Кирико Кири – Между добром и злом. 3 том (страница 48)

— Мы обнаружили его здесь, расследуя дело о похищении. Он сказал, что хочет рассказать что-то важное, однако, когда мы пришли, он был мёртв. При нём было это, — протянул Кондрат курительную трубку, — поэтому мы считаем, что он был из стражей правопорядка. Вы узнаёте его?

— Это… — пробормотал один из мальчишек. Удивительно, каких молодых они набрали на эту работу.

— Это Теркан, — оживился другой. — Теркан Зап! Я знаю его, он уволился два года назад. Я его успел застать.

— Вот как? — прищурился Кондрат. — Ты знаешь, где он жил?

— Нет, но можно узнать в отделе. Я сбегаю!

— Не спеши, — успел его поймать за локоть Кондрат. — У нас есть подозрение, что его мг устранить кто-то из стражей правопорядка. Поэтому, прежде, чем поднимать шум, мы хотим обыскать его квартиру на наличие улик, понимаешь?

— Да, — кивнул тот взволнованно.

— Отлично, поэтому иди и узнай, не привлекая внимания. Я пойду с тобой. Мой коллега останется с твоим товарищем охранять тело. Идём.

Всё было даже проще, чем думал Кондрат.

С тем, кто остался с Феликсом, всё было уже кончено. Нет, они его не убили — когда Кондрат и страж правопорядка скрылись за углом, его напарник просто повалился на снег, оглушённый магией ведьмы. Феликс уверял, что, учитывая обстоятельства и государственную важность, они имеют право на это, а у Кондрата не возникло никаких моральных дилемм. В конце концов, они же не убивают их.

Когда мальчишка узнал адрес Теркана Запа и привёл Кондрата к его квартире, его постигла та же самая участь. Ведьма возникла за его спиной буквально из тени, бесшумно скользнув к нему и просто коснувшись пальцем шеи. Его тело глухо упало на пол, а Кондрат даже не обернулся, заглядывая в квартиру.

Она была небольшой и какой-то неухоженной, пусть ей и пытались придать уюта. Стены представляли из себя обычные брёвна, между которыми пробивался то тут, то там утеплитель. Всё стояло так близко друг к другу, что приходилось отодвигать то стул, то какой-то столик, чтобы пройти дальше. Мебель, казалось, была сделана буквально из подручных материалов.

— Кондрат Брилль, ты так и оставишь тело в подъезде? — поморщилась Пату, войдя за ним.

— Вы сможете занести его?

— Я не нанималась к вам носильщиком, — фыркнула она.

— Ладно, сейчас занесу…

— А что мы вообще ищем? — огляделась Пату, пока Кондрат затаскивал тело.

— Что-нибудь, что нас выведет на нанимателя. Вы предупредили Феликса, куда идти?

— Да, он знает. Если не маленький, не заблудится, хотя у меня сомнения по этому поводу. Маги, оказывается, такие беспомощные… Даже грустно, что они называют себя магами.

— Так почему вы не решите с ними вопрос? Почему инквизиция до сих пор охотится за вами, хотя с такой силой вы могли бы поставить точку в этом вопросе? — поинтересовался Кондрат.

— Дело не в силах. Дело в артефактах. Чего не отнять у людей, так это умение создавать вещи, которые помогают им возвыситься для других. Не могу быстро бегать — седлают лошадей или создают поезд, не могут летать — строят дирижабли, слабы в магии — создают артефакты.

— Значит их сила в артефактах? — уточнил он.

— Именно.

В комнате было много чего, от снаряжения для охоты до старой формы стража правопорядка, что теперь пылилась в шкафу. Пустые бутылки от алкоголя соседствовали с книгами с не самым пристойным содержанием, а на кухни уже начинал плесневеть недоеденный хлеб. На подоконниках расположились резные фигурки, наблюдая за снегом, который начал идти за двойными стёклами.

— Надеюсь, что то, о чём вы говорили со своим товарищем про инквизицию и решить потом, что со мной делать, было лишь ложью? — негромко спросила она, глядя в окно.

— Да, — не оборачиваясь ответил Кондрат.

— У вас хорошее отношение к ведьмам.

— Я скажу так, — сне останавливаясь, продолжил он. — У меня были деловые отношения с одной, и она вызвала у меня хорошее впечатление. И мне хочется верить, что я ещё могу разбираться в людях.

— Что за ведьма? — полюбопытствовала Пату, взглянув на него.

— Оставлю это тайной. Но мне не за что ненавидеть ведьм.

— Ты удивителен, Кондрат Брилль. Обычно, люди впитывают ненависть к ведьмам с молоком матери, и в другой раз сложно переубедить дитя, недавно ставшую ведьмой, что мы не зло, а тут мужчина, взрослый и ещё из цепных империи… мир меняется… — прошептала она.

— Мир всегда меняется, — ответил Кондрат.

— Но сейчас он меняется очень сильно.

— Возможно, спорить не буду… — он уже перешёл к обследованию тумбочки, откуда вытащил листок бумаги. — Есть контакт.

— Ты нашёл то, что искал? — тих спросила она.

— Возможно, но сказать сложно…

В этот момент в комнату осторожно заглянул Феликс. Он переступил через тело стража правопорядка и огляделся.

— Нашёл что-нибудь?

— Да, — Кондрат протянул листик с адресом. — Какой-то бар и время встречи. Надо заглянуть туда и разузнать обо всём.

— Мне надо идти с вами? — поинтересовалась Пату.

— Не хочешь — не иди, — тут же огрызнулся Феликс, наверное, обиженный своим поражением, но Кондрат был более дипломатичен.

— Это не обязательно, однако я бы попросил вас быть неподалёку на случай чего.

— Как скажешь, — и ведьма по своему обычаю исчезла в ворохе снежинок.

Вот так, есть и нет.

Феликс на этот фокус лишь поморщился.

— Не доверяю я ей, Кондрат, — пробормотал он, глядя на оседающие снежинки. — Она не за просто так с нами пошла. Наверняка хочет артефакт получить.

Было глупо спорить с Феликсом. Здесь он был отчасти прав — ни он, ни сам Феликс не могли сказать, какую цель ведьма преследует. А артефакт был лакомым кусочком, ради которого можно было бы рискнуть пойти вместе со своими врагами. К сожалению, даже здесь, даже в такие моменты, когда враг общий, каждый преследовал свои цели, и глупо было слепо верить, что никто не попытается перевернуть ситуацию в свою пользу.

— Пока что до этого далеко, — ответил он. — Идём, узнаем, зачем он приходил в бар.

Уже когда они вышли на улицы города, Кондрат спросил:

— Ты говорил про тёмных. Про колдунов. Что ты знаешь о них?

— А что?

— Ведьма знает о них, ты знаешь. Больно странной популярностью они пользуются. Насколько я понимаю, это какой-то клан или группировка.

— Называй как хочешь, не промахнёшься, — ответил Феликс и взглянул на него. — Что ты знаешь о колдунах, Кондрат?

— Что они как маги, только плохие.

— Познания, конечно, сильные, но я имел ввиду не это. Колдуны бывают одиночками, а иногда сбиваются в группы. По интересам, по целям, по способностям. Кто-т ищет силы, кто-то власти, кто-то знаний. Тёмные… мы до сих пор не выяснили, какую именно цель они преследуют, однако их группа иногда показывается то тут, то там в разных странах и империях.

— И вы не знаете, что именно они хотят?

— Да кто этих полоумных разберёт? Одни поговаривают, что они хотят обрести силу и обрушить мир в хаос. Другие считают, что они работают на какое-то государство. Третьи скажут, что их цель стать по могуществу такими же, как ведьмы.

— И частенько они показывают себя?

— Да знаешь, в последнее время что-то зачистили, — взглянул на Кондрата Феликс. — Если я не ошибаюсь, то одного такого как раз-таки ты и пристрелил в Эдельвейсе.

— Он был из тёмных?

— Ага.

— И они здесь.

— Ищешь связь? Не ищи, не найдёшь. Они преследуют свои цели, которые чёрт разберёшь.

Место, где была назначена встреча, был странным местом. Занимающий целое двухэтажное здание, расположенный едва ли не в центре города, он был удивительно неухоженным внутри, словно ты попал в какой-то притон, где только и делают, что проворачивают грязные делишки. Грязь, копоть и вонь — эти три пункта приветствовали каждого вошедшего. Причём вонь была тошнотворно не в последнюю очередь потому, что запах вкусной еды перемешенная с запахом пота, мочи и экскрементов, создавая убийственный аромат.

— Я хотел сначала остановиться здесь, но едва вошёл, едва не вырвало, — поморщился он, прикрывая нос. — Место просто отвратное.