Кирилл Довыдовский – Мертвяк (страница 41)

Спустя минут двадцать Ирина неожиданно стала сбавлять скорость, а затем прижалась к обочине и остановилась. Тоже про ночлег подумала? Но тут вроде не слишком удобно.

— Что? — повторив маневр, я вышел из машины.

— Вон там.

Впереди дорога брала поворот. Это был уже почти выезд на МКАД. Справа над дорогой возвышалась одна из бесчисленных административок, слева зияла непривычной пустотой стоянка перед Ашаном — с опущенными жалюзи и закрытыми воротами. В начале поворота виднелись багажники пары автомобилей, как если бы они остановились пропустить пешехода.

— Ты что-то видела?

— Нет, но почему они остановились? — спросила она. — И развернуться не пытаются.

Да, подозрительно. Помедлив мгновение, я пробежал немного вперед… и резко остановился. Впереди стояло еще несколько машин. Просто стояло. Никто не сигналил. Кажется, даже габариты не горели. Словно у всех одновременно сдохли аккумуляторы.

— Ты права, — сказал я, подбегая Ирине и на ходу доставая телефон из кармана. — Не будем рисковать.

Включив «ДубльГис», я быстро прикинул другой путь.

— Вот. Через дворы не поедем, через несколько улиц лучше, чтобы наверняка. И уже там за город… Вот… вот здесь поедем.

Мы развернулись, и, всего минут через десять, снова сворачивали в сторону от центра. А потом ситуация повторилась: пустая дорога, затор, и никто из него не пытается выбраться. В этот раз Ирина стала разворачиваться без совещаний.

— Объедем подальше, — сказал я, когда машины поравнялись. — Если будет то же самое, будем через переулок пробовать.

Мысли в голову полезли нехорошие. Вспомнился сюжет из новостей: вереница военной техники, и в один момент машины оказываются без управления, а из покрытых тентов грузовиков вместо солдат вываливаются ожившие мертвецы. И вот теперь здесь происходит… то же самое?..

Черт. И где, спрашивается, ФСБ, когда оно нужно? Гм… а ведь это мысль. Конечно, меня могут рассадить по пробиркам, но это если подойти к проблеме неумело. А вот если найти сначала колдуна, побольше узнать, то… отчего бы и не обратиться в органы? Разумеется, на своих сугубо корыстных условиях. Что называется: и рыбку съесть, и на карусели покататься.

Стоять!..

— …блин!!!

Не будь я пристегнут, точно оставил в стекле вмятину в форме головы. И чего она остановилась так резко?!

Выскочив из машины, я подбежал к «Форду»… и резко затормозил. Метрах в пяти перед броневиком стоял мужик в форме бойца МЧС. Размером если не с Валуева, то с его младшего брата точно. В правой руке он держал пистолет, дуло указывало на лобовое стекло «Форда». Кисть левой руки была красной от крови. Капли падали на асфальт.

Заметив меня, он мгновенно перевел прицел.

— Стой на месте!

Ну, я и не собирался особо дергаться.

— Оружие брось!

«Глок» я выхватил сразу, как вылез из машины. И бросать, уж точно, не собирался. Я в отличие от мужика знал, что «Форд» бронированный. Мне это Семен сказал… гм… Ладно, я знал что Семен мне сказал, что фургон бронированный. И знал точно, что не знаю, знает ли точно мужик, бронированный ли фургон. С точки зрения теоремы Байеса этого было достаточно.

— Нет, — ответил я.

— Брось!!! — рявкнул он басом.

— Нет.

Несколько секунд эмчеэсовец с яростью смотрел на меня, а затем, вдрцг, с силой бросил пистолет об землю и схватился руками за голову.

Видимо, патронов у него не было. И не стрелял он не потому, что хотел получить машину неповрежденной или, в правду, каким-то образом опознал броневик. Кровь же, вероятно, от укуса, иначе бы он не убивался бы так. МЧС все-таки — этих людей вскормил Шойгу…

Только что с ним делать? Попросить отойти с дороги? А если не отойдет? Он, конечно, первый стал угрожать, но переехать его машиной было бы чересчур.

— Помогите…

Я расслышал едва — едва, но, кажется, слово было именно это.

— Помогите, пожалуйста! — мужчина все же поднял взгляд. — Я не за себя прошу, мне уже не поможешь… Пожалуйста!

В памяти все еще очень свеж был случай с Семеном. Насколько высока вероятность встретить за один день сразу двоих не добравшихся до большой сцены «Гамлетов»? Да, логичнее было бы прислать заманивать нас в ловушку прекрасную девушку в слегка надорванной кофточке, откуда застенчиво, но все же многообещающе выглядывал бы третий размер. Но что, если такой просто под рукой не нашлось? И решили послать мужика.

— Покажите место укуса, — сказал я, сделав к нему пару шагов.

Мужчина не стал говорить, что мало времени и возмущаться, что я ему не верю. Вместо этого он молча стянул рукав форменной куртки. Большую часть раны закрывала неаккуратная повязка, но и без того было ясно, что кто-то эту руку грыз.

— Что именно случилось?

Глава 17

— Твою… собаку.

Вот не любил я их. Не любил. Теперь от бешенства ставят не сорок уколов, а всего шесть, но все еще не то же самое, что в лотерею выиграть. А уж если курс за последние несколько лет приходилось проходить дважды, то тем более. От бешенства, вообще-то, в 99,99 процентах случаев умирают!

— Да, [цензура]!

Ну, простите! Простите! Но вообще, посмотрел бы, если бы в лобовое стекло вашего автомобиля раз за разом влетала раздувшаяся от мышц тушка ротвейлера-зомбака. Вокруг шеи и вдоль позвоночника у «песика» наросли десятисантиметровые костяные шипы, а и без того неаскетичную морду разнесло просто-таки до неприличных размеров. Еще бы! Иначе туда бы точно не поместились все эти зубы!

— Главное, что колеса не грызут, — заметил Андрей. — На бронированной машине они должны быть защищены, но кто знает…

С каждой минутой эмчеэсовец говорил все тише и тише. Надежда на то, что от укусов зомби-собак люди в мертвяков не оборачиваются, постепенно таяла. Жаль. Единственным, что давало ему силы, оставалась мысль о семье, которую он должен был спасти. И справедливый вопрос тут: причем тут вообще я? Неужели, история с Ромой и его родителями ничему не научила? Как раз наоборот. И, выслушав Андрея, я понял, как поставить в этой истории точку.

По словам Андрея в заблокированном мертвецами подъезде помощи ждало семь достойных доверия человек. Его жена, брат, двое подростков сыновей, а еще сосед — тоже, кстати, эмчеэсовец, со стариком отцом и совершеннолетней дочерью. Все способные передвигаться без посторонней помощи и готовые к выходу.

Вот я и прикинул. Чуть потеснившись, все они смогли бы поместиться в задний кузов «Форда». Поместиться… и взять на себя ответственность за дальнейшую судьбу Ирины с Ромой. Их я пока пересадил в кузов, как в самое безопасное место. Если не считать детей и стариков, даже по парам разбиться получалось. Ирина бы утешилась в объятиях «брата», «жена» поменяла одного эмчеэсовца на другого, после того, как Андрей окончательно обратился, ну а совершеннолетняя дочь стала бы ресурсом для задруживания еще с какой-нибудь группой выживших. Разумеется, исключительно на добровольных началах.

К сожалению, до этих людей нужно было еще добраться. Двор, в который выходил подъезд, по форме напоминал глухой питерский «колодец». Мертвецы со временем в нем только накапливались. И были бы это обычные зомбаки…

— Когда же вы уйметесь, твари…

Недалеко от экс-ротвейлера дергалась как припадочная жуткого вида полысевшая овчарка, еще несколько дворняг уныло бродило вокруг «Форда». Эти в отличие от ротвейлера и овчарки разъестся не успели. Мускулы не прорвали кожу, не вылезли из суставов шипы. Но я не сомневался, что напасть на меня это им не помешает. Ну, не любил я собак! Не любил!

Попался бы мне, по случаю, светик-семицветик, точно бы один из лепестков потратил на то, чтобы в стране приняли закон об «Умной собаке». Звучал бы он так: «Держать у себя на попечении собаку или любое другое опасное животное разрешается только тем гражданам, чей интеллект превышает интеллект того животного, которое они содержат». Да, пришлось бы провести тесты, потратить тесты, но какой эффект бы это дало! На улице собаки гуляли только в намордниках, крупных псов содержали бы исключительно за городом, дворняг и «потеряшек» на улицах бы не осталось. Вряд ли в первые годы доля пройденных тестов, даже с учетом взяток, превысила бы отметку процентов в двадцать…

Тыдыщ!

Кажется, неплохо. Сдав задом, эмчеэсовец, заблокировал подъезд.

— Готово, — прохрипел, Андрей, фиксируя броневик ручным тормозом. — Точно сам справишься?

— Да, — помотал головой я, по привычке вооружаясь пистолетом с шокером, застегивая шлем на застежку. — У меня опыт есть. Одному удобнее будет. К тому же третий этаж всего. Главное, не уезжайте без меня.

— Не уедем, — серьезно ответил Андрей. — Спасибо тебе.

— Рано! Еще не сделано ничего.

— В любом случае.

Пробравшись через разделявшую кабину и кузов дверцу, я подошел к Ирине с Ромой.

— Держите.

Насчет этого я сильно сомневался. Ирина вроде как показала способность к логическому мышлению, но она оставалась женщиной. Их с сыном жизни в этот момент зависели от меня, но вдруг она решила бы, что месть важнее? Поэтому я вручил ей не одно из ружей, а Макаров, про который я точно знал, что голову он мне не пробьет.

И, по крайней мере, сразу стрелять она не стала. Может, решила сначала проверить наличие патронов в обойме и подождать, пока я спиной повернусь? Ладно уж.

— Сейчас мы попробуем вызволить этих людей, — произнес я тихо, Андрей в кабине не расслышал. — Это родственники этого Андрея. Насколько я его расспросил, они все семейные и люди, вроде как, неплохие. С ними вам будет безопасней. Народу больше, да и меня с вами не будет… Ах, да, про мою особенность рекомендую рассказать. Вполне может получиться, что я такой не один. И, как видите, я вполне могу вести себя по-человечески… Да! Дверь за мной обязательно закройте. В подъезде наверняка зомби, уйдет время, чтобы с ними разобраться.