Кирилл Клеванский – Сердце Дракона. Том 1 (страница 42)

– Как тебя зовут? – спросил Краб, поднимаясь на ноги.

Он принял странную стойку. Будто пытался пародировать спящую цаплю, поджавшую одну лапу.

– Хаджар, – прозвучал спокойный ответ.

– Тогда смотри Хаджар. Этой технике обучил меня лучший фехтовальщик Весеннего. Впрочем, в своей деревне, ты, наверное, и не слышал что такое техники меча. Тогда позволь же мне показать тебе насколько огромен этот мир, и что твои Шаги в нем – не больше, чем детская забава.

Краб выдохнул и вокруг его клинка засветилось синее сияние. Оно дрожало, пыталось улизнуть с лезвия, но все же – оставалось на месте. Зрители едва не сделали шаг вперед, чтобы лучше рассмотреть происходящее.

Еще десять лет, техника уровня Смертного считалось в Лидуса чем-то невероятным и даже мифическим. А теперь, благодаря Империи, ей могли владеть даже школы в таком захолустье как Весенний.

Да, судя по интенсивности свечения и тому, какое пространство вокруг клинка оно занимало – Краб не был в ней силен. Возможно, находился на начальных уровнях техники. Не больше. Но все же – не все офицеры из нижнего звена могли похвастаться такими достижениями.

Хаджар же, внешне оставаясь спокойным, внутренне напрягся. Да, он тоже знал Смертную технику. Технику “поджаренного воробья”. Вот только, если Примус не дурак, то уже все его ищейки знали об этом. Именно поэтому Хаджар ни за что не станет её использовать раньше срока.

А то, что использовал его противник, действительно находилось за гранью возможностей Шагов. Даже самый быстрый заяц не всегда способен уйти от лисы. Потому как в мире бывает такая сила, которая намного превосходит скорость. И именно таковой была Смертная техника по сравнению с обычной техникой движения.

– Просыпающаяся цапля! – выкрикнул Краб, подтверждая догадку Хаджара.

Противник взмахнул рукой и народ услышал крик цапли. Он пронзил их уши, а следом, в сторону Хаджара, полетел синий рубящий удар меча. Нет, Краб вовсе не находился на уровне “Единого с мечом”, просто техника позволила ему ударить цель находящуюся на расстоянии в семь шагов. И ударить так, что даже будь Хаджар одет в полный доспех – его бы рассекло так же просто, как горячий нож масло.

Удар был быстрым. Настолько, что оставлял за собой призрачный синий шлейф.

Кто-то заранее позвал за лекарем.

А потом повисла тишина.

Впервые, деревенщина использовал свой меч. Но вновь – не лезвие, а лишь гарду и рукоять.

Перед лицом Смертной техники, он оставался так же спокоен, как если бы в него летел не смертельный удар, а брошенная любовницей подушка.

И все же- Хаджару пришлось сойти с места. Он, не отрывая ступней от песка, отвел правую ногу назад, оставляя на песке широкую дугу. Выставив вперед гарду и рукоять, Хаджар обхватил правое запястье левой рукой и принял защитную стойку.

Удар врезался в его блок как топор по бревну.

Вот только вместо щепок, он высек пару искр и несколько капель крови. Те выстрелили в небо алыми вишнями и упали на песок. На запястьях Хаджара, из порезов, побежали мелкие алые змейки.

Но на этом все повреждения, нанесенные техникой, заканчивались.

Краб не мог поверить своим глазам.

Удар, благодаря которому он выиграл турнир в школе фехтования. Удар, которым снискал себе славу одного из самых талантливых мечников поколения. Удар, который должен был стать фундаментом его легенды. Именно этот удар оказался абсолютно бесполезен перед лицом какого-то деревенщины.

– Какого демона?! – закричал Краб. – Он использует какой-то артефакт! Проверьте его!

Краб сам собирался бросить к деревенщине, но споткнулся и упал лицом в песок. Сил у него не оставалось даже на то, чтобы подняться. Так что, ошарашенный и потерявший связь с реальностью, он сел и смотрел на дрожащие руки.

– Хаджар Травес, – прозвучал голос старшего офицера.

– Да, сэр? – Хаджар повернулся и, опустив клинок, поклонился.

– Почему ты не использовал свой меч? Ты обладаешь какой-то телесной техникой? Или просто искусен в технике шагов? Этого не хватит, чтобы стать офицером в нашей армии.

Хаджар повернулся к противнику. Тот все так же не мог осознать, что с ним произошло. Почему он не использовал свой меч? Ответ был очень прост.

– Я не знаю этого человека. Он не сделал мне ничего плохо. Почему я должен его убивать?

– Убивать? – переспросил удивленный офицер. Он даже как-то неловко поправил накидку из звериной шкуры. – Ты думаешь, что настолько искусен во владении мечом, что обязательно его убил бы?

– Я не был уверен, что мой противник выдержит хоть один удар, сэр, – все так же, не распрямляя спины, продолжал разговор Хаджар. – Именно поэтому я лишь защищался, ожидая пока противник потеряет силы и волю к сражению. И, кажется, моя тактика была верна. Мне кажется, я победил и заслуживаю стать офицером нашей армии.

Ему уже хотели что-то ответить, как прозвучал крик полный отвращения и высокомерия.

– Да кто ты такой, смерд, чтобы принимать здесь какие-либо решения?!

Хаджар, сохраняя поклон, повернулся и сквозь челку увидел кричащего. Впрочем, он узнал его и по голосу. Это был генеральский сынок. В своих дорогущих одеждах, начищенной броне и с клинком, стоимостью как весь Чистый Луг.

– Офицер Колин, – с подобострастием в голосе, но ненавистью в глазах, обратился старший офицер. – То что вы стали, по неизвестным мне причинам, адъютантом нашего генерала, не дает вам права вмешиваться в экзамен.

– Я буду вмешиваться тогда, когда посчитаю нужным, и туда, куда посчитаю нужным, – хмыкнул Колин. Хаджар был рад узнать его имя. – А вам, офицер, стоило бы и самому наказать этого смерда. Разве вы не слышали? Он посмел указывать нам, как распорядиться его судьбой.

Хаджар сохранял молчание. Будь он принцем, и вся бы армия опустилась бы перед ним на колено. Но он был “деревенщиной”. Тем, кто не имел права даже дышать в присутствии армейских чинов. Не то что пытаться повлиять на собственное будущее.

В этом мире, лишь сильные могли сами ковать свою судьбу. Остальные должна были лишь уповать на решения и волю вышестоящих. И так было даже при Хавере и Элизабет.

– Этот юноша прав, – стоял на своем старший офицер.

Вряд ли он радел за Хаджара, просто хотел насолить генеральскому сынку. А может просто из зависти – он за полвека дослужился лишь до старшего офицера, а какой-то малец восемнадцати зим отроду уже ходил в адъютантах.

– Вы так тупы, офицер? Перед вами стоит мошенник, а вы хотите зачислить его в ряды нашей армии?

Колин хмыкнул. Он скинул с себя шелковый плащ. Тот медленно опускался на землю, но еще не успел он полностью рухнуть в пыль, как Колин уже стоял перед Хаджаром.

– Ты можешь обмануть этого несчастного горожанина, смерд. Можешь трепаться своим языком, сколько угодно. Но я-то вижу, что ты держишь меч едва ли не впервые в жизни. Что ж, надеюсь у тебя есть предсмертное желание.

Колин показательно расстегнул перевязь и отбросил её в сторону. Он взял ножны в левую руку и встал так гордо, будто был горой, а не человеком.

Все смотрели на генерала. Спустя с десяток секунд, проведенных в тишине и ожидании, та взмахнула рукой.

– Попрощайся с жизнью, смерд!

Глава 35

– Колин, не торопись, – генерал впервые подала голос. Весьма теплый, обычный женский голос. Такой ожидаешь услышать от продавщицы фруктов, но никак не от генерала. – Ты ведь находишься на стадии Трансформации?

Сынок военного чиновник повернулся к генералу и, скрепя зубами, ответил:

– Да, – а потом, после паузы, все же добавил: – сэр.

“Сэрами” здесь называли, как можно догадаться, не только мужчин.

– Этот бой будет бессмысленным, – генерал напрочь проигнорировала заминку. – если ты будешь использовать всю силу.

– Смерда надо проучить!

Секундная тишина и:

– Адьютант, слушайте мой приказ, – она произнесла это все тем же тоном, но даже у Хаджара появилось желание немедленно согнуть спину. Что говорить о солдатах и офицерах, немедленно рухнувших на колено. Даже Колин – опустился в низком поклоне, но колено не опустил. – Я запрещаю вам использовать силу превышающую Телесные реки.

– Приказ принят, – ударив кулаком по груди, сквозь зубы процедил сын чиновника.

Он выпрямился и повернулся к Хаджару. Закрыл глаза, а когда открыл, то его аура стала намного более… спокойно и слабой.

Хаджар лишь покачал головой. Такое усечение силы работало лишь в плане количества энергии, которой он мог воспользоваться. Но как уже знал Хаджар – каждая пройденная ступень не только увеличивала количество энергии, но и преображала тело.

Нейросеть не могла просканировать Колина, но было понятно, что он как минимум в четыре раза сильнее Хаджара по всем параметрам.

И это вовсе не то же самое, что сражаться с четырьмя людьми. Это намного, намного сложнее. Только лишь раз Хаджар сходился в поединке с таким противником – Вожак оленей с огненными рогами. И тогда Хаджару, использовав все силы, удалось лишь ранить зверя.

Здесь же перед ним стоял нахальный, узколобый, но человек. С мечом.

– Поблагодари генерала, – прошипел Колин. – за то что будешь умирать медленно.

Он обнажил клинок, со свистом вынимая его из ножен. Он держал его крепко, слишком крепко. По одной лишь стойке и хватке, Хаджар понял, что его противник не особо искусен во владении оружием. Но разницу в мастерстве с лихвой перекрывало расстояние между их стадиями развития.