Кирилл Луковкин – Тайна Атлантиса (страница 11)
— Неужели весь мир пронизан сетью таких вот пещер? — удивился Поль.
— Конечно, нет. — Старик взглянул на Рика. — Ты не сказал ему?
— Не успел.
— Тогда расскажи, пока не поздно.
Рик повернулся к Полю. Настало время для откровений.
— В мире есть подземные города, которые были созданы в специально выбранных местах. Когда-то в них жили наши предки. Эти подземелья, где мы сейчас, купола на поверхности, ваша обитель — лишь малая часть одного большого города, часть которого может простираться под землей на многие киломе… расстояния. Мы на самом его краю. Я ищу проход к центру города.
— Зачем?
— Люди, которые живут на поверхности, наполнены страхом перед подземельями, потому что все пространство здесь пронизано древними машинами и механизмами, назначение которых им непонятно. Ты знаешь это.
— Да.
— А ты задумывался над тем, почему были утеряны знания и связи?
— Так было угодно… — начал Поль и замолчал.
Рик ждал.
— Все было иначе. Так? — Поль с надеждой посмотрел на него, перевел взгляд на Книгу Лиц, который грустно улыбнулся и вновь уставился в бездну.
— Все началось из-за одержимых, — пояснил Рик. — Болезнь одержимостью появилась давно и забрала многих. Те, кто выжил, спрятались от больных, чтобы переждать, но болезнь оказалась сильнее. Люди постепенно утратили древние знания, и вместо них с новыми поколениями родился страх перед прошлым. Вот как это случилось.
— Вы хотите возродить древние знания, — заключил Поль.
Рик кивнул. Поль внимательно наблюдал за ним.
— Тогда как вы объясните случай с Черным муравьем? Выходит, болезнь излечима?
— Я не понимаю почему так получилось, и был удивлен не меньше тебя. Надо выяснить причину.
— Шакалы превращаются обратно в людей? — подал голос Книга Лиц. И, когда получил утвердительный ответ, удивленно крякнул. — Как любопытно!
— У тебя есть какой-нибудь сон на этот счет, старик? — поинтересовался Рик.
Книга Лиц покачал головой.
— Что помнишь из своего прошлого? Расскажи, нам это поможет.
— Совсем немного, парень, — старик качнул головой и непринужденно поболтал ногой, будто внизу была не бездна, а всего лишь очередная высокая ступенька лестницы, на которой он сидел. — Все смешалось в одну большую картину, где много людей, цепочки их бредут из одного зала в другой, ленты-транспортеры перемещают упаковки с грузами, и над всем этим висят огромные лампы, яркие как свет солнца. О, как давно я не видел солнечный свет! Я был рожден рабом и впахивал большую часть жизни на тепличной-ферме. С утра до вечера среди зелени и дерьма. Нас уверяли, что это ненадолго и надо всего лишь потерпеть. Каждый год был последним, и так тянулось от урожая к урожаю, от сезона к сезону. Нас уверяли, что вскоре будем жить под открытым небом, каждый в своем доме, но поверхность мы видели редко, а жилищем нам служили железные гробы-контейнеры, где едва хватало места для всех. А потом людей поразило безумие. Люди превращались в шакалов у меня на глазах. Это ужасно! Прямо посреди грядок человек мог закричать от боли и броситься на соседа с мотыгой. Потом мы подняли восстание — хотели выбраться на поверхность. Мы хотели поговорить с правительством, но оказалось, что они давно сбежали. Вот тогда и началось настоящее безумие. Шакалы крушили технику, убивали здоровых. Каждый спасался, как мог. Один ученый убедил меня загрузить в себя человеческую память из машины. Его растерзали у меня на глазах. Я собрал остатки выживших, и мы бежали сюда.
— А как вы попали сюда? Ведь канал разрушен.
Книга Лиц опустил взгляд. Прошла минута, и он сказал:
— Через Могильники. Не все дошли. А те, кто добрался, теперь живут здесь. Люди из купольных городов считают нас чумными, думают, будто болезнь заразна, и запечатали ходы вниз. Мы для них хуже слизняков.
Поль с Риком одновременно кивнули.
— Люди глупы, — вздохнул Книга Лиц. — Но я верю, что на сотню дураков найдется один достаточно умный, который сможет думать и задавать правильные вопросы. А потом получит на них ответы.
— У вас есть схема уровней этой зоны?
— Нет. О чем ты говоришь? У нас нет ничего. Посмотри на нас. Люди Сети не умеют ни читать, ни писать, и едва знают арифметику. Только у меня еще остались крохи каких-то знаний, но дети не могут их усвоить, сколько я ни пытался обучить. А насчет дороги, просто держитесь коридора вот с таким знаком, — и старик нарисовал в пыли круг, разделенный на четыре доли, в двух из которых поставил точки.
— Похоже на метку магистрали, — предположил Рик.
— Да. Ты бывал в подземных городах?
— Я видел останки такого города. Далеко на западе. Но исследовать его не получилось, слишком сильная радиация.
— Знакомое слово, — лицо старика исказила мучительная гримаса боли — пытался вспомнить значение слова. — Нет. Не могу.
— Продукт расщепления атомов во время цепной реакции. Ядерная энергия, — подсказал Рик. — Особая руда служит топливом. И эта самая руда…
— Ах да, точно! — воскликнул старик. — Так о чем мы говорили?
Поль хлопал глазами, ничего не понимая из их слов.
— О схеме города, — напомнил Рик. — У меня была схема, срисованная с одного древнего барельефа, но я остался без нее.
Он мрачно глянул на Поля, и тот съежился, словно его сейчас ударят.
— Если ты изучал архитектуру древних городов, то наверняка знаешь, что все построено по принципу круга. Это очень изящная система. Сверху расположен купол, внизу — колодец. Вокруг колодца на различной глубине кольцевые коридоры с отдельными блоками. От одной такой зоны до другой — коридор и куча всяких инженерных сооружений. Зоны связаны между собой в пучок, большой купол окружают малые. От них идут магистральные тоннели под землей и каналы на поверхности. Все вместе представляет собой перевернутый усеченный конус, с крепкой оболочкой, которой не страшно ни землетрясение, ни водная стихия.
Поль указал на красные татуировки на предплечье старика и спросил:
— Что это?
Книга Лиц уставился на татуировки так, словно увидел их впервые.
— Это… мой паспорт. Удостоверение личности.
— Но ведь…
Рик не дал сказать Полю, сделав знак затихнуть. Все прислушались: сквозь шелест водостоков за спиной донеслись слабые возгласы и крики. Шум постепенно нарастал — в поселке Белого червя явно творилось что-то необычное. Раздался хлопок. Потом еще один. Рик встревожено подхватил бласт и сделал шаг в коридор, напряженно всматриваясь в сумрак. Поль хотел было пойти вперед, но Рик удержал его.
— Вот
— О чем он? — не понял Поль.
— Твои мауситы решили нас поймать, — заключил Рик. — И спустились сюда. Пора уносить ноги.
— Но разве мы не поможем людям Белого червя? — вскинулся Поль.
— Уходите, — жестко сказал старик. — Дойдите до цели!
— А как же люди? — вскричал Поль. — Они не справятся!
— Уверен? — старик встал и перехватил покрепче палку.
Поль не нашелся, что ответить.
— Книга Лиц, ты с нами? — спросил Рик. — Драться или бежать?
Старик бросил на него ироничный взгляд:
— Приму свой конец.
— Спасибо тебе.
— Держись знака, человек из цитадели, — напутствовал Книга Лиц. И добавил, глядя на Поля. — А ты рисуй этот мир. Создай его заново. Дай ему шанс возродиться.
На развилке перед входом в залу с бассейнами их пути с Книгой Лиц разошлись. Они заторопились прочь. Поль все оглядывался, но рассмотреть что-либо в сумраке коридора у него не получалось. Спустя некоторое время донесся громкий злой возглас старика и чужие крики в ответ, затем хлопок, плеск, и все стихло.
F
Они быстро двигались по коридору, в указанном стариком направлении. Рик скользил взглядом по стенам, уверенно отмечая знакомые детали конструкций: плиты, швы соединений, то, как проложены коммуникации. Почти как дома.
Сегменты коридора повторялись через равные отрезки длины. Стены слегка выгибались и имели рифленую сетчатую поверхность. Сквозь эту сетку виднелась внешняя стена, отстоявшая от внутренней на некоторое расстояние. Возможно, за ней находилось что-то еще, какая-то иная, изолирующая коридор от внешнего мира поверхность — многослойный кокон, по такому принципу была устроена обшивка родного Термополиса.
До слуха донесся шорох. Рик поднял руку, сигналя Полю, замедлил шаг и слегка пригнулся, высматривая угрозу. Затем опустился на корточки и затушил факел. Позади притих Поль.
Они просидели так с минуту. Привыкнув к темноте, Рик медленно поднял бласт, сдвинул ползунок на цевье, уменьшая мощность, и прицелился. Снова минута напряженной тишины. Рик выстрелил. Бласт коротко чихнул — впереди раздался визг и шлепок по полу. Рик выпрямился, быстро зажег факел и направился вперед. Поль последовал за ним. Оказавшись на месте оба уставились на пятно крови, растекшееся по серым плитам.