Кирилл Архангельский – Чужой среди своих (страница 31)
Шкери знала, на что способно это пламя – достаточно небольшого количества этой жидкости, чтобы сжечь человека полностью до костей. Тем не менее, боль должна быть намного, намного сильнее – пусть мантия и не могла полностью защитить свою хозяйку от жара, она неведомым для Шкери образом поглощала большую часть тепла. Чем женщина и не преминула воспользоваться – кто-то бы в неё не метнул это зелье, если он поймет, что оно плохо сработало, он может метнуть в неё еще что-нибудь. А переживёт ли она это, большой вопрос. Поэтому не смотря на чудовищную боль, глаза алхимика принялись искать метателя. Пламя летело со стороны куда она кинула зелье в самом начале. Она отчаянно вглядывалась в пляшущие языки, силясь рассмотреть хоть кого-нибудь.
Увидела! Всего лишь пара языком пламени поблёскивали на металлической поверхности шлема всадника…А большего ей и не надо. Рука женщины потянулась в сторону метателя…
Видя, что зелье не подействовало, так как он рассчитывал мужчина потянулся еще одной склянке на поясе, но в это время…
-
…………………….
Немногим ранее:
Возле входа в таверну, на ступеньках, сидели Фахриз с Махрином, каждый из них сжимал в руке небольшой бурдюк с вином, которые так предусмотрительно наполнил Фахриз, пока занимал им комнаты. Мужчины сидели полностью расслаблено, облокотившись локтем на ступеньки и любуясь звездами, наслаждались беседой вдали от остальных спутников. Махрин опустил взгляд и удивлённо посмотрел на обувь своего собеседника, которая вся до неузнаваемости была перемазана грязью:
-Твою мать! Ты так и не снял свои туфли!
Его собеседник недовольно на него посмотрел:
-Мы это уже проходили.
-Да! И я тебе сказал надеть обычную обувь! Святой Свет! Я даже купил тебе неплохую пару!
-Я не хочу её снимать.
-Почему же?
-Чем дальше мы забираемся в этот свинарник, тем холоднее, - произнес Фахриз. – Если я сниму свои туфли, я замёрзну. Зачем тебе нужен больной чародей?
-Я говорил тебе – одевайся теплее и всё будет хорошо.
-Одежда не поможет. Здесь даже сама земля источает холод.
-Чтобы земля не источала холод надо слушать меня и надевать нормальную обувь.
-У меня нормальная обувь.
-Не для этих земель.
-Я просто заверну туфли в ткань поплотнее и ничего видно не будет.
Махрин тяжело вздохнул.
-Твоё упрямство поразительно.
-Как и твоё.
-Моё упрямство? Это мне говорит человек, предпочётший измазать собственную обувь грязью, лишь бы не снимать её?
-Мне просто нравятся мои ботинки.
-Нет. Это мне просто нравятся мои ботинки. Поэтому вместо того, чтобы оставить их дома, я везу их с собой. А ты на своих помешался.
-Это не я упоминаю про них в каждой беседе, с тех пор как мы покинули Норус, - развёл руками Фахриз.
-Потому что Норус последняя точка, где эта обувь смотрится более-менее приемлемо. А здесь один вид этих ботинок породит вопросы.
-Какое дело нам до этой черни? Мы здесь первый и последний раз.
-Не говори гоп пока не перепрыгнешь, - назидательно произнес Махрин и добавил. - Нам наверняка потребуется возвращаться назад этой же дорогой.
-И что? Они не посмеют нам ничего сделать.
-Они посмеют побежать к ближайшему инквизитору, у которого возникнет масса вопросов, к чародею обвешанному чародейскими игрушками.
-А ты у нас на что? К тому же я не обвешан ими, только ботинки.
-Угу - ботинки, рубашка, ожерелье и даже исподнее!
-Исподнее-то тебе чем не угодило?
-Не положено!
-Так сам же носишь! Хоть бы спасибо сказал!
-Спасибо.
-Спасибо в карман не положишь!
-Помоги мне Свет, Фахриз, как тебя свои же еще не убили? – Махрин начал массировать правый висок.
-Ну, кто-то пытался, - нагло ухмыльнулся Фахриз и чуть оттянул воротник, под которым хорошо виднелись крупные ожоги на шее.
Его собеседник тяжело вздохнул и уставшим голосом сказал:
-Надень, пожалуйста, ботинки, которые я купил тебе.
-Без этого точно никак? – сдался Фахриз.
И снова тяжелый вздох.
-Точно. Переоденешь, когда будем в комнате.
-В них хоть тепло?
-Нет. Честно говоря, просто отвратительно. Холодные и неудобные, как все эти убогие земли. Жду не дождусь, когда снова одену свои.
-Ну вот, а сам еще недавно возмущался, что не оденешь эту чародейскую ересь на свои ноги.
-Твоя жена бывает крайне убедительна. Тебе…
Его фразу прервал раскат грома. А затем еще один и еще…
Путники посмотрели на чистое ночное небо и переглянулись:
-Твою мать! – хором выкрикнули оба.
-Я за лошадьми! – прокричал Фахриз, и заткнув пробкой бурдюк, слетел вниз по лестнице.
Махрин же побежал в таверну за остальными членами их каравана. Он на полном ходу влетел в дверь и громко окрикнул на весь зал:
-Тафир! Быстро собирай своих! Где-то рядом чародей! – Махрин прокричал это на не знакомом никому из местных языке, поэтому его поняли только “свои”.
От таких новостей Тафир, сидевший в дальнем углу зала, аж подавился похлёбкой, и его товарищу пришлось похлопать того по спине.
-Куда ехать? – прохрипел Тафир, поднимаясь со своего места.
-Дальше по дороге! – Махрин развернулся и пошёл к выходу. – Мы с Фахризом поскачем туда на лошадях, а вы догоняйте.
Махрин вышел из таверны как раз вовремя – Фахриз вёл под узду их лошадей. К моменту, когда Тафир вышел из таверны, они оба уже вскочили на лошадей.
-Братьев брать? – крикнул Тафир.
И словно в ответ на его вопрос, снова прогремел гром. А потом еще раз и еще, и еще, и еще…
Махрин посмотрел на Тафира и жестко произнёс:
-Бери всех!
…………………………