Кирилл Кащеев – Русская фея и Лев настороже (страница 4)

– Слушай, а где моя шляпа? – спросила Танька. Она скорчилась на скамейке, стремясь хоть как-то защититься от порывов морского ветра, до костей пробирающего тело под мокрой одеждой.

– Утопла твоя шляпа! – с удовлетворением заявила Джейн, – Есть справедливость на свете!

– Завистница! – буркнула Танька, – Если она тебе так нравилась, надо было покупать! И вообще, куда мы едем?

– Ко мне в отель, – сообщила Джейн, – Так и быть, пущу тебя поспать в прихожей на коврике.

– Чтобы я с такой гидрой в одной комнате спала? У меня свой отель есть! К нему в противоположную сторону ехать!

– Ты совсем рехнулась? – любезно осведомилась Джейн, – Если киллер тебя в ресторане нашел, так неужели же он не знает, где ты остановилась?

Танька со свистом втянула воздух сквозь зубы.

– Ты думаешь, он за мной приходил? Ему я нужна? – с недоверчивым ужасом спросила она.

– Дорогуша, если бы это был новый прикол венецианской молодежи – отстреливать по ночам подгулявших туристок – он бы стрелял по нам обеим. Но поскольку он явно выцеливал тебя…

– Что я ему сделала?

– Тебе лучше знать, – сообщила Джейн.

Танька попыталась сосредоточиться.

– Совершенно не могу думать, когда так холодно, – пожаловалась она, – Все-таки следует заехать в мою гостиницу. Мне нужно переодеться и забрать мои вещи, я их только что купила. Между прочим, все от миланских кутюрье, стоят бешенных денег.

Джейн пожала плечами.

– Кто я такая, чтобы указывать тебе, что делать. Поезжай, переоденься. Может, выиграешь конкурс «Самая стильная покойница месяца».

Танька одарила Джейн злобным взглядом.

– Ладно, тебе же хуже, – пробурчала она, – Придется выделить из своего гардероба юбку и блузку.

Теперь уже Джейн поглядела на Таньку неласково. Всю остальную дорогу они молчали, безуспешно пытаясь согреться. Наконец, вапаретто остановился неподалеку от музея Гугенхейма и Джейн сделала знак вылезать. Они почти бегом пронеслись по улочке и нырнули в незаметную дверь бокового фасада старинного палаццо, тут же очутившись в роскошном, отделанном резными панелями холле. Из-за стойки выбрался портье. Судя по грозному выражению его лица, он намеревался как можно быстрее вышвырнуть вон растрепанных хулиганок в мокрой одежде, ворвавшихся в их супер-респектабельный отель. Но Джейн не дала ему и рта раскрыть.

– Мой ключ, две чашки горячего кофе и бутылку виски в номер, – скомандовала она. – И еще ваших булочек, с маслом и джемом, тоже горячих.

– Но повар давно спит, – растерянно ответил портье.

– Так разбудите, – отрезала Джейн и тут на них налетел донельзя взволнованный управляющий.

– Миледи, ах Боже мой, что произошло, миледи? – управляющий уже тоже собирался отдыхать, но услышав шум, выскочил, успев натянуть только брюки и рубашку. Трепеща от страха за священную особу клиента, он никак не мог попасть в рукава пиджака, – Не следует ли сообщить в полицию?

Джейн отрицательно покачала головой.

– Ничего не нужно, сеньор Бертелли. Я встретила старую знакомую, мы на радостях несколько перебрали белого вина, и вот результат.

Сеньор Бертелли перевел вопрошающий взгляд на Таньку. Та расплылась в самой любезной улыбке и закивала головой как цирковая лошадь.

– Тогда может стоит вызвать врача? – не унимался итальянец, – Или миледи захочет связаться с милордом?

«Что им всем сегодня дался этот милорд?» – подумала Джейн и заявила:

– Врач нам совершенно ни к чему, и уж тем более не следует беспокоить милорда пустяками. Я лишь попрошу вас лично позаботиться о моем заказе.

Уловив нотку раздражения в голосе клиентки, управляющий отступил:

– Как будет угодно леди Джейн.

– С каких это пор ты леди Джейн? – поинтересовалась Танька, вслед за Джейн взбегая на второй этаж по лестнице мореного дуба.

– С тех пор как вышла замуж за английского лорда, – сообщила Джейн, пластиковой карточкой открывая дверь номера.

– Леди Джейн Куринцова! Красиво звучит! – заявила Танька, мечтательно закатывая глаза.

– Я – леди Чедуик. Чтобы титул был перед именем, лордом должен быть папаша, а если лорд – муж, то титул ставится перед фамилией. Сеньор Бертелли меня не слишком хорошо знает, а потому на всякий случай титулует как наследственную аристократку, – вполне серьезно пояснила Джейн, стаскивая с себя мокрую блузу.

– И он прав! – торжественно заявила Танька, проскакивая мимо Джейн в ванную, – Дочка директорши продуктового рынка у нас на Полтавщине – это все равно что дочка герцогини у них на Английщине.

– Эй, я первая в душ! – завопила Джейн, заметив ее маневр.

– Фиг тебе! Я тут жертва киллера, а ты так – погулять вышла! – и Танька решительно захлопнула дверь.

– Я тебе, между прочим, жизнь спасла! – обиженно крикнула Джейн в закрытую дверь, но ответом ей был только шум включенной воды.

Глава 4

– И зачем тебе понадобилось заделываться «лядью»? – ехидно поинтересовалась Танька, когда обе дамы, закутанные в теплые махровые халаты, уже пили обжигающий кофе, заедая его булочками с топленым маслом, – Снобизм заел? На прием к английской королеве захотелось?

– Дура ты, Коваленко, и шутки твои дурацкие, – невозмутимо заявила Джейн, слизывая с пальцев джем, – Ничего ты в людях не понимаешь. Я с этого титула доход имею как с хорошего заводика. Куда банкирше Куринцовой хода не было, туда леди Чедуик с поклоном пригласят и ковровую дорожку раскатают. Знаешь, что с председателями исполкомов творится, когда им говорят, что в приемной ждет леди Чедуик? Страшное дело!

Танька представила себе эту картину и понимающе кивнула.

– Согрелась? – преувеличенно ласково поинтересовалась Джейн, – Тогда давай, колись, что еще ты сделала своему несостоявшемуся сутенеру, если теперь за тобой киллер гоняется?

– Думаешь, его работа? – неуверенно спросила Танька.

– Не прикидывайся глупей, чем ты есть! – взорвалась Джейн, – Как в детстве из-за тебя были сплошные неприятности, так и сейчас покоя нет! Я, между прочим, по твоей милости в канале искупалась, меня чуть не убили за компанию! Быстро говори, чего наделала!

Танька смущенно заерзала.

– Наверное, не надо было, – покаянно сказала она, – Но уж больно зло взяло! Что он обо мне как о куске мяса? «Пробовать» приглашает, еще бы майонезиком полил и петрушкой присыпал, гад!

– Что-конкретно-ты-сделала? – раздельно спросила Джейн.

– Ну… я, это… короче… Ну, когда бебихи свои из его номера забирала… Не, я не специально, честно! Просто случайно прихватила…

– Что ты прихватила, убогая?

– Записную книжку, – покаялась Танька. – Блокнотик этого гаврика. А там на первой же страничке – адрес электронный. И пароль. Ну, интересно же, я и полезла.

Страшное подозрения мелькнула в голове Джейн.

– Программистка паршивая, ты влезла в их компьютеры?

– Я не паршивая, я очень хорошая программистка, – обиделась Танька. – У них защита была – натуральная броня! Но я ее все равно сломала! И скачала у них всю информацию, какую успела! И вируса им запустила! Моего собственного изготовления! Пусть знают, как охотиться на беззащитных женщин!

– Она сломала защиту, украла информацию и запустила вирус в компьютеры мафии! – замирающим голосом сказала Джейн, бессильно откидываясь на спинку дивана.

– Знаешь, я как-то и не думала, кто они такие. Ты уверена, что это мафия?

– Ты меня в гроб вгонишь! Тебя «Общество защиты животных» или филателисты-любители собирались в бордель отправить? Ты мне лучше скажи, откуда они узнали, что у них побывала именно ты?

Танька снова смутилась:

– Я ведь говорила, у них очень хорошая защита. Сломать-то я ее сломала, но, видимо, в случае проникновения она к взломщику маячок цепляет. Наверное, меня засекли.

Джейн уставилась на одноклассницу долгим немигающим взглядом.

– Что, так плохо? – испуганно спросила Танька.

– Плохо? – даже не проговорила, а прошипела Джейн, – Кому как! Мне, например, хорошо, я теперь гарантированно твою рожу не увижу, потому как прикончат тебя в ближайшее время!

– Что же мне делать? – Танькин голос звучал еще более испуганно.

– Не знаю я, что тебе делать, раньше думать надо было! – выкрикнула Джейн, – Но я-то хороша! Сто раз говорила себе, не лезь в чужие проблемы! Какого черта я тебя вытаскивала, самой надо было смываться, самой! Если твой киллер меня разглядел, они и за меня примутся! Просто так, на всякий случай!

– Не мог он тебя видеть, темно было, а потом мы в воду прыгнули, – сказала Танька.