Кирилл Кащеев – Ирка Хортица и компания (страница 40)

Десять лет спустя

– Товарищ Васильев, вы куда?

– К снабженцам зайду!

Начальник отдела еще не вполне построенного, но уже полностью засекреченного завода №58642 вышел прямо сквозь стенной проем не законченного цеха и зашагал к уже готовому административному зданию. В последний месяц снабжение завода изменилось кардинально – необходимые материалы и приборы возникали как по волшебству, а обычно наглые снабженцы стали вдруг тихие-тихие, инженерному составу чуть не кланялись. Говорят, у них теперь новое начальство, из понимающих и с профильным образованием. Вот начальник отдела и шел познакомиться с этим чудом, и что греха таить, надежда продвинуть пару своих заявок на оборудование тоже была.

– Войдите! – откликнулся на стук певучий женский голос, от звуков которого почему-то стало жарко… и страшно. Он рывком распахнул дверь…

– Капитан… Капитан Хортица? Лиза? – ошеломленно пробормотал он, глядя на сидящую за столом женщину в костюме, элегантном настолько, что казался бальным платьем.

– Майор. – Усмехнулась она.

– А в остальном… совсем не изменились.

Она и правда выглядела все такой же молоденькой девушкой, будто и не десять лет прошло. Только глаза выдавали, что перед ним совсем взрослая, немало повидавшая женщина.

– Боялась, что вы меня не узнаете. – очень серьезно сообщила она. – А то что ж, позвали на свидание еще когда, а все не идете и не идете? Даже моя коза уже соскучилась.

– Козы… столько не живут.

– Еще скажите, что девушки столько не ждут.

– Такие красивые? Я… даже не надеялся. Я хотел прийти, клянусь вам! – взмолился он. – Но сперва война… Потом… Арестовали меня. Как шпиона, немецкого. – он покосился на нее, ожидая как отреагирует, но она осталась невозмутима. – Потом вроде как реабилитировали… Теперь вот здесь, на ракетном заводе. Сами понимаете, секретность, много не поездишь. Да и… что я могу предложить женщине? Ни кола, ни двора, только работа и вот… – он глухо закашлялся и торопливо спрятал окрасившийся кровью платок. – …букет болячек! – и в противовес собственным слова вдруг сознался. – А вы мне снились, товарищ Хортица.

Все десять лет. Но об этом, наверное, говорить не стоит.

– Увлеченный работой мужчина всегда привлекателен для женщин. Уж больно интересно, насколько его получится отвлечь. Да и с болячками есть способы справится. В некоторых случаях. – сообщила она.

Он только печально усмехнулся: врачи давали ему самое большее лет пять, но говорить об этом он не станет, иначе выйдет, что жалуется.

– Да я уж поняла, товарищ Васильев, что так просто вас не дождусь. Пришлось брать инициативу в свои руки. – наставительно сообщила она и вдруг расхохоталась. – Не пугайтесь вы так! Я сюда еще после войны вернулась. Здесь мой родной город, здесь мое место. – в голосе ее звучала убежденность. – Оленька рядом, помните Оленьку?

– Конечно. – он неожиданно ощутил глубокое, всеохватывающее разочарование: она приехала вовсе не к нему. Но… он ведь никогда не сдавался! Ни немцам, ни болезни, ни… – Но мы ведь можем еще выполнить нашу былую договоренность, товарищ майор… Лиза? Позвольте пригласить вас… хотя бы в столовую. Говорят, сегодня там восхитительный компот!

Пусть пять лет, но счастья – разве мало?

Она окинула его долгим задумчивым взглядом. Понять его мысли было несложно, но скоро господину Васильеву предстоит осознать, что ведьмы не отдают то, что принадлежит им. Сейчас у нее слишком много дел, чтоб возиться с пеленками и распашонками, но род хортицких ведьм должен продолжаться.

«Вам, mon cheri, и через тридцать лет предстоит оставаться живым, здоровым, полным сил и женатым.»

Она поднялась. И снова, как десять лет назад, повторила:

– Почему бы и нет?

Кино Голубой Дамы

Женщина бежала. Она мчалась по улице сломя голову. Задники надетых на босу ногу сандалет звучно хлопали по асфальту. Один раз она упала, в кровь разбивая колени, но тут же вскочила и побежала дальше, заставляя сгибаться дрожащие, непослушные ноги. Она знала, что нельзя оглядываться, но на каждом повороте бросала быстрый, отчаянный взгляд через плечо – и коротко вскрикивала от ужаса. Позади не было никого, совершено никого, и от этого становилось еще страшнее – то, что преследовало ее, пряталось в смыкавшемся за спиной мареве. Темные окна казались заплатками из черной бумаги – стоило пробежать мимо, и контур дома размывался и таял цветными струйками, растворяясь в накатывающем следом тумане. Она упала снова, стесала ладони. За спиной заворчало – кажется, там почуяли запах крови и смачно облизнулись.

Бежать она уже не могла, только ковылять, припадая на разбитую ногу. Здание под скатной крышей словно само прыгнула на встречу: пронзительно-розовые стены, снеговая белизна колонн, блеск позолоты – оно казалось четким, рельефным, как картинка. Женщина нырнула в проход, ведущий во дворик – катящаяся вдоль улицы мгла не сможет, не сумеет догнать ее здесь! И остановилась у задней стены, растерянно глядя на мусорный бак. А что… что она здесь делает? Почему не дома, как она здесь очутилась? Куда…

– Хи-хи-хи… – над ухом задребезжал жеманный смешок – так манерно смеялись в старом кино.

Она попыталась обернуться… Ослепительно вспыхнуло солце, под ногами качнулась лодка и гигантская зубастая пасть распахнулась над головой.

Женщина закричала – крик срывался с ее губ и глох в зыбком радужном мареве.

Кричала она недолго.

– Браво! – все с той же старомодной манерность произнес женский голос и из пустоты донеслись негромкие хлопки. – Прелестно! Все как я сказала!

***

У входа во дворик мучительно тошнило молодого милиционера. Китель его был распахнут, выбившаяся из-под ремня рубашка мокрой насквозь, брошенная фуражка валялась на асфальте.

– Что, так плохо? – спросили из-за спины.

Милиционер дернулся, как от удара тока, и уставился на плечистого мужика в майорской форме. Даже и не заметил как тот подошел-то…

– Виноват, товарищ майор. – молодой милиционер вытер мокрое лицо.

– Есть немного… – хмыкнул тот, открывая в мрачной ухмылке крупные острые зубы, и скользящим бесшумным шагом двинулся вглубь переулка.

– Посмотрим, какой ты сейчас будешь! – зло сплюнул молодой милиционер, и принялся дрожащими пальцами нашаривать пуговицы расхрыстанного кителя.

– Хоть этих не тошнит. – небрежно взмахнув «корочками», майор миновал стоящих в оцеплении бледных до голубизны милиционеров. Задний двор кинотеатра был крохотным, но ухоженным – перевернутый бак с рассыпанным вокруг мусором выглядел странно и чуждо на недавно выметенном асфальте. Вокруг бака расплывалось подсохшее багровое пятно. Такие же брызги рассыпались по задней стене кинотеатра, создавая странный контраст с веселой ярко-розовой краской. Майор наклонил голову к плечу, разглядывая стену, как произведение искусства. Только ноздри его раздувались, словно он принюхивался. Снова хмыкнул и направился к небольшой группе людей, склонившихся над чем-то у перевернутого бака. – А паренька можно понять… – проворчал он, заглядывая поверх их склоненных голов на то, что еще недавно было человеком. Женщиной.

– Что вы тут делае… – склонившийся над телом… над остатками тела капитан вскинулся, увидел майорские погоны, шумно выдохнул, беря себя в руки. – А, это вы из министерства…

– Уже нет. – майор невозмутимо разглядывал останки. – Переведен к вам в город на постоянной основе.

Склонившийся над телом эксперт в штатском даже не оглянулся. Неторопливо запечатал последний пакетик, бросил его ассистенту в мешок и только тогда поднял глаза, оказавшиеся такими же желтыми, с ярким ободком вокруг зрачка, как у майора. Тот коротко дернул головой, предлагая отойти.

– Заканчивайте тут. – стягивая резиновые перчатки, скомандовал помощнику эксперт. – Тело… – он поглядел на останки и передернул плечами. – В общем, можно забирать. – и пошел следом за майором. Поглядел внимательно, чтоб не вляпаться в кровавые пятна и устало прислонился к стене кинотеатра.

– На постоянной основе, говоришь? У нас что, проблемы? – эксперт прикрыл глаза. Ноздри его подрагивали – запах крови неприятно и болезненно будоражил.

– А у вас их нет? – задал встречный вопрос майор, поглядывая на тело.

– Это да… – согласно кивнул эксперт. – Давненько такого не видел. Честно говоря, с войны.

– Давно здесь? – майор понизил голос, эксперт только покачал головой:

– Всего год. Документы чистые, вроде как приехал из Сибири… оттуда и приехал. Мне после войны лучше было годков десять не отсвечивать, а потом увлекся… вольной жизнью. Но и она надоедает, к людям потянуло. А вы?

– Третий раз погиб при исполнении по предыдущему месту службы. Теперь тут. Брат здесь живет… ну и пару свою встретил. – майор вдруг улыбнулся, необычайно мягко и светло. – Пора создавать стаю.

– О как! – слегка озадаченно откликнулся эксперт, открыл глаза, но встретившись взглядом с майором быстро отвернулся, странно выворачивая голову, так что на миг открылась шея. – Я-то одиночка.

– Так я ж никого и не заставляю. – зубасто усмехнулся майор и тут же посерьезнел. – Ладно, что здесь?

– А что здесь… – эксперт чуть слышно перевел дух. – Съели ее, товарищ майор. Если быть точным… недоели.

– Кто у нас такой… неаккуратный?

– Крупный кто-то. – равнодушно обронил эксперт. – Собственно, голова да кусок руки и остались.