Кирилл Кащеев – Князь мертвецов (страница 29)
Ему казалось, он чувствует насмешливый взгляд альва, буравящий его торчащий из окна зад. Митя заторопился - лучше уж свалиться на пол в мертвецкой, чем торчать в эдаком унизительном положении: наполовину тут, наполовину там.
Льдистый проблеск стали распорол полумрак.
Еще не понимая, что происходит, Митя кувыркнулся из окна, с силой приложившись задом об каменный пол мертвецкой и тут же откатился под прозекторский стол. Стол содрогнулся - будто в него с размаху врезалось тяжелое тело. Перед носом Митя увидел поношенные ботинки с залатанными носками. Под стол сунулась небритая, перекошенная то ли ужасом, то ли яростью, физиономия. Тускло блеснули пенсне на красном носу и скальпель в крепко сжатом кулаке.
Скальпель попытался ткнуть Митю прямиком в глаз. Новый кувырок, и Митя выкатился в проход между двумя столами. Преследователь нырнул следом - из-под стола высунулась нечёсаная башка. На миг они оказались нос к носу - изо рта преследователя мощно пахнуло перегаром. Новый тычок скальпелем – лезвие лишь чуть-чуть не дотянулось до Митиного носа. Митя крутанулся на месте и вскочил. Преследователь попытался вскочить тоже - и приложился спиной об край стола. Стол содрогнулся, мужик взвыл:
- Стой, мертвячина, не уйдешь! Я тебя обратно-то уложу! - и как гусеница принялся выползать из-под стола. - Знал я, что вы только прикидываетесь, а сами так и норовите разбежаться.
Полицейский трупарь все же вышел на работу.
Приседая на полусогнутых и выставив скальпель перед собой, он двинулся на Митю.
- Сударь... сударь! - предостерегающе вскинув ладони, Митя попятился. – Вы ошибаетесь, я не ...
- Еще и наговаривается! - расколотое пенсне свалилось у трупаря с носа, и повисло на цепочке. - Экая наглость!
Митя отпрянул, врезался задом в очередной стол, отскочил от мелькнувшего перед глазами лезвия ...
«Ну все - хватит!» - в груди снова свернулся прохладный комок.
Трупарь вскинул руку со скальпелем и с ревом ринулся вперед.
Простыня на столе за его спиной соскользнула на пол. Мертвая старуха резко села.
Скальпель мелькнул у самого Митиного горла - тот едва успел отдернуть голову. Трупарь снова рванулся вперед и замер.
За веревочные завязки его плотного кожаного фартука держалась сухая старческая рука. Мертвая старуха расплылась в смущенно-кокетливой щербатой улыбке и дернула трупаря к себе.
Митя шагнул вперед и влепил хук справа в небритую челюсть. Голова трупаря запрокинулась, и он рухнул на пол. Старуха чинно улеглась обратно на стол и снова застыла. Прохладный комок под грудиной растаял.
- Что у вас тут та-ко-е? - раздельно проговорил сунувшийся в окно Йоэль. Пару мгновений он еще рассматривал мертвецкую с высоты полуподвального окна и наконец спрыгнул внутрь. - Мне казалось, у нас был только один труп?
- Наш - который у окна. - кивнул Митя, ощупывая шею.
- А этот? - альв обогнул стол, и теперь рассматривал валяющегося на полу трупаря.
- Этот сам поднимется, - отмахнулся Митя.
- Я бы на вашем месте самостоятельности в мертвецах не поощрял.
- Он не так поднимется, а просто - на ноги. Предки, я в том смысле, что он никакой не мертвец!
- Он - нет, а вот вы чуть не стали. - проворчал альв, приподнимая край рассеченного надвое шейного платка.
- Нет, это просто рок какой-то! - стаскивая платок с шеи, горестно вздохнул Митя.
- Нашли, о чем жалеть! - Йоэль заставил Митю запрокинуть голову. - У вас тут кожа надрезана: не будь платка и вовсе б артерию перехватило! - он прижал Мите к горлу белоснежный платок, одновременно изящный и по-мужски строгий. – Вчера сами чуть шею не свернули, сегодня вам чуть глотку не перерезали. Вам бы поосторожнее, господин Меркулов ...
Послышалось или снаружи и впрямь донесся досадливый скрипучий вопль?
- Я осторожен! - сквозь зубы процедил Митя. Проклятый альв даже не представляет - насколько!
Он отстранил альва и присел на корточки у «своего» мертвяка.
- Что вы делаете? - спросил Йоэль.
- Пытаюсь его поднять! - раздраженно буркнул Митя.
- Зачем?
- Чтобы уложить обратно - неужели не ясно! Или вы сами хотите его раздевать? - он зло вскинул глаза на альва.
- И как - получается?
- Нет! - рявкнул в ответ Митя. И растерянно добавил. - Он почему-то не откликается! Совсем...
Ботинки альва - даже после карабканья в окно почему-то оставшиеся безупречно чистыми и сверкающими - протопали мимо, он наклонился и что-то поднял с пола.
- «Паныч, купи кирпич!» - с удивительным искусством подражая голосу давешнего мальчишки, сказал Йоэль и прямо перед Митиным носом вдруг повисла четвертинка кирпича. На крепком кожаном шнурке, намотанном на манер пращи.
- Не мелите чепухи! - Митя вырвал обломок кирпича и уставился на уцелевший край клейма. Клейма в форме серпа.
- Мне почему-то кажется, что после того, как господин трупарь долбанул «вашего» мертвяка этим кирпичом, поднять его уже не получится.
- Нет никакого мертвецкого кирпича! - слабеющим голосом выдавил Митя. - Я его выдумал! Для губернаторши...
- Ай-яй-яй, еще одну бедную даму обидели! Обманули! - покачал головой альв, - в любом случае, не пора ли нам убираться отсюда, пока господин трупарь не очнулся?
Словно в поддержку его словам из-за прозекторского стола донесся стон.
- Помогите! - прошептал Митя, наклоняясь над трупом.
- Я вообще-то портной для живых, а не камердинер для мертвых! – прошипел альв. В четыре руки они подхватили труп и с маху закинули его на стол.
Стон повторился, и за край прозекторского стола ухватилась рука. Зашарила в поисках опоры...
Митя стремительно накрыл мертвеца простыней и ринулся к окну. Ухватился за подоконник, подтянулся, ввинтился в окно, чувствуя, как Йоэль беспардонно подпихивает его в зад, пробкой вылетел наружу, протянул руку альву.
Они бегом ринулись прочь по переулку!
Остановились, только выскочив на Тюремную площадь. с большим трудом Митя заставил себя перейти на шаг.
- Трупарь - пропойца и... Да он сам решит, что ему померещилось! Надеюсь...
- Одежду-то мы снять не успели. Надеюсь, ваш проницательный батюшка не выйдет по ней на моих дядюшек. - с сомнением пробормотал Йоэль.
- Митя? Что это ты тут? - раздался за спиной удивленный голос.
- Отец ... - безнадежно вздохнул Митя.
Глава 19. От барышень прохода нет
Лицо у отца было уставшим - будто спал он мало, или не спал вовсе. Под глазами залегли синие тени. Маячивший за его спиной усатый городовой с любопытством поглядывал поверх стопки пухлых канцелярских папок то на Митю, то на альва. Жандармский ротмистр Богинский, как всегда подтянутый, держался чуть в стороне, но его взгляд сперва скользнул пo Митиным растрепавшимся волосам, потом уперся в шею с запекшимся следом пореза:
- Первый опыт бритья, Дмитрий?
- Действительно, эк ты неловко... - отец поглядел обеспокоенно. - Сказал бы, я б тебя научил ..
- Ничего, я ... - Митя подтянул ворот сорочки и беззастенчиво объявил. — Это вот маэстро Йоэль был несколько неловок!
Альв воззрился на Митю в возмущении.
- Булавку воткнул? Не иначе как во всю длину. - вздернул брови ротмистр. – Мне казалось, вы шьете только на дам, господин Альшванг.
- Маэстро уже случалось обшивать мужской пол. - объявил Митя.
И ведь чистейшую правду сказал: мертвецу в переулке альв штаны подшивал? Подшивал!
- Так что я не первый. Да и я настаивал.
- Напористости господина Меркулова-младшего трудно противостоять, - светски улыбнулся альв.
- Стоило ли так давить на господина Альшванга, если к твоим услугам скоро будут лучшие столичные портные.
- Они не альвы. - мгновенно помрачнел Митя.
- Готовите триумфальное возвращение, Дмитрий? - протянул ротмистр. - Уверен, когда вы назовете своего портного - Альшванг из губернии! - Петербург будет потрясен.