Кирилл Луковкин – Тайна Атлантиса (страница 47)

Гаррет взвыл, только не понятно от чего, то ли от злости, то ли от досады. Отбросил бластер и бросился на Рик, вцепился ему в шею.

Из кабины лифта кричали Лючио и солдаты, кричали, чтобы Гаррет остановился, что будут стрелять, но они не видели, что Гаррет обезумел и ничего не соображает, и поэтому не решались открыть огонь.

Рику удалось врезать Гаррету по уху, в бок и рывком подмять его под себя — оба покатились по площадке. Но безумец при этом не ослабил хватки, шипя и хрипя сдавливал пальцы на шее.

— Осторожно, край! — прокричал Лючио.

Рик запоздало сообразил, куда они катятся, со всего маху врезал по щекам Гаррету. Тот дернулся и на миг словно прозрел — глаза блеснули разумом и испугом. Но силой инерции его еще влекло в сторону, он тянул Рика за собой, в конце концов оба рухнули за край площадки.

Гаррет истошно заорал, воздушным потоком его тут же отнесло в сторону. Рик сумел сгруппироваться, затем раскинул руки и сообразил, что падает четко на гигантский наклонный плавник-стабилизатор. Он двинул ладонями, снова изменив положения тела — теперь летел вперед ногами. Миг — и спина коснулась наклонной плоскости.

От набегавшего потока летели слезы из глаз, Рик ничего больше не видел, все слилось в одно большое светлое пятно. Он скользил по стабилизатору на спине, моля Тьму, чтобы не напороться на какой-нибудь выступ.

Спустя несколько мгновений скорость начала падать, но была достаточной, чтобы разбиться при столкновении с каким-либо твердым предметом или разодрать спину о неровности.

Сквозь пелену перед глазами, он кое-как разглядел магистраль в стороне, там вроде бы суетились люди в серых одеждах, показалось, что даже слышны выстрелы и крики. Но понять, что происходит, не удалось, плоскость стабилизатора закончилась, Рик снова очутился в полете, отчаянно замахал руками, закричал…

Последнее, что он увидел — засыпанная снегом крыша. Влетел в сугроб вперед ногами, жуткая боль пронзила ступню, затем бок.

И сознание погасло, как перегоревшая лампа фонаря.

U

Когда он пришел в себя и выбрался из сугроба, на улице было светло. Следовательно, решил Рик, всю ночь провел в снежной пещере, и это спасло от замерзания. Сильно ныл бок, но еще сильнее болела нога, на которую он с трудом мог становиться.

Сориентировавшись, Рик спустился с крыши и поковылял к цитадели, подобрав по дороге железный прут, на который было удобно опираться, но при случае, можно использовать как оружие. Он не представлял, что твориться вокруг, не знал, получилось ли у солдат взять под контроль ядро, во всяком случае, сомневался в этом. На улицах там и тут попадались трупы в серой форме. Причем некоторые лежали с перегрызенными глотками, мертвой хваткой сжимая в руках оружие, другие же — с запекшимися ранами на теле. Иногда среди них лежали мертвые в лохмотьях, скорее всего одержимые, догадывался Рик. Но в большинстве случаев складывалось впечатление, что солдаты убивали друг друга без помощи одержимых. Весь вопрос в том: что их заставило пойти на это?

В голове шумело, Рик постоянно кривил лицо от боли.

Но боль гораздо лучше, чем холод и смерть. Он прошел примерно квартал, когда путь к площади перед основание цитадели ему преградил одержимый в драном коричневом балахоне с длинными слипшимися космами на лице. Глаз не видать, но казалось, замерший на пути безумец внимательно разглядывает чужака.

Рик сделал пару шагов и резко бросил:

— Отойди.

Никакой реакции. Безумец не шелохнулся. При этом из домов и переуклков на улицу высыпали еще несколько одержимых. Они также замерли поблизости, таращась на Рика, словно увидели нечто удивительное и необычное.

— Чего вам нужно?

В ответ тишина. Рик помрачнел и попер на косматого, который не думал отходить. Тогда Рик замахнулся прутом, собираясь раскроить безумцу череп, но тот вдруг сказал:

— Ключ на старт.

— Что? — Рик так и замер с отведенным для удара прутом. — Что ты сказал?

— Программа «Уран», — раздалось сбоку.

Рик повернулся на голос.

— Всем пассажирам занять свои места, — прозвучало с другой стороны.

И полилось отовсюду:

— Закрепите подвижные предметы…

— Оденьте кислородные маски…

— Начинается отсчет.

— Десять, девять. Три в квадрате равняется девяти.

— Восемь, семь. Дважды два равняется четырем.

— Вес настолько тесно привязан к веществу элементов, что, превращаясь из одного в другой, они всегда сохраняют тот же самый вес.

— Пусть требуется найти модуль магнитной индукции в центре очень тонкой катушки с числом витков…

— Масса вещества, выделившегося на электроде, прямо пропорциональна электрическому заряду, прошедшему через электролит…

— Сумма квадратов длин катетов равна квадрату длины гипотенузы…

Одержимые загалдели наперебой о генетических кодах, криокамерах, программе колонизации, постоянно упоминая планету Терра Нова, они сообщали физические константы и обрывки формул, сыпали числами необходимых запасов топлива и ресурсов жизнеобеспечения. Рик зажмурился, не веря в происходящее. Он бы так и стоял, ожидая, пока безумцы умолкнут, но громкий хлопок тяжелого армейского бласта прервал их безудержный поток голосов.

Рик открыл глаза в момент, когда косматый валился навзничь, зарядом бласта ему снесло полчерепа.

Одержимые одновременно повернулись к Рику спиной и словно по чьей-то неслышной команде зарычали и бросились на солдат, показавшихся на улице, став в один миг дикими, разом оголодавшими животными.

Пришлось спешно убираться в сторону, чтобы не угодить под случайный заряд бластера. Рик доковылял до стены дома, сунулся было в дверной проем, но замер на входе, наблюдая, как оттуда выползает окровавленная женщина. Она при этом тянула к нему руку и четко проговаривала:

— Король наш Карл, великий император, провел семь лет в стране испанской…

Женщина была одета в зеленоватый комбинезон кластера фордов, и тут Рик узнал в заляпанном кровью лице Оливию. Она все ползла к нему и тянула руку. Рик опустился на корточки, коснулся холодных пальцев. В глазах женщины что-то неуловимо изменилось, и она прошептала:

— Порог. Это Порог. Инструкция требует, чтобы…

Достаточно близко хлопнул бласт, Оливия вздрогнула и легла на пол, не сводя с Рика стекленеющего взгляда. Ее губы еще шевелились, когда прозвучал второй выстрел, Рик повернул голову — рядом стоял лендлорд Василевс. Позади него в напряженных позах замерли полтора десятка солдата с бластерами наперевес.

— Ты? — удивленно воскликнул лендлорд.

— Я.

— Почему они тебя не тронули?

— Не знаю…

— Где остальные?

Рик догадался, что на связь отряд во главе с Лючио так и не вышел, и кратко поведал о подъеме на вершину башни, стычке с Гарретом и своем падении.

— Ты думаешь я поверю? — заявил Василевс.

— Возможно. Я же еще жив и нужен тебе.

— Верно. — Василевс кивнул, подозвал солдата с повязкой медика на рукаве и приказал: — Осмотри его. Сделай все, чтобы смог идти.

Рику вкололи какую-то сыворотку и наложили фиксирующую повязку на стопу, ботинок правда пришлось разрезать, чтобы вытащить ногу, но спустя некоторое время боль прошла, он кое-как обулся и распрямился в полный рост.

Василевс удовлетворенно кивнул и махнул солдатам, чтобы двигались через площадь, в сторону башни. Рик пристроился рядом, солдаты взяли их в кольцо. От действия лекарства перед глазами плавали круги, дышалось легко и даже возникла бодрость. Но Рик знал, что это временно, что это наркотический эффект, от которого вскоре станет нехорошо. В затуманенном сознании возник образ угасающей Оливии, ее последние слова. Что они значили?

Рик следовал за Василевсом, некоторое время размышляя, затем произнес:

— Остается подземный сектор. Если он пуст, мы погибли.

Василевс обернулся, вопросительно глянул на него.

— Нам нужно спуститься и обследовать подземные этажи цитадели, — пояснил Рик. — Думаю, там кроется главный секрет.

— Прекрасно, — хищно улыбнулся Василевс. — Пусть будет так.

— Ты не боишься одержимости?

— А ты? Разве ты боишься?

Рик лишь усмехнулся в ответ и отрицательно качнул головой.

— Вот видишь. Главное — верить в себя. Да, а что они бормотали тебе?

— Формулы, — Рик не смотрел на Василевса, отвечал машинально, занятый мыслями. — И стихи.