестница закончилась.

Верхний этаж здания ничем не отличался от того, на котором мы остановились. Несмотря на то, что темнота не давала рассмотреть подробности, я был уверен, что и здесь царит такое же запустение. Холодный камень пусть и не обжигал мои босые ступни, но отчётливо давал понять — в этом здании давно забыли, что такое тепло.

Изощряться и пытаясь достать ногой до потолка я не стал. Прислонил ступню к одной из несущих стен и запустил умение. Радиус сканирования голоса земли был большой, и его хватило, чтобы дойти до поверхности земли. Триста метров с лихвой бы хватило и при использовании навыка из облюбованной нами комнаты. Но из-за тонкости каменных стен и большого количества полостей картина сканирования получалась смазанной, и для более точного результата пришлось подниматься наверх.

От свободы нас отделяло восемь метров. Наверняка большая часть — это сплошной камень и лишь у поверхности тонкий слой почвы. Иначе, несмотря на подпорки, которыми здесь выступают здания, такой широкий свод города давно бы рухнул под своей тяжестью.

— Ну что, крушитель, сможешь пробиться к свету? — вывел меня из задумчивости Ларс.

— Смогу, — кивнул я. — Вот только с чего ты решил, что там есть свет?

— Так ты же сам мне недавно о нём говорил, — растерялся воришка.

— А если там середина ночи и до появления солнца ещё ждать и ждать? Ты можешь сказать, какой сейчас час? Часов ни у кого нет, а собственному чувству времени у меня доверия никакого. В этом подземелье оно наверняка уже сбилось.

— Замечательно, если мы обрушим потолок, то этим точно привлечём стражей, но не факт, что осветим город. А как ты предлагаешь противостоять неуязвимым монстрам без солнечного света?

— Никак, я тебе ногу прострелю, и пока стражи будут тебя кушать, группа покинет подземелье, — ответил я, принявшись спускаться по лестнице вниз.

— Ну и шуточки у тебя, Рик, — сдавленно рассмеялся Ларс. — Ты же сейчас пошутил? Пошутил, правда?

— И зачем вы наверх поднимались? — как только мы вошли в комнату, задала вопрос Кристина.

— Рик хочет свод города обрушить. Вот только не факт, что мы при этом выживем. А ещё, вполне возможно, наверху сейчас ночь. Если это так, то без солнечного света мы не сможем противостоять стражам. Рик пообещал, что в случае неудачи и отсутствия света он мне ногу своими кольями продырявит и оставит в качестве приманки для монстров, — прямо с порога начал жаловаться Ларс.

— Мне план нравится. Если что, могу самолично ему сухожилия на ноге подрезать, — вызвалась Эрика.

— И у вас хватит совести спасаться бегством, слушая мои вопли боли? — неверяще произнёс воришка.

— Не переживай, долго мучиться не будешь. Ты худой, твари тебя быстро съедят, — обнадёживающе похлопал будущую жертву я.

— Вот именно, тут нужен кто-то помясистей. Давайте Арна вместо меня оставим. Он вон какой здоровый, у него ещё и доспех хороший: пока они эту консерву вскроют, пока съедят, мы далеко убежать успеем.

— Ларс, ну нельзя же так. Ты обрекаешь своего соратника на жестокую смерть. Как ты после такого спать будешь? — осуждающе произнёс Франс.

— А я, по-вашему, что, не человек⁈ — чуть ли не во весь голос возопил воришка.

— Заканчиваем этот балаган, — видя, что Эрика хочет сказать наверняка очень обидные для Ларса слова, прервал я это препирательство. — Лучше скажите мне, кто-нибудь знает, какой сейчас час?

— Рик, ну какой час. Лично я даже не знаю, день сейчас или ночь. С этой беготнёй по подземелью и рваным сном ни у кого не получится уследить за временем, — высказалась Кристина, и с её словами все были солидарны.

— Франс, можешь у своего беса время узнать? — спросил я.

— Увы, но нет. После полного развития класса, он неохотно со мной общается, да и ведёт себя как-то странно.

— Эрика, а я тебе говорил, что не нужно чертей поминать. Видишь, до чего ты довела — обидела бедного беса, он теперь даже разговаривать с нами не хочет, — укоризненно произнёс Ларс.

— Похоже, время узнать у нас не получится, — опечалилась Рина.

— В нашем окружении есть ещё одна нестандартная личность. Ромул, ты там ещё не задохнулся? — постучал я по воздвигнутому мною узилищу.

— Ещё нет, но нехватка кислорода уже ощущается.

— Не подскажешь, какой сейчас час?

— Полдень, — без малейшей задумки ответил Ромул.

— А он не врёт? — насторожилась Кристина.

— Сомневаюсь. Ему незачем нам врать, — сказал я.

— Ты его, вообще-то, в клетку запер. Причём без притока кислорода, — заметил Ларс.

— Я одного из его жуков отпустил.

— Рик, да не оправдывайся перед ним. Лучше скажи, что делать будем? Свод ломать или Алину ждать? — спросила Эрика.

— Подождём сутки. Если спасать Ромула никто не явится, будем выбираться сами. Может, к этому моменту удастся составить план получше, — решил я.

— Похоже, Алину мы не дождёмся, да и план получше составить не успеем, — глядя в окно, произнёс Ларс.

— Что там? — насторожилась Кристина.

— Один из стражей обследует соседний с нами дом и, похоже, что следующий на очереди будет наш, — озвучил нерадостные новости воришка.

— Значит, всё-таки план «В», — печально вздохнула Эрика.

Глава 24

— Учтите, у меня арбалет заряжен, — предупредил нас Ларс.

— И толку с этого? Ты же уже стрелял в стража и никак ему не навредил.

— Эрика, арбалет не для стража, это на случай того, если вы мне захотите и вправду ногу повредить, — пояснил воришка.

— Франс, ты навык лазания по стенам не потерял? — спросил я, игнорируя бредни Ларса.

— Возвышение я не проходил, так что все старые умения у меня на месте.

— Вот и замечательно. Пойдём со мной, чтобы обрушить свод, мне потребуется твоя помощь.

— А нам что делать? — спросила Рина.

— Идём все вместе наверх, возможно, сразу получится выбраться на поверхность. Только на последний этаж не поднимайтесь, там может быть опасно, — предупредил я.

— Рик, а что будем делать с Ромулом? — спросил одержимый, когда мы начали свой подъём по лестнице.

— Франс, ты бы лучше за нас переживал. Я бы, может, и освободил Ромула, но он себя не контролирует, а у нас и без этого проблем хватает. Пусть в клетке посидит, если Алина и вправду за ним явится, то вытащить его ей не составит большого труда.

— Да ничего страшного, если он помрёт. Алина себе нового питомца заведёт, — не проявила сострадание Эрика.

— Так, мы на месте, сейчас небольшие приготовления и начнём, — когда мы поднялись на верхний этаж, сказал я.

Войдя в первую попавшуюся комнату, я приблизился к окну. Активация навыка, и со стороны улицы вырастает подоконник, шириной и длиной больше смахивающий на балкон. Стараясь не смотреть вниз, я вылез на созданный мною уступ и, встав в полный рост, чуть не упёрся головой в свод города.

— И зачем им только в отсутствие солнечного света окна? — спросил Франс, вслед за мной взбирающийся на подоконник.

— Жить в глухой комнате некомфортно, а окно делало визуально квартиру больше. Наверняка город был освещён, и отсюда открывался неплохой вид, — предположил я.

— Если им так хотелось простора, чего они тогда под землю зарылись? Жили бы, как все нормальные люди, наверху.