Кирилл Клеванский – Матабар IV (страница 30)

– Прошу прощения, что перебиваю вас, господин, но, как вы заметили, сейчас середина ночи, а сказки, как вы, опять же, верно подметили, оставим в детстве, – перебил Ардан и подошел чуть ближе к прилавку. – Мне нужно ваше приглашение на аукцион.

Милар позади поперхнулся, а вот Старьевщик даже бровью не повел.

– Господин Эго…

– Господин капрал Эгобар, младший дознаватель Второй Канцелярии. – Ардан достал из внутреннего кармана удостоверение и плюхнул то на прилавок. – Вы не сказочный торговец, предлагающий путнику за бесценок и доброе слово волшебный меч, господин Старьевщик. Мы не в сказке. И уж тем более мы с капитаном не ваши подручные. Мы заключили сделку. Услуга за услугу.

– Мы…

– Услуга. За. Услугу, – с нажимом, не собираясь дослушивать Старьевщика, повторил Ардан.

Может быть, в будущем он пожалеет о своем таком поведении. Может, в будущем ему даже аукнется то, как он обошелся со странным господином. Но…

Он ведь не кукла.

Не из дерева и уж точно не из стали. Демоны, банды, заговоры, маньяки, аномалии и то, что он понятия не имел, что делать с мыслью, озвученной Миларом насчет Тесс, – все это сказывалось на его нервах не самым лучшим образом.

Может, как и капитан Пнев, если бы они поехали сюда утром, после хотя бы какого-нибудь сна, то он бы не сорвался.

Но…

– Все же правнук Арора, – развел руками Старьевщик, которого, казалось, нисколько не задела эскапада собеседника.

Как ни в чем не бывало тот потянулся ладонью к прилавку, выдвинул ящик и выудил из темных недр билет.

Все как и предполагал Ардан.

Существовала лишь одна причина, по которой «паукам» потребовалось собрать столько денег: покупка артефактов, необходимых для того, что описывал Старший Магистр Паарлакс в своих бесследно исчезнувших исследованиях.

Именно поэтому они заявились к Старьевщику – в этом сомневаться не приходилось. Но либо не нашли здесь того, что искали, либо даже подобраться к странному коллекционеру не смогли.

По той же причине спрашивать, кто именно заходил или зачем, не представлялось возможным. Слишком много вариантов. «Пауки» могли использовать посредника, Старьевщик мог соврать и еще много чего другого.

Оставалось только одно.

Забрать билет.

Откуда Арди обладал столь твердой уверенностью, что мало того, что аукцион существовал, так еще и у Старьевщика имелся билет?

Когда в задаче со множественными неизвестными в какой-то момент замечаешь закономерность, то можешь обозначить пределы ответа еще до того, как вычислишь верное значение.

– Билет ваш, господин капрал. – Старьевщик отодвинулся назад и закинул руки за голову. – И надеюсь, что на этой довольно неловкой ноте наше с вами общение не прервется. Думаю, мы еще можем быть друг другу полезны. Если не сейчас, то в будущем. И позвольте сделать необоснованное предположение: возможно даже, что и в относительно скором, если не ближайшем.

– Доброй ночи, – скупо произнес Ардан и, прикоснувшись пальцами к поле шляпы, забрал билет.

– Доброй ночи, – донеслось ему в спину.

Донеслось мягко и легко, без тени иронии, но в то же самое время остро и глубоко – как если бы нож вонзился.

– Зря ты с ним так. – Милар пододвинул билет по столу вперед.

– Зря? – Арди отвлекся от Рассветного сада и вернулся к разговору. И к чаю. – Не ты ли жаловался, капитан, что Вторая Канцелярия так долго ничего не может сделать со Старьевщиком?

– Потому и не может, господин маг, что Старьевщик для чего-то, но нужен. И кому-то. А еще у него есть покровители. И должники. – Милар задумался и добавил: – Должников даже, наверное, больше, чем покровителей. А благодаря нам прибавился еще один.

Ардан, вместо ответа и продолжения обсуждения Старьевщика, забрал билет.

Плотная бумага, толщиной почти в миллиметр. Напоминала картон. Только дорогой. Из такой обычно вырезали какие-нибудь праздничные памфлеты, программы для театра или грамоты. Арди знал, потому что у них на первом курсе общего факультета училась дочь владельца пусть и не крупной, но все еще столичной типографии.

С золотым тиснением, мерцающими на свету фиолетовыми чернилами, не типографской краской, а именно чернилами, от руки было выведено приглашение.

«Имеем честь пригласить вас, господин Неизвестный.

20-го числа месяца Танца.

На закрытый аукцион в честь окончания весны.

А также в честь осуществления мечты человека о полете.

То, что ранее было доступно лишь Первородным, теперь доступно и нам.

60.1722/30.0050

За час до полуночи.

Приглашение действительно только на одного человека».

– Спасибо, – поблагодарил Милар, когда официант, молодой человек, немногим старше самого Арда, принес капитану морковный суп и несколько брускет. – Я, пока вы, господин маг, прохлаждались в Большом, все разузнал.

Ардан пропустил ремарку насчет университета мимо ушей.

– Цифры внизу это координаты, – продолжил Милар. Он снял с брускет вяленое мясо и, закусывая им, макал хлеб в суп. – На север по берегу бухты. Там находится старый полигон для ствольной артиллерии.

– Очень… необычное место для проведения аукциона. – Ардану принесли его заказ – мясо индейки вместе с сосновыми шишками и стаканом клюквенного морса.

– А ты смотри сюда. – Милар указал на четвертую строку. – Видишь? В честь о… бла-бла-бла… полете человека.

– И?

– А то и «и». – Милар хрустнул корочкой и откинулся на спинку стула. – Мы с тобой лишь немного промахнулись, когда предположили, что «пауки» могут ударить по испытанию дирижабля.

Ардан нахмурился.

– Милар, я ничего не понимаю.

Капитан прикрыл глаза и блаженно вдохнул, будто втянул аромат сказочной пищи, дарящей вечную молодость и красоту.

– Ты чего?

– Наслаждаюсь моментом, господин маг, когда не я ничего не понимаю, а ты.

Ардан улыбнулся и, по привычке размяв пальцы, приступил к трапезе. Готовили в «Эльтире», разумеется, похуже, чем в Большом или «Брюсе», но стоило вспомнить, что еда здесь бесплатна, как стряпня тут же вставала в один ряд с блюдами лучших ресторанов города… в коих Арди никогда и не бывал.

– Разработка, научные изыскания, – начал перечислять Милар, попутно не забывая макать хлеб в суп. – Наем инженеров, создание конструкторских бюро, материалы, опять же. Ну, и зарплаты, страховки, сами площадки и так далее. И все это, Ард, на протяжении почти двадцати пяти лет. С испытательными полетами, различными прототипами и прочим.

– Ты к чему?

– А к тому, что корона, с болезнью предыдущего императора и тем, как его императорское величество Павел сколотил клику в парламенте, направляет большую часть своего дохода на нужды общества, – развел руками Павел. – Вот, опять же, ты яркий пример нашей новой экономики. В школе государственной учился? Учился. В Большом за деньги короны учишься? Учишься. Матушка твоя пенсию хорошую получает? Хорошую. А теперь помножь все это на четыреста миллионов населения, прибавь сюда льготы по налогам, транспортную реформу и, самое главное, армию.

Ардан примерно понимал, о чем говорил Милар. Да, в Большом, в отличие от других Университетов, не изучали науки, не касавшиеся напрямую или косвенно Звездной магии. Но даже общих знаний хватало, чтобы уловить суть.

– С дирижаблями точно так же, как и со строительством подземных трамвайных линий? – спросил Арди, хрустнув шишкой.

Милар скривился.

– Вечные Ангелы, Ард, как ты только это ешь.

– Вкусно, – пожал плечами Ардан. – Хочешь?

– Воздержусь, – отстранился капитан и вернулся к теме разговора. – Все верно, господин маг. Вместе с короной в проекте дирижаблей участвовало еще несколько частных лиц. Догадаешься, каких именно?

Ответ лежал буквально на поверхности.

– Тревор Мэн и Тарик Ле’мрити.

– И опять – все верно, Ард. – Милар вытер пальцы о салфетку и потянулся к своему горькому кофе. – Только я сказал несколько, а не двое. Догадаешься, кто еще?

Ардан задумался. Становилось понятно, что «пауки», как и положено созданию, в честь которого заговорщики выбрали себе название, сплели паутину. Паутину, в которой запуталось немало человек.