Кира – Конец человечества (страница 8)

Я не знаю, как было до войны в других городах, может, так же, может, нет. Но в нашем городе «богини» просто офигели от безнаказанности.

Кукловоды тогда только зарождались как класс, по-старинке они назывались ворами в законе. Мозговые имплантаты превратили их в то, во что превратили.

Я тогда не знала, кто они, эти кукловоды и какие они. Наивно судила о них по фильмам, где всё было ложью!

Почти всё время я сидела дома: выходить и встречаться с этими «богинями», неадекватными не хотелось. Я написала кучу заявлений на «богинь», но всё было безрезультатно, их прикрывали эти твари.

В одной онлайн-игре, – что-то как-то долго получается. Надо покороче, что бестолку воздух сотрясать? – Я познакомилась с вором в законе. Я была наивной дурой, которая верила, что что-то изменится. Ни черта не изменилось! Стало даже хуже. Проклятые «богини» про меня такие небылицы выдумывать стали. Прошли годы жизни в аду, когда каждый встречный – поперечный запросто говорил мне гадости и объявлял, что они с чем-то там «борются».

Но тогда я даже не догадывалась, что играла с теми самыми тварями! Спасибо кукловодам… Вот уроды!

Потом, уже в лагере для беженцев, я познакомилась с выродком Кукловода. Он меня заверил, что знает про культы, знал про тот культ. Что они тогда разгромили его и культа больше не существует. И я, идиотка, ему поверила! Он устроил террор культа в лагере беженцев. Причем уверял, что страдал там только он, его твари во всем винили меня, говорили, что это я так хотела и что согласилась, вот только меня, по-настоящему, никто не спрашивал. Говорили, что в моей квартире жила какая-то его тварь, а я сама, видите ли, уехала куда – то за границы всей этой ахинеи еще до начала террора. Только вот всё это ложь! Культ – это ложь! – вот с самого начала так и надо было сказать. И это – самое главное из того, что нужно знать о культе. – Если какая-то из этих тварей выживет, они просто создадут свой погонный культ в другом месте! И всё начнется сначала, где-то там! Нельзя этого допускать! Маги разума, они только когда им ничего не угрожает такие крутые и нападать на беззащитных, тех, кто их даже не видит – они крутые. А при начале штурма, если не смогут улизнуть, скорее всего сдадутся, пытаясь сойти за обычных поселенцев. Поэтому – пленных не брать! Пусть сдохнут! Смерть Кукловодам! Смерть магам разума! Смерть культистам! – Не знаю, хорошо получилось или плохо, но толпа начала скандировать: «Смерть Кукловодам».

И вот сейчас я почти подобралась к одной из дальних ферм. Я достаточно хорошо знаю культ, чтобы понимать: парня из закусочной они просто так не отдадут. И, скорее всего, держат они его где-то в противоположном месте от того, где культисты назначили встречу. Это если он еще жив, конечно. А вот разведчики, вероятно, мертвы. Зачем они культистам сдались – непонятно. Сам черт не поймет, что культистам в голову взбрести может.

Вот она – дальняя ферма, окно предусмотрительно открыто, может быть, это – ловушка, а, может, просто там нет ни кого. На ферме ни кого не оказалось, в одной из комнат нашла, что – то похожее на военную форму без нашивок. Может, наших разведчиков, может – нет, не разберешь теперь. Нашла ключ от подвала проверила подвал, потом заглянула в амбар за фермой – ни чего подозрительного. Даже начала сомневаться в том, что здесь действует культ, не знаю чего я ожидала от их жилищ, я к культистам в гости не ходила, но это – самая обычная ферма. Во всяком случае – так кажется.

Я пошла дальше. На следующей ферме также никого не было, а окна были раскрыты настежь. То ли я слишком подозрительна, то ли здесь что-то сильно не так. Но думать над этим оказалось некогда, несколько человек пытались прокрасться вдоль амбара. Они меня там что ли ждали? Я, кстати, сейчас и собиралась в амбар заглянуть. Я встала за угол, надеюсь, они меня не заметили и не изменят маршрут.

– Куда она делась? – прошептал один из них, когда они были уже рядом.

– Заткнись, идиот! – шикнул другой. Всё, они уже рядом, как только культист появился из-за угла, я вонзила ему нож в горло. Всё вокруг забрызгало кровью, культист зажал глотку в безвольной попытке закричать в последний раз. Второй растерялся, глядя на захлебывающегося кровью соратника, я ударила его по мужским… Ну, и так понятно. Он упал, кряхтя проклятья. Я культистов тоже долго проклинала, но что-то не помогло…

– Где пленные? – спросила я. – Живые остались?

– Ни…ф...к, – не знаю, что он пытался сказать. Я его пнула, культисты ни с кем никогда не церемонились, и я с культистами церемониться не буду.

– Где пленные?

– Т…м, – наверное, он указывал на следующую ферму. Закончил он так же, как и его товарищ, захлебнулся своей кровью.

До следующей фермы добралась быстро, уже не особо скрываясь. В первой же комнате наткнулась на резную мебель, да, она точно из закусочной. Кто-то, по всей видимости, думал, что если прикрыть стол скатертью, обмотать резные ножки шнуровкой и обложить стулья подушками, то никто эту мебель не узнает? Попыталась поднять стол – весит целую тонну! Кому хотелось переть такую тяжесть в такую даль? Не иначе как очередная «бесценная» хотелка очередной «богини». Значит, ожидаем худшего! Твари где-то здесь!

Подвал оказался закрыт на навесной замок, но я нашла молоток. Думаю, этого должно хватить, шуму, конечно, будет… Все ближайшие засадные отряды сбегутся. Ну, что же поделаешь? Парнишка из убитой семьи, вероятнее всего там и наши разведчики. Я понимаю, что они точно мертвы, но хочется верить… Черт! Я проделала такой путь, пора бы уже выяснить, что с ними произошло?

Где-то с десятого удара, может быть, и больше, замок упал на пол. Ох, я устала… Некогда уставать, некогда отдыхать, всё потом. Я вытащила дужку из петель и открыла дверь. Не знаю, что я ожидала там увидеть? Отряд наших разведчиков? Живого и здорового парня из закусочной, который, конечно же, бросится меня благодарить? Да, я забыла и его имя. Раньше мне было все равно!

Висящая под потолком лампа освещала унылые ряды коробок и ящиков, какие-то бочки, кучи хлама. Я спустилась по лесенке и прошла в глубь подвала. Стараясь быть бдительной! Это – лучшее для засады место. Я это понимала, но потом я увидела их: очень худая девушка лежала на полу, прикрытая какой-то тряпкой. Я видела только ее лицо и худые руки, кажется, она умерла. Рядом сидел парень, кажется, он из закусочной. Сейчас это сложно было понять: осунувшаяся харя, вся в крови. Волосы торчком в разные стороны, стоящие колом из-за засохшей крови. Кожу у него что ли с шеи содрали или это кровь так засохла страшно? Плечо перевязано, тоже в крови, рубашка порвана, джинсы, я не знаю, что с ним тут делали, но на джинсы смотреть тоже было страшно. Н-да… При этом, если бы я думала, что это культист, я бы ему еще по харе заехала.

Я споткнулась об коробку, и он открыл глаза, выглядело это откровенно жутко. Когда красная корка крови, застывшая на его лице, начала шевелиться, я поняла, что он еще жив. Он едва заметно кивнул в сторону. Культисты, видимо, ждали, пока я подальше пройду в подвал, подойду к этому парню, чтобы можно было ударить меня в спину, в этом все культисты. Один из них, выскочив из-за ящиков, попытался ударить меня по руке, чтобы выбить нож. Я ударила его молотком, который сжимала в другой руке. Первый раз попала в предплечье, второй – почти в лоб, он вскрикнул, закрыл лицо руками, начал оседать. Надо потом убедиться в том, что он покинул этот мир.

Едва успела увернуться от удара другого культиста, гаечный ключ просвистел в сантиметре от лица. В ответ махнула ножом, пытаясь попасть в бок, который он подставил под удар, противник успел увернуться, отпрыгнув назад и тут же сделал выпад. Я пригнулась и ударила его молотком в колено. Он выронил ключ, закричал, упал. Что же? Я сама говорила – пленных не брать! Они не могут жить нормально, всё равно создадут свой чертов культ!

Второй, кажется, тоже умер, туда ему и дорога. Я подошла к парню: – Эй… – черт! Как же его звали? Я не помню! Не могу вспомнить! Раньше это был просто какой-то парень из закусочной. Я не люблю общаться с незнакомыми. Я не помню, как его зовут! Спрошу у кого-нибудь потом, может быть. – Ты живой? Что здесь происходит? – Надо пойти подать сигнал для начала штурма.

– Н… не все, – он кивнул в сторону выхода из подвала. Я повернулась, но никого не увидела. А в следующий момент мне очень больно заехали чем-то по спине. Я хотя бы ни одного культиста в спину не била! Небольшая область примерно посередине спины пылала огнем. Я чертыхнулась, прошипев проклятье. Но в чертовом подвале никого не было.

– Что, хочешь отомстить? – прозвучал надменный, писклявый голосок, явно женский. Я ее не видела и она торжествовала. Чертов маг разума! Что б тебя черти в аду разодрали! Тогда, когда он меня усыпил, должно быть, тогда и внушил, чтобы я вот это не видела. Скотина! – А ты меня не видишь, да? Я – богиня! Ха! Я могу бить тебя сколько угодно! Ты ничего не можешь сделать! Зенки-то протри! Ты – шлю***!

Самый угол подвала занимали тканевые мешки, один из них был прогрызен, из него сыпалось… Да, мне все равно, что там из него сыпалось: мука, сахар, соль, манка. Что-то такое. Ну все, довыпендривалась, «богиня». Я отпрыгнула в сторону, схватила этот мешок, разрезала его ножом и тряхнула так, чтобы содержимое разлетелось по всему подвалу. Она закашлялась, в воздухе витала пыль и мука, наверно, все-таки. Вот оно! Я не видела ее, но видела, где она стоит, видела белесую пыль на ее одежде. Которую сейчас «богиня», чертыхаясь, усердно пыталась стряхнуть. Теперь я видела ее лицо, девочка лет двадцати, плюс-минус пара лет. Зачем она связалась с культом и этими выродками, магами? Черт бы их подрал! Я сильнее сжала молоток.