Кирилл Лахтин – Наше райское завтра (страница 2)
– Прослушать. – своим слегка осипшим, но всё же звонким и юным голосом произнёс он.
«Специальная миссия? Что Верховному совету вообще могло понадобиться от меня? Может это как-то связано с моим прошлым приводом? Что-то мне это совсем не нравится… Но внеплановая проверка не нравится мне ещё сильнее, поэтому, видимо, выбирать не приходиться…» – подумал молодой человек.
Он нехотя поднялся со своего огромного металлического кресла, обшитого различными небольшими экранами с инфографикой, клавишами и джойстиками для управления его персональным компьютером и потянулся во весь свой высокий рост от долгого сидения на одном месте. Его худой, лишь слегка прикрытый халатом, торс буквально просвечивал насквозь. За его кожей можно было разглядеть каждое ребро, а каждый синяк и ссадина растекались огромным черно-кровавом следом на его бледном теле.
Его квартира значительно отличалась от любого другого современного жилища. Вместо простоты, чистоты и множества мини-Заменителей, которые бы вели все бытовые дела, здесь была лишь бесконечная пыль, грязь, разной степени свежести компьютерные составляющие, множество проводов, свисающих со всех углов и выпирающих из стен, а также стояла ужасная вонь, наводящая на самые неприятные мысли.
«Сколько времени я не выходил из дома? Кажется, две недели, да? Интересно, на улицах всё также темно?»
Всего в его доме было три довольно небольших по размеру комнаты: уборная, спальная и кухня. На удивление, самой чистой была именно уборная, хотя на стенах у ванны всё ещё были засохшие брызги крови, которые остались здесь с последнего «эксперимента». Кухня представляла собой три огромных проржавевших и вечно гудящих холодильника, которые были до отказа забиты пищевыми полуфабрикатами, а на полу перед ними лежало несколько огромных мешков с мусором и пара здоровых канистр с питьевой водой, которая уже много лет была на вес золота среди всех жителей приграничных субъектов.
Главная комната же визуально представляла наибольший интерес. Обшарпанные бетонные стены были исколоты от попыток жильца проделать в них новые отверстия для всё разрастающейся проводки, а прямо в углу стоял огромный генератор, который использовался пусть и не так часто, но зато всегда был незаменим в случае внезапной проверки или отключения подачи электроэнергии. В самом центре спальной стояло то самое огромное кресло, прямо перед которым на кронштейнах висело восемь мониторов, на каждом из которых помимо окон с командной строкой, различных записей и диалогов с такими же «энтузиастами», были и прямые трансляции из различных уголков ОЕС, с весьма и весьма неприятным содержанием.
На одном из экранов транслировался штаб запрещённой на всей территории ОЕС организации ЗЧС, в котором её замаскированные члены разделывали на куски тела Заменителей, пытаясь извлечь из них необходимые данные. Со злобой и азартом в глазах они расчленяли бесчувственные тела одно за другим, видимо веря в то, что этим они смогут хоть что-то изменить.
На другом – прямой эфир из крупнейшего на Земле человеческого города – Дели. Исхудавшие жители дрались друг с другом за последние остатки пропитания и воды, некоторые из них опускались до каннибализма и аутофагии, а другие – в страданиях умирали от голода на улицах, полных мусора, останков Заменителей и разлагающихся тел других жителей.
«После окончания Последней войны ОЕС сделал из этого города своеобразный эксперимент. Его отрезали от всего остального мира, а для того, чтобы никто оттуда не сбежал – расставили по границам орды военных Заменителей. Сто миллионов человек оказались заперты друг с другом на крошечном клочке земли, а вместо поставок провизии – на них лишь бесконечно сбрасывали тонны отходов из куда более важных соседних городов. Совет предполагал, что Дели не продержится и пяти лет, однако он до сих пор жив… Кто-то всё ещё мечтает выбраться за его пределы, кто-то достиг успеха в его стенах и обзавёлся потомством, а кому-то суждено умереть в нищете от холода и голода. Типичное расслоение общества…» – подумал хозяин дома, заглядываясь на прямую трансляцию.
На последнем экране была камера наблюдения, установленная у входа в саму квартиру. Так, юноша, надеялся выиграть себе хотя бы немного времени в случае внеплановой проверки.
За грудой системных блоков, коробок с тщательно упакованными пси-картриджами и прочей электроникой располагался огромный сейф-шкаф, в котором он хранил все свои печатные книги по истории и другим наукам, которые были запрещены ещё с момента окончания Последней войны. На сейфе была едва заметная кнопка, нажав на которую механизм бы моментально уничтожил всё содержимое. Это была ещё одна мера предосторожности.
Закончив с разминкой, парень отправился в свою ванную. Умыв своё болезненно-бледное лицо и расправив свои длинные чёрные сальные волосы, он наконец-то взглянул в своё мутное отражение в разбитом и запотевшем зеркале.
Огромные чёрные круги под глазами. Белая, как лист бумаги, кожа, плотно натянутая на чётко различимый скелет его головы. Обсохшие и обкусанные до крови от нервов и стресса губы, пожелтевшие от налёта зубы. К его левому глазу уже практически приросла линза с автоматическим сканером данных, а из правого уха торчал небольшой чёрный наушник со встроенным переводчиком.
«Такая допотопная технология… Поражаюсь только, как мне удалось довести её до идеала и превзойти всю ту чушь с постоянной прослушкой, которой сейчас переполнен рынок…»
Левая рука его была полностью забинтована, а ближе к предплечью виднелись остатки засохшей и затвердевшей крови.
Сняв халат и надев вместо него грязно-белую футболку, он натянул на себя широкие чёрные штаны с множеством карманов и ремней, а сверху накинул свой изношенный и покрытый пылью и шарушками тёмный плащ.
Бегло проверив карманы на наличие всего самого необходимого, он покинул свою квартиру, закрыв дверь на кодовой замок и несколько уж совсем архаичных стальных щеколд и замочных скважин.
В их небольшом семиэтажном доме из прежней сотни жителей осталось всего трое. Вдоль облезлых стен, с которых так и сыпалась бетонная крошка, располагалось множество дверей: совсем новых и высокотехнологичных, открывающих доступ в квартиру только по биометрическим данным, более старых с кодовыми замками, подобно тем, что были и у юноши, и совсем-совсем древние – закрывающиеся на простейший ключ. Пугало в этой картине не количество или разнообразие входов в чужие квартиры, а осознание того, что за этими дверьми уже на протяжении многих лет нет никакой жизни.
«Большинство домов в таких районах уже давно простаивают почти пустыми… Только благодаря таким дуракам, как я – их до сих пор не сносят. На месте тех домов, в которых уже не осталось никого – строят новые предприятия и производства, где хоть и полно шума и движения из-за работающих там Заменителей, но всё же нет ничего живого…»
Проходя мимо одной из квартир, молодой человек с грустью на лице взглянул на ведущую в неё дверь.
«Помню, как только переехал сюда – тут жил парень по имени Антеро. Мы часто болтали о разном, выходили в сеть, и он даже дал мне много советов по поводу пси-картриджей, которые я тогда использовал. Кажется, он понимал всю ошибочность стремления людей к новой реальности, но после того, как его невеста перешла на Цифровую Землю – он последовал прямо за ней… Да уж…»
Он наконец-то покинул стены своего дома и перед ним во всей своей «красе» открылся вид на старый район уже ставшего ему родным города Хельсинки.
На месте небольшой частной застройки, где раньше в своих домах жили целые семьи людей, вели своё хозяйство и наслаждались окружающей их природой, теперь были огромные многоэтажные производства, где изготавливали всё необходимое для создания новых Заменителей и поддержания жизни на Цифровой Земле.
Почти вся земля, на которой прежде росло множество деревьев и кустарников – была застроена огромными трассами для передвижения транспорта с различными запчастями и самими Заменителями. Бетонные и идеально ровные покрытия для таких же безжизненных и идеально передвигающихся машин в какой-то степени пугали тех, кто застал времена древних автомобильных дорог и магистралей с их сумасшедшими развилками и ямами на проезжей части.
Вдалеке виднелась промышленная часть города. От самого основания и до облаков возвышались гигантские индустриальные постройки, крыши которых были заставлены множеством антенн и вышек связи. В этих зданиях беспрерывно горел свет, а внутри велась безостановочная монотонная работа Заменителей. В самом высоком комплексе – разрабатывались космические программы для отправки всё новых и новых экспедиций за пределы Земли. Членами экспедиций были, естественно, те же самые Заменители.
– Юхани! – окликнул юношу по имени сухой и поддатый мужской голос.
Молодой человек тут же обернулся и увидел на скамейке у подъезда крайне пожилого чернокожего мужчину, одетого в рваный чёрный пуховик, меховую шапку и свисающие до пола коричневые балахоны.