Кирилл Луковкин – Инферно (страница 12)

На город быстро спускались вечерние сумерки. Тут и там зажигались огни, и их отражения танцевали на поверхности зыби, преломляясь под самыми странными углами. Так все и двинулись, освещаемые бликами и пузырчатыми фонарями. Сол оглянулся — «Пиявка» словно провожала их взглядом.

Путь лежал в кварталы развлечений. Альехо с Зораком быстро разменяли у банкиров воду на джаханские дукаты, ходившие в вольных городах Тысячи. Деньги были не легче водяных пузырей — тяжелые полоски рифленого кремния с печатью Великой семьи. Большую часть наличности офицеры тут же отнесли ростовщику. Изнурительная физическая работа окончательно вымотала Сола; к моменту выгрузки последних пластин он еле держался на ногах. Остальные бионы выглядели не лучше.

— Отлично! — Альехо довольно присвистнул. — Вот теперь можно и расслабиться.

И потащил Зорака в ближайшую таверну.

— Идите на корабль, — бросил толстяк бионам на ходу.

— Погоди! — осадил Альехо. — Они мне нужны.

— Это еще зачем?

— А кто потащит твою толстую задницу назад после пятого кувшина? Я что ли?

Зорак крякнул.

— Ладно, черт с тобой. Стойте здесь.

И офицеры вместе с акифами скрылись в дверях, мгновенно утонув в людской толпе, переполнявшей таверну. Бионы остались стоять как вкопанные. Сол осмотрелся. Улица кишела праздной толпой, но в отличие от дневного ее портрета, публика изменилась. Теперь среди прохожих все чаще попадались нищие, бандиты, воры и шлюхи. Гремела музыка. То и дело хлопали двери игорных домов, таверн, борделей; то и дело завязывалась пьяная драка. Женщины кричали то ли от боли, то ли от удовольствия. Плакал ребенок.

Сол прислушался к себе: боль грызла висок. Днем было терпимо, но к вечеру она усилилась. Всегда можно проглотить пилюлю, но Сол прибегнет к этому средству в самом крайнем случае. Мимо прошел плешивый карлик, презрительно оглядев каждого биона. Покрутившись возле, он попытался сунуть руки в карман одному из бионов Альехо, но тот мгновенно среагировал. Карлик с проклятиями покатился прочь.

7

Время шло. Тьма окончательно спустилась на землю. В какой-то момент Сол услышал удар. На мостовой лежал бион Зорака, один из энергетиков-новичков. Прошла минута. Бион не шевелился. Остальные тихо склонились над ним. Пощупали пульс.

— Мертв, — сказал бион-инженер с номером «367».

После чего бионы снова вернулись на свои места. Сол еще стоял над мертвецом, пытаясь понять причину смерти.

— Отойди от него, — сказал 367-й. — Ему ничем не поможешь.

— Надо позвать хозяина, — сказал Сол.

— У нас нет такого приказа.

Бион был прав. Если прямого приказа нет, бион должен находиться в режиме ожидания. Несмотря ни на что. Сол поочередно оглядел каждого из своих собратьев, но их глаза были пусты. Начала собираться небольшая толпа. Сол понимал: еще немного, и труп утащат, чтобы выкачать воду. Зорак будет в ярости. Сердце в груди забилось чаще. Такого с Солом раньше не было; он чувствовал возможность свободы там, где раньше ее не было — благодаря ослепительной боли. Нельзя терять ни минуты. Сол кое-как втащил тело мертвеца на тележку. Потом, отдышавшись, направился к таверне.

— Стой, — сказал ему 367-й. — Стой. Нельзя.

Сол не послушал его. Едва он очутился внутри, на органы чувств обрушился целый каскад — горячие волны воздуха, пряные запахи, мелькающие огни, людской гомон. Сол постоял в дверях, оглядываясь в поисках офицеров, но ни Зорака, ни Альехо и тем более акифов нигде не было. Большой зал таверны был разделен на площадки, плотно уставленные столами и стульями. Ни одного свободного места, люди даже стояли, лишь бы получить стакан питья или еды. Широкая лестница по центру уводила на второй этаж, к отдельным комнатам. Сол чувствовал на себе любопытные взгляды, но поворачивать назад поздно. Он осторожно крался мимо посетителей, ловко уклоняясь от случайных столкновений. Нужно осмотреть первый этаж. Сол стал методично переходить от одной площадки к другой, пока не обнаружил под лестницей коридор, откуда можно было попасть во второй зал, поменьше.

Дым здесь стоял коромыслом. Сол с порога увидел в углу стол, а за ним Зорака. Толстяк развалился на столе, утопив голову в сложенных руках. Сол подошел. Хозяин был один. На столе остались остатки обильной трапезы и множество бутылок из-под вина.

— Хозяин, — позвал Сол.

Зорак не шевелился. Похоже, спит. Сол позвал хозяина еще, на этот раз громче.

— Накачался твой хозяин! — захохотал сидевший за соседним столиком человек, и компания поддержала его.

Сол тронул Зорака за плечо — самый крайний прием, но и это не сработало. Толстяк что-то пробурчал, но даже не подумал оторвать голову от стола. Чтобы разбудить его, придется из пушки палить. Сол осмотрел маленький зал, натыкаясь на любопытные взгляды сидевших здесь клиентов.

Подошел бион из обслуги. Чистенький, опрятный — второго класса.

— Похоже, ты что-то ищешь.

— Да, — сказал Сол. — Мой хозяин спит, а его друга рядом нет.

— Уточни.

— Хильдар и три акифа с ним.

— Да, — кивнул бион. — Они здесь были. Посмотри на втором этаже.

Бион принялся невозмутимо убирать со стола объедки. Сол вернулся в большой зал и поднялся по лестнице, не обращая внимания на тычки и смех людей.

Лестница вливалась в балкон, который делился на два крыла. Сол посмотрел направо, налево. Куда идти?

— Кого-то ищешь, малыш? — спросила девушка с кубком, едва прикрытая лоскутами ткани.

Сол сказал про Альехо.

— А, — усмехнулась она. — Развлекается в дальнем алькове.

Сол пошел туда. Войдя в комнату, он очутился в небольшом проходе, откуда попал в просторную комнату, завешенную коврами на западный манер. Вертикальная лампа струила на обстановку скудный оранжевый свет. Почти все пространство занимали диваны и низкие столики с дымящимися курениями. Из комнаты имелись проходы в три алькова поменьше. Сол понял, для чего те предназначены. Привыкнув к сумраку, он разглядел на диване спящую девушку. В углу валялись доспехи акифов. Свет в альковах был поярче, Сол прислушался. Крайний слева пустовал. Из центрального свесились мужские ноги. Из крайнего справа доносились приглушенные голоса. Сол двинулся туда. Двери в альков не было, вместо них проход закрывала занавеска из множества пестрых нитей.

— …толстый дурак рассчитывает получить с него сто тысяч дукатов, — прозвучал голос Альехо.

— Ему красная цена пять, — сказал другой, принадлежавший очевидно одному их акифов. — Ну десять, не больше.

— Жирдяй говорит, прежние хозяева заплатили сто пятьдесят тысяч.

— Врет.

— Кукла сама ему сказала.

— Все равно не верю.

— Неважно…

Сол подошел так близко к занавеске, что увидел силуэты двух мужчин и женщины, лежавшей между ними. Он уже поднял руку, чтобы постучать в косяк, но Альехо снова сказал:

— Все это будет неважно, когда мы уничтожим корабль.

Наступила пауза. Сол замер. Женщина стала делать Альехо массаж спины. Акиф наблюдал за ними, взяв кубок.

— Твои люди готовы? — спросил акиф.

— Ждут сигнала.

Акиф пригубил из кубка, наслаждаясь напитком.

— Надеюсь, игра стоит свеч, — сказал он. — Если нас не обманут.

— Они не привыкли шутить такими вещами, — ответил Альехо. — Слишком многое на кону. И я эту возможность не упущу. Надоело скитаться по морям, хватит. Пора осесть где-нибудь.

Акиф немного помолчал и спросил:

— Когда?

— За час до рассвета. Я все устроил. Остается ждать.

Сол отступил на шаг. Еще на один. Сол не думал, почему делает так, он займется этим, когда будет возможность.

— Тебя не хватятся? — спросил акиф.

— Шутишь? — прыснул Альехо. — Полкорабля разбрелось по кабакам! Единственная ночь, когда можно погулять, и капитан это знает.

— А если план не сработает?

— У меня всегда работает, — сказал Альехо. — С двумя зарядами осечка невозможна.

— Хм… — протянул акиф. — С этим понятно. Но есть масса других мелочей. Вдруг капитан уйдет?

— Никуда он не уйдет, поверь мне. С тех пор, как мы отчалили из Фахры, он вообще не спускается с мостика.

— Да, ни разу не видел его на палубе, — согласился акиф. — Только сегодня.