Кирилл Клеванский – Матабар III (страница 17)
Ах, ну да, разумеется — примета ведь касалась случаев, когда в Черный Дом заходили трое или больше, а сейчас они вдвоем.
Капитан сверкнул удостоверением скучающим охранникам, затем они переоделись в уже знакомом Ардану гардеробе, после чего побрели по хитросплетению коридоров и переходов первого этажа.
Рассматривать здесь что-то, как и в прошлый раз, не имело смысла. Все те же ковры на полу, все те же ничем не примечательные фотографии, горшки с цветками, тюль с занавесками и бесчисленное множество двойных дверей из которых изредка, храня молчание, выходили работники, чтобы исчезнуть уже в других кабинетах и помещениях.
Разве что теперь, в куда более спокойной обстановке, Ардан смог принюхаться к местным запахам. В обители Плащей пахло деревом, лаком, сигаретным дымом и секретами. Секретами, которых Арди не хотел касаться, настолько пугающими и опасными те ему чудились.
Свернув пару раз направо, пройдя через несколько развилок они с Миларом, наконец, добрались до пункта назначения незатейливого маршрута.
Капитан, потянув за оловянную ручку, неспешно открыл дверь, пропуская в тесный тамбур Ардана и только после того, как закрыл за ними первую, открыл следующую, впуская юношу в довольно просторное помещение.
В ноздри тут же ударил характерный запах с примесями формалина, едва уловимыми нотками зловонного, удушающего формальдегида (
У дальней стены, рядом с занавешенным окном, примостился стол, где, кроме закрытого термоса и чашки с пританцовывающей сверху струйкой пара, больше ничего не оказалось.
Слева, в длинном, вытянутом зале, обнаружились еще три стола. Но совсем иного толка. Стальные, со сложным механизмом, позволяющим по нажатию педали поднимать и отпускать их уровень, они ютились под светом склонившихся над ними ламп, а еще прозрачно намекали о характере своей природы тем, что со стороны наклона обладали желобом, уходящим в слив, находящийся с противоположной от педали стороны.
Ну а еще и тем, что рядом с ними притаилась каталка, а чуть дальше — спрятанные в стенах двенадцать стальных квадратных дверец, с гранями по полметра. На них, в специальных отсеках, ютились картонные таблички с именами.
К одной из таких, как раз, подходила Алиса Ровнева.
Милар зябко вздрогнул и поежился, а вот Ардан чувствовал себя обыкновенно — в помещение, наверное, царствовал легкий мороз, но юноша его не ощущал.
— Может поможете, — не оборачиваясь, позвала Алиса.
В белом, медицинском халате поверх пушистого свитера, надетого на рабочее, коричневое платье с длинной юбкой, скрывавшим удобные, меховые ботинки, она с силой опустила вниз скрипучую рукоять дверцы, на табличке которой значилось «
Милар козликом подскочил поближе и помог Алисе выдвинуть длинное ложе. На нем, под сероватой простынкой, лежало тело.
Ардан не сразу смог найти в себе достаточно сил, чтобы подойти ближе. Но, все же, справился с мимолетным желанием развернуться и уйти.
А когда встал плечом к плечу с капитаном, то тоже слегка поежился. Вовсе не из-за мороза. А из-за того, что когда Алиса откинула простынь, то на него «посмотрело» бледное, будто каменное лицо.
Подбритые волосы аккуратно сложены в пучок; ниже, под ними, вдоль прежней линии роста теперь красовался уродливый, небрежно сшитый, опоясывающий череп шрам; еще ниже фиолетовая шея со смятой, как тряпка, кожей; а дальше грудь, живот со следами срезанной кожи и…
Ардан отвернулся.
Ему стало неловко. Словно он беспардонно, по-хамски нарушил покой мертвеца.
— Вселене уже без разницы, Ард, — мягко, даже с некоей заботой, но безапелляционно одернула его Алиса.
— Привыкнет, — Милар, будто стараясь подражать паровозу, достал портсигар и снова закурил. — Будешь?
— Давай, а то как раз свои забыла, — кивнула Алиса.
Они вместе закурили и, что удивительно, дышать стало попроще. Табачный запах, пусть колкий и отвратный, но заглушал ароматы, растекшиеся по местной обители мертвых.
— Ард печать изрядно покромсал, но мы смогли частично её восстановить, — Алиса, одной рукой держа сигарету, второй вооружилась скальпелем и теперь указывала им на рассеченный живот. — Копию выдам, как уходить будете.
— А…
— Милар, я тебе говорила, что у тебя такая же дурная привычка, как у моего бывшего мужа? — неожиданно строго сверкнула серыми глазами на вид милая и мягкая Ровнева. — Вы оба не умеете слушать до конца.
— Прости, — поднял ладони капитан.
— Так вот, — Алиса указала скальпелем на печать. — Чертеж наносили под кожу тонкой, длинной иглой, содержащей чернила. Игла, скорее всего, стандартная, какие используют маргиналы для татуировок. Здесь, увы, ничем не помогу.
— Да я особо и не… извини, — спохватился капитан. — продолжай.
— Благодарю, — с серьезным видом кивнула Алиса. — С иглами, конечно, пусто, но вот чернила необычные, — Ровнева достала из кармана небольшую пробирку с парой алых кристалликов. — Сделаны на основе Иашинтских водорослей.
— Каких-каких?
— Иашинтских, — хором уточнили Алиса с Ардом.
Ровнева посмотрела на стажера и провела рукой в приглашающем жесте.
— Иашинтские водоросли, — Арди вспомнил лекции профессора Ковертского. — Растут на побережье моря Анахреона на севере Селькадо. Ярко красного оттенка. С виду — весьма обычные, но обладают уникальным свойством — отрицательным количеством Лей.
— Это как? — нахмурился капитан.
— Служат естественным экраном от Лей воздействия, — пояснила Алиса. — Потому их, и подобные им растения, часто используют во всяких племенных татуировках. Вон, у Урского из аналогичного материала, только характерного для нашего материка — из смолы дерева Рагтик, которое растет на севере Братства с Нджиа и у нас на Длинном полуострове.
— Это который с запада от пляшущего? У меня просто с географией не очень.
— Да я и не удивлена, — отмахнулась Алиса.
— Ладно, хорошо, предположим я не стану спрашивать почему растения с отрицательной Лей использовали для Лей же, мать её, печати, — Милар затянулся и выдохнул облачко дыма. — А то, чувствую, мне господин маг целую лекцию зачитает.
— Я тоже не знаю, — задумчиво протянул Арди.
— Как и Аверский с его Звездной братией, — добавила Алиса. — Так что, Милар, это действительно — вопрос. Хоть и не такой загадочный, как соседний с ним.
— И какой же?
— А такой, что ни смола Рагтика, ни Иашинтские водоросли не обладают особенной любовью к консервации, — Ровнева тоже затянулась, хоть и сделала эта куда изящней и даже элегантней. — Их уникальные свойства выветриваются буквально уже через полчаса хранения, так что татуировку наносят как можно быстрее.
Ардан с Миларом переглянулись. Их общая, на двоих, головоломка не уставала прирастать все новыми и новыми загадками.
— Это что… демонолога успели отвезти на другой конец планеты и обратно, при этом так, чтобы никто не успел заметить пропажи? — недоумевающе выгнул бровь капитан. — Сколько до туда добираться? Месяца четыре?
— Полгода, если повезет, — поправила Алиса, стряхивая пепел в сток и скрещивая руки под выдающейся грудью… от которой Арди тут же отвел взгляд. Перед внутренним взором пронеслась сцена в заведении Красной Госпожи… проклятые гормоны. — Но я крайне сомневаюсь, что это возможно. Куда реалистичней выглядит то, что наши загадочные оппоненты нашли способ, как сохранить свойства чернил, а затем привезли их сюда.
— Понятно, — вздохнул Милар. — Добавим в маршрутный лист еще и порт… Хорошо. Это уже что-то. Селькадские водоросли и Тазидхская химера не означают, со стопроцентной гарантией, что в деле замешаны иностранцы, но дают хоть какие-то зацепки… Чем-нибудь еще обрадуешь?
— Иначе бы не стала вас звать, — с этими словами Алиса, прикусив сигарету, накрыла тело Вселены и загнала «поднос» обратно в ледяной шкаф, после чего закрыла дверцу. — Пойдем.
Следом за Ровневой, Милар с Арданом подошли к её столу. Криминалист убрала чашку с чаем, термос тоже отправился на подоконник, а вместо этого на стол приземлился громоздкий, тяжеленный, черный микроскоп вместе с двумя ящичками.
В первом, большом, в янтарном растворе плавал человеческий мозг, а в другом, маленьком, похожим на шкатулку, будто слайды, в пазах застыли сдвоенные стеклянные пластинки. Между ними, напоминая листки чуть мерзковатой бумаги, оказались зажаты полоски все того же мозга.
— Прошу, — Алиса положила одну из пластинок на подставку и указала на стул. — Да не тебя, остолоп, — схватила она за плечо Милара. — Что ты там увидишь-то… Ард, иди, садись.
Ардан опустился на стул и, приложив глаз к кожаному ложу, повернул шестеренки, настраивая линзы и кристаллы так, чтобы изображение в трубке стало четким.
Наконец, спустя несколько секунд настройки (