Кирико Кири – Небесный всадник. Том 2 (страница 2)

— Для вас, миледи, это всего лишь десять лет, но для нас целых десять, — заметил он. — И было бы прекрасно пережить их, учитывая, насколько неспокойно сейчас на границах. Что агадарцы, что веелинцы будто с цепи сорвались.

— Ничего нового, всегда так было.

— Обе империи собирают армии, — добавил Зорган. — У копчёных никогда с этим не было проблем, а лапоухие подтянули своих соседей с предзаката (юга).

— Они и до этого собирали армии, — напомнила Серафина. — Но никто не начинал войну, все знают правило трёх и то, что нападавший проиграет при любом раскладе, а зашедший после всех одержит окончательную победу. Сколько было раз, что они подходили к нашим границам, чтобы просто попугать или провести пару сражений, после чего уходили восвояси.

— Так-то это так, миледи, — вздохнул Даберган. — И я не ставлю под сомнение ваш опыт, но сейчас ситуация иная. Раньше это было бряцание оружием, попытка запугать, проверить на зуб. Сдерживание работало исправно. А теперь всё идёт спокойно и собранно. Веелинцы заручились сильной поддержкой мелких соседей на предзакате (юге), количество войск внушает уважение, а ещё они привлекли, насколько мне стало известно, магов пустынь, и с их количеством они могут создать подспорье даже драконам.

— Другими словами, лапоухие нивелируют разницу в драконах с помощью магов и сравнялись с копчёными, — подытожил маршал. — По факту, теперь их силы равны, и именно мы оказываемся слабым звеном.

Серафина хотела вновь сказать про то, что напади кто первым, и его сожрут тоже первым, и без разницы, как тот будет силён, но смолкла.

Присутствующие здесь были значительно моложе её, в несколько раз. И тем не менее они не были идиотами. Все присутствующие в комнате заняли свои места, потому что умели идти по головам, умели принимать сложные решения, жертвовать и смотреть правде в глаза. И сейчас они смотрели в глаза правде, а как раз ей с высоты её собственного полёта, возможно, этого видно и не было.

— Что-то происходит в империях за горами, — тихо произнесла она, наконец поняв, что не бывает ряби без брошенного в воду камня, и глава тайной службы медленно кивнул.

— Мы не знаем наверняка, что творится там, за горами, но веелинцы ближе всех к их границам, и если они готовятся к войне, то это не спроста. Может, они хотят отбивать нападение с той стороны, а может, хотят в общем хаосе решить свои вопросы. Но, как бы то ни было, это отразится на всех. Будет бойня, все против всех, и уже не будет иметь значения, кто начнёт первым.

— Император выделяет дополнительный бюджет на армию, — произнёс Зорган. — Мы увеличим размер армии и подготовим мобилизационные резервы, всех, кого сможем, и все роды должны будут в случае всеобщей войны отдать свои гвардии, но даже с этим мы будем слабее всех.

— Если всё пойдёт по тому же пути, боюсь, некоторые из нас уже не увидят, что будет через десять лет, — подытожил канцлер.

— Почему сейчас? — спросила Серафина негромко.

— Мы не знаем, — развёл руками он. — Может, империи за горами решили, что им слишком тесно, может, южные государства что-то не поделили и послужат запалом, который пожжёт огромный костёр, на вершине которого мы все сидим. Сколько драконов у соседей?

— У агадарок двадцать одна, и последнюю приняли буквально недавно. Веелинки имеют шестнадцать всадниц и в запасе двух или трёх непосвящённых, которым только предстоит вступить в ряды всадниц, — произнёс Даберган. — У нас четырнадцать и ещё одна подтверждённая. У тех, кто за горами… у них много всадниц со всех сторон.

— Если веелинки боятся соседей с предзаката (юга), то они бы предложили объединиться с нами, — предположила Серафина. — Втроём мы бы выстояли. Пятьдесят пять небесных всадниц — это весомая сила для любого в этом мире. Есть вражда, а есть общая угроза.

— Только мы не знаем, что у них на уме, — ответил маршал. — Может, им предложили помочь расшириться в нашу сторону. Может, надавили, чтобы они разожгли войну здесь в обмен на мир в будущем. А может, они хотят просто поучаствовать в делёжке территорий под шумок. Они нам не скажут. Но копчёные тоже что-то заподозрили, отсюда и подготовка. К тому же они в последнее время зачастили появляться у наших границ, как вы заметили, будто прощупывают нас.

— Может, они действительно ищут мира, — сказал Орфан. — Может, у них есть свои идеи, как создать других мужчин-всадников, и для этого им нужен мальчишка, а войска лишь способ сделать нас сговорчивыми. Но, как бы то ни было, в первый раз за столько лет мы встречаем их посла, и император пока серьёзно настроен согласиться и посмотреть, что за этим последует. Нам нужны агадарцы, если мы хотим, чтобы наши внуки увидели Нарианскую империю.

— Мы не отдадим им Самсона, — отрезала Серафина. — Он наш, — и тут же поправилась. — Он один из нас и будет им, пока сам не выскажется против.

— Мы и не будем никого отдавать, — успокоил её канцлер. — Мы не знаем, что происходит, но напряжение витает в воздухе, и его нельзя игнорировать, а значит, нельзя игнорировать подобные предложения. Десять лет могут всё изменить. Мы успеем нарастить армию и подготовиться к любому развитию событий. А сейчас просто хотим, чтобы вы были в курсе и… будет странно не заметить, что это началось с появления того мальчишки. Появился он, и будто привёл с собой беду. Поэтому будет неплохо всё же выяснить, кто он, откуда и что произошло, что мужчина сломал вековые законы.

Когда всадница вышла, все как-то нервно выдохнули.

— Думаешь, копчёным действительно нужен парень? — спросил Орфан Дабергана.

— Не знаю, но логично предположить именно этот вариант. Не зря они пришли ровно тогда, когда узнали о нём.

— Мы не о том думаем. Вопрос не стоит, дружить или нет, — высказался Зорган. — Вопрос в том, почему все оживились.

— Ты веришь в то, что лапоухие рискнут начать войну?

— Всё выглядит как подготовка к прямому столкновению. Мечи не обнажают, если не собираются биться. Вопрос в том, что их подталкивает и готовы ли они к диалогу, — ответил маршал. — Я буду воевать с кем надо, но предпочёл бы дожить свой остаток без великих сражений.

— Стареешь, — усмехнулся Даберган.

— Нет, просто я хочу умереть своей смертью, а не в огне какого-нибудь дракона.

Серафина вышла какой-то хмурой, и, глядя на неё, все мои мечтания по поводу собственного поместья улетучились. Такое ощущение, что там что-то произошло, а моя жопа чует, что беда непременно будет связана именно со мной. Этот мир просто как-то не умеет иначе.

— Идём, — внезапно мягким голосом произнесла Серафина, что не соответствовало ауре вокруг неё, и это напрягало ещё сильнее.

Мы вышли в коридор, взяв курс обратно на шпиль.

— Всё хорошо? — спросил я.

— Абсолютно. Скоро ты присягнёшь императору, и все вопросы будут закрыты, — кивнула она, после чего задумчиво посмотрела на меня. — Я могу задать тебе вопрос, на который ты ответишь честно, Самсон?

О, я знаю, что за вопрос.

— Давайте.

— Откуда ты?

Ну говорю же! Тут даже гением не надо быть, чтобы догадаться, о чём после разговора тет-а-тет она захочет спросить. Понятное дело, моё появление вызывает вопросы абсолютно у всех, а вместе с ним и соблазн наделать таких же Самсонов, облёванных кровью дракона.

— Не помню.

Повторно Серафина спрашивать не стала, просто кивнула, будто её такой ответ удовлетворил. Не, я мог ей ответить «да», но, блин, а где гарантии, что я завтра проснусь? Не то чтобы я гений подковёрных игр, но даже в моём мире сильнейшие мира сего имели нехорошую привычку избавляться от вопросов и проблем самым простым способом, и таких примеров хоть жопой пережёвывай.

Поднявшись на шпиль, Серафина подтолкнула меня в сторону комнаты.

— Переодевайся и иди на тренировку. Ты не забыл о нашем графике, надеюсь?

— Нет. Кстати, хотел спросить, когда я смогу увидеть поместье?

— Скоро. Как только — так сразу, оно никуда не убежит, но пока сосредоточься на тренировках. Возможно, в скором времени тебя будут брать не только в патрули, но и на некоторые задания, поэтому хотелось бы, чтобы ты овладел мечом хотя бы на начальном уровне.

— А дракон?

— С драконом, как я погляжу, у тебя проблем не возникает, что даже удивительно. Многим требуется больше времени, чтобы научиться им управляться так, как ты, — прямо подмаслила, я даже гордость за себя ощутил, а то обычно на последних местах. — Поэтому сосредоточимся на тренировках тебя самого. Ты уже ощутил изменения в себе?

— Ну…

Да тут как сказать… ну то есть здесь же не тумблером включают твои суперспособности, типа раз, и ты вдруг начал жать с шестидесяти сразу сотню, чтобы сразу заметить. Хотя, вспоминая драку с Танюхой, как мне показалось, реакция реально стала получше.

— Немного.

— Отлично, — кивнула Серафина. — А теперь иди, Аэль дождаться не может, когда сможет с тобой пофехтовать. И не забудь, сегодня вечером опять у меня.

Эх, как бы хотелось, чтобы за этими словами было что-то большее, чем обучение правильной манере излагать мысли…

Глава 44

Мне точно не казалось, что тренировок стало не только больше, но они стали ещё и интенсивнее. Как это выражалось? Да даже в том, что я, немного обвыкнув с нагрузками, начал просто задыхаться на спаррингах. А к ним решили добавить силовые тренировки — отжимания, бег с грузом и так далее, эдакие упражнения для выносливости и силы на средневековый манер. Хотя кормить меня тоже стали заметно больше.