Кирилл Клюев – Глазами Артиллериста (страница 8)
Тот ненадолго замешкался чем воспользовался фон Альмагор.
Наоми была уверена, что он хочет защитить её – на то были причины, но пока они долго-долго говорили про моральные качества воинов империи, про смысл существования офицеров, а Наоми думала, какой же странный суд, а ещё её трибунал сегодня явно не закончится.
Дело в том, что исход решала третья сторона – а её пока что не назначили. Сидящие тут чиновники слушали всё это с целью решения какой исход более выгоден казне армии, а также следили за соблюдением гражданских законов; по части военной решали два офицера – один защищал обвиняемого, так как полагалось, что перед вынесением приговора надо полноценно разобраться в ситуации – в империи в ходе долгого развития института юриспруденции была выбрана именно система прецедентного права, что наиболее ярко было выражено в сфере армейской и флотской.
Третьей стороной выбирали офицера, причём тут угадать было крайне сложно – кто-то мог по своим связам, по своим интересам подставить нужное лицо, но такое стало крайне трудно, когда во главе армии встали Эрнандесы…
Почти час шла долгая беседа о сути солдата и офицера, потом ещё какое-то время уточняющие вопросы задавали сами судьи.
–Я прошу обратить внимание, – уже изрядно устав, сказал фон Крупп: что младший лейтенант нарушил стройный план майора Авейры, который предлагаю ему, как главному свидетелю, изложить.
Наоми была готова испепелить глазами мерзкого майора, но то же желание явно испытывал ещё один человек в зале…
–Господа! Когда во всю уже шёл бой, наш фланг начал испытывать большие сложности – враг подошёл близко к нашим позициям, и единственным выходом было перебросить наши небольшие пушки с холма на поле, чтобы накрыть их, прикрывая пехоту. Я был в шаге от исполнения своей задумки, прошу обратить внимание – под запись, что мне было приказано распорядиться расчётами орудий как я решу правильно, однако план мой сорвался, так как младший лейтенант Найт… Проявив вопиющую некомпетентность осталась наверху!
Наоми слабо потянула руку вверх.
–Я готова оспорить слова своего командира…
Десятки глаз с осуждением теперь были направлены на Наоми, буравя её взглядом, а она впервые в жизни ощутила себя совсем небольшой по сравнению с другими людьми.
–И что же вы сможете сказать в своё оправдание? Неужели, на ваш взгляд, есть что-то, что могло быть более весомым нарушением, нежели нарушение субординации?!
Фон Крупп сверкнул моноклем, произнося эти слова, но после он замолчал, явно ожидая ответа Наоми.
–Согласно изначальному плану, на возвышенности были расположены три орудия, одно из которых было под моим командованием, вместе с тем наверху располагались все предметы нашего снаряжения, в том числе и зарядные ящики…
–Вы в этом точно уверенны?! – полковник перебил её.
–Так точно, вечером перед боем каждый из расчётов подвёз свои зарядные ящики и снаряжение для обслуживания орудия, спрятав их за грядой вместе с орудиями…
Дальше она всё пересказала, как было сказано до неё, но сделала девушка одну ошибку – дала свою оценку своим действиям.
–…Перевод всех орудий вниз вместе с боеприпасами занял очень много времени – без огня, прикрывающего перебрасываемую пехоту, соединения в центре точно взяли бы в котёл.
Тут по рядам пошёл шёпот, раздался громкий крик:
–Она не может делать такие выводы – простой солдат, вчера ставший офицером, понятия не имеет о том, как… – закричал Авейра.
–Майор! – остановил его громогласным возгласом Милош: вам никто не давал в данный момент слово, а уровень её компетентности могут оценить только судьи и… третья сторона в нашем суде!
На пять минут зал стих, так как гражданские судьи решили обсудить обстоятельства.
–Решено, что необходимо провести повторное слушание, ибо ситуация относительно младшего лейтенанта Наоми требует выяснения обстоятельств, а также, судя по протоколам, третья сторона в данном деле пока что не назначена… Слушание пройдёт через три дня, в двенадцать часов!
Все снова начали бормотать… Судьи встали, обвиняемый, сторона обвинения и защиты отдали честь; после того, как чиновники ушли, удалился полковник, за ним майор, а потом Наоми опустила холодную руку, смахнула капли пота со своего лба, после чего схватилась за перила, которые шли вокруг неё, создавая небольшую трибуну.
На выходе её ждал Милош. Она загадочно посмотрела на него.
–Ты сам захотел участвовать в этом?
–В той ситуации, что ты оказалась, только я или кто-то из твоих друзей может помочь. Авейра и фон Крупп так просто не отстанут. Ну и я, конечно, наилучший вариант для тебя…
Его зелёные глаза с добротой и теплом изучали Наоми. Она понимала, что эти слова он, всё-таки, говорил не просто так.
–Ну артиллерист поймёт мою ситуацию лучше, чем медик… Мне этот толстяк ещё в первый же день не понравился…
–Он очень далёкий родственник по женской линии моего дяди –майор видит себя великим командиром, под стать моему отцу, а фон Крупп – это одна из ветвей нашей династии – ему нужна слава любой ценой, чтобы показать себя ничем не хуже фон Альмагор… Ну и оба просто мечтают носить вот это…
Пальцем он указал на свой золотой значок принадлежности к Великому Дому.
–А я оказалась на линии пересечении огня…
Они спустились по лестнице, откуда пошли в стоящее небольшое здание на территории – там была кофейня для офицеров, но как только туда вошла Наоми часть из них, сидевших на слушании, сразу отошла подальше.
–Ты не боишься…
Тут он взглянул на неё так уверенно и браво, будто её судьба наконец была в его руках. Уже было нетрудно догадаться как сильно он был влюблён в неё.
–Нет – я же не просто майор артиллерии, как Авейра…
Он усадил Наоми, всё ещё немного шатавшуюся, с одной стороны стола, наиболее близко расположенного у окна, и взял напитки.
–Меня сейчас интересует одно – ты говорила правду?
–Так точно…
–Это достаточно сильно может нам помочь – приказать во время боя расчётам сменить расположение, при том что зарядные ящики у вас были большие… Это потратило бы много времени, пехоту, которую прислали помочь вам, не получилось бы прикрыть, а имея в виду, что ваш фланг был в очень запущенном состоянии…
–В смысле? – девушка очень сильно удивилась, услышав столь громкое заявление.
–У больших пушек снизу ещё вечером не хватало картечи, пехота осталась без завтрака – прикреплённые к ним полевые кухни не успели дойти вовремя, а тут ещё твой случай…
Чуть отойдя от душного зала и нависшей угрозы, она спросила:
–У тебя есть доказательства?
–Документация, но не вся – я могу её поднять под предлогом твоего дела.
В голове промелькнула мысль – неужели он хотел с моей помощью условно поднять свой рейтинг?
Фон Альмагор отпил горячий напиток и продолжил:
–С точки зрения логистики ваше состояние было ужасное, приказ Авейры может расцениться как представляющий угрозу всей операции, но только вкупе с другими нарушениями, которые я точно найду за пару дней.
–А я?
–Скорее всего закроют на тебя глаза – признают ошибкой следствия, либо звеном вопиющих нарушений командования…
Тяжело выдохнув, она села поудобнее.
–Но мы всё ещё зависим от третьей стороны – майор так хотел тебе напакостить, что из-за срочности его обращения нормально не успели подготовить состав судей и военный стороны.
–Кто это может быть?
–Кто угодно – от лейтенанта пехоты до генерала артиллерии… И явно любой, кто не знаком с тобой, не будет благосклонен, даже к нашим выводам, ибо причины, которые я озвучил, не будут точно препятствием для твоего обвинительного приговора.
Наоми через какое-то время попрощалась и с трудом встала. Милош схватил её за руку.
–Я не дам тебя…
–Я знаю, спасибо…
Девушка вырвала руку и ушла, после чего попыталась получить свою лошадь, но это было невозможно – её сабля и конь оставались на хранении до конца следствия, но, судя по словам офицера на вахте, она их больше не увидит…
Ничего не оставалось кроме как сесть на трамвай и поехать в Пеллау, домой. В здании рядом со штабом были комнаты для офицеров и солдат, попавших в столицу проездом, но был ли смысл там ночевать, когда недалеко свой же дом.
Трамвай до Пеллау отличался, не просто от столичных, но и от тех, которые Наоми помнила из своей юности – он был покрыт тонкими листами зелёного металла, а крыша и прочие декоративные элементы – были серебряными, у маршрута помимо номера была буква «А». Сев туда, она дождалась контролёра, которому отдала небольшую сумму, после чего получила небольшую желтоватую бумажку с витиеватой окантовкой и номером маршрута.
Возница ударил в колокол рядом с собой, стеганул лошадей, и большой зелёный вагон начал своё движение. В центре столицы они остановились всего лишь раз – около большого парка с прудом и роскошными виллами – оттуда ещё хорошо был виден дворец императора. А затем лишь на окраине, где дома были почти как в Пеллау, а также множество было корпусов учебных заведений – три университета, старше которых были только учебные заведения в Титании, расположились посреди средней высоты каменных домов с деревянными мансардами, чьи трубы от кухонных печей и двускатные крыши стремились ввысь.
Дальше дорога шла по лесу, петляя между холмами. На них также располагались дома, встречались виноградники с обширными территориями, но зачастую это был густой сосновый лес, из которого выходили грунтовые дороги.