Кира Вайнир – Пробудившая пламя (страница 75)

А вот за ней шёл мужчина, который был моим зеркальным отражением. Только без крыльев и рогов.

– Гульниза! – обняла девушку Ираидала.

– Тааак... – протянул, как я понял, ещё один мой старший брат. – И чего он здесь забыл?

– Свою женщину и своих детей, братец! – ответил я.

– Братец? – с подозрением прищурился он.

– Ну, Файрид и твоё лицо утверждают, что да. – Сложил руки на груди я.

– Файрид это я. – Поднял руку Файрид. – И да, Аргес, нам нужно с тобой поговорить, потому что я рассказал о тебе отцу.

– Рассказал? – уточнил, как-то странно улыбаясь Аргес.

– Да. – Подтвердил Файрид.

– Молодец какой! – похвалил его Аргес перед тем, резким ударом, буквально снести Файрида с моста в воду. Вот это да! Я впервые видел, чтобы кто-то так легко смог отправить нашего мастера в полёт. – Ну, и что сказал император на новость о наличии неучтенного потомка?

– Отец был в ярости. Но не из-за твоего появления, а потому что кто-то смог украсть тебя из семьи. – Ответил я, пока Файрид выбирался из воды.

– У меня для тебя письмо от твоего отца. Думаю это лучше чьих-то слов. Но император очень хочет с тобой познакомиться. – Добавила Ираидала.

– Всё это конечно очень интересно, я семейные разборки страсть как люблю, особенно чужие. Но у нас госпожа почти три недели дома не была и всё время в дороге. Не пора ли ей немного отдохнуть? – влезла всё та же старуха. – И это, сокровище нации, куда-нибудь разместить надо.

– И судя по вашему голосу, лично вы с огромным удовольствием разместили бы меня в Карнакском дворце. – Ответил я с намёком на морское дно, интересно это случайно не родственница матушки Вали́.

– Дворец ему! Ты посмотри на него! А гарем тебе не организовать? – на меня посмотрели очень знакомым взглядом, нет, тут точно без родственных связей не обошлось. – А то смотри, выбирать устанешь, у нас места на рыбу богатые!

– Спасибо, я уже выбрал. Я так сказать при своём. – Не будь у меня опыта общения с матушкой, я возможно сейчас бы взбесился.

Но во-первых, после совместного плавания с Валисандрой, меня сложно удивить женской язвительностью. А во-вторых, судя по встрече, эта женщина близка к Ираидале. Мне она вообще напомнила этакую нянюшку. А ссориться с теми, кто входит в круг общения моей лари, мне просто нельзя. Они должны стать моими союзниками, принять меня, я должен для них стать своим.

– Ну-ну... – усмехнулась моя собеседница, а я подошёл к детям, которые за время разговора так переместились, что встречали меня грудью и плечом к плечу Марс и Барлик, а Малис стояла рядом с матерью, обнимая её по-прежнему, но так, чтобы чуть загораживать мать.

Я уже молчу о трёх незнакомых гронхах, смотрящих на меня очень красноречивым взглядом.

– Оман. – Чуть склонили головы в приветственном поклоне дети.

Оман, не отец, еле удержался, чтобы не прикрыть глаза. Ожидаемая проблема, но от этого понимания ни разу не проще. А ведь это ещё Далли их не настраивала против меня.

– Дети. – Ответил им таким же поклоном. – Восхищён вашим талантом и смелостью. Ваш дед неимоверно гордится вами, а ответ Карлу неизменно веселит лари Лайну. Барлик, меня просили передать, что рык моего львёнка докатился до северных гор. Сам северный князь Ярый оценил Карнакскую битву.

Краем глаза я заметил, как вскинула голову Ираидала, что-то мелькнуло в её глазах, но быстро потухло. Точно, она же так переживает за детей, а эта битва была у неё на глазах. Не стоит углубляться в эту тему, чтобы не волновать.

– Благодарю, нам приятно, что прославленные воины, слава о которых докатилась и до наших земель, оценили битву за Карнак и наше в ней участие. – Ответил Марс, значит, вот кто в этом маленьком государстве дипломат.

– Простите нас отец, мы рады, что вы решили посетить нас. – Продолжил Барлик. – В Карнаке не сложно достойно разместить гостей. Без лишней роскоши, но в тепле и уюте. Я попрошу проводить вас в гостевые дома, выберете любой из тех, что вам понравятся. Но мама действительно отправилась в столицу почти сразу после нападения на Карнак, ещё и морем, которое плохо переносит, и сразу обратная дорога. Уверен, вы поймёте, что ей нужен отдых и домашний покой.

Мой младшенький очень уверенно провёл черту. У них есть дом, место их семьи, в которую меня не включают. И сейчас Барлик встал на защиту границ этого дома и интересов своей матери. Воин.

Зря, очень зря Карл Димарий раньше времени разбудил этого львёнка. Похоже, что в битве за Карнак начал коваться клинок, который раз и навсегда положит конец нападкам Димарии на наши границы.

А вот Малис мягко и как-то мечтательно улыбалась, но при этом взгляд у неё был совсем не мечтательный, и не детский. Так смотрят, когда ищут слабые места в твоей защите.

– Отец, вас беспокоит рана? Может прислать к вам лекарей? А то вы даже поворачиваетесь так, чтобы не беспокоить бок. – Всё с той же улыбкой, подтвердила она мои выводы.

А к моей крепости оказывается не так-то легко подобраться.

– Пошли брат, у меня здесь огромный дом, в котором я живу один. Все веселее будет. – Положил мне мокрую руку на плечо Файрид. – Аргес, может, поговорим? После того как прочтёшь письмо отца?

Файрид потянул меня за собой в противоположную сторону от той, куда направилась Ираидала с детьми. Заодно, по пути он мне многое рассказывал о том, что успело здесь измениться за то время, что этими землями управляют дети.

– Вот видишь такие строения, напоминающие пряники? – показал он мне на дома непонятно из чего построенные. – Это Ираидала придумала. Глина и деревянные бруски. А получается быстро, красиво и тепло, а для большей надёжности залили всё местной смолой из земляных разломов.

– Ираидала? – удивился я. – Откуда она могла такое увидеть?

– А кто знает? Может что-то такое всплыло в памяти. Как умение ездить верхом или владение клинком. – Огорошил меня брат.

– Каким образом выяснилось, что Ираидала владеет клинком? – решив, что во время нападения она вынуждена была встать на стены с бойцами, я потерял контроль над собой и схватил брата за ворот.

– Тихо! – осадил меня брат. – Твоя лари занимается вместе с детьми. И их наставник, мастер Азуф, уверен, что Ираидала обучалась владению клинком, причём обеими руками. Она действительно иногда на памяти тела делает такое, что по-другому, это не объяснить. Случайно такие приёмы не получаются.

– Что ещё говорит мастер? Ещё какие-то воспоминания о прошлом у Ираидалы были? – заинтересовался я.

– Нет. Да ей и некогда вспоминать было. Я, почему обратил твоё внимание на эти дома, все они построены после того, как сюда приехали лари и твои наследники. Верфи, мастерские, крепостные стены и стрелковые галереи, обе оборонительные башни, набережная. Это всё появилось здесь за год. И вот такие дома, если видишь, то знай. Их построили уже когда Геликарнак стал оманлиром. – Объясняет брат.

А я начинаю оглядываться. И понимаю, что если убрать всё то, что перечислил брат, здесь останется...

– Тут что был сплошной пустырь? – уточняю я.

– Почему? Ещё развалины были. И старые дома. Понадёжней, чем в шатающихся кварталах, но лет через десять-двадцать и они начали бы рушиться на головы своих хозяев. – Не скрывал Файрид. – И чтобы всё было как сейчас, лари и наследники работали наравне с простыми жителями. Так что думай, прежде чем что-то сказать, если посчитаешь эти дома слишком простыми и скромными. Проходи, у меня здесь две свободные комнаты, выбирай любую.

– А Ираидала где живёт? – задал я главный вопрос.

Глава 36.

Оман Берс Марид Нави.

Идея оказаться на территории Ираидалы, там, где она чувствует себя спокойно и защищённой, казалась легко выполнимой. Ровно до того момента, пока я не начал её превращать в жизнь. Уже через несколько дней пребывания в Карнаке. я понял, что мало просто приехать, нужно ещё и влиться в обыденную жизнь собственной лари. И самое главное, суметь перестать быть высокопоставленным гостем, требующим особого внимания и отвлекающим от важных дел.

Спросив меня утром следующего после приезда дня о планах, Файрид меня внимательно выслушал.

– То есть, ты собираешься помогать лари и наследникам? – уточнил он.

– Слушай, не стоит меня считать слепым, глухим и безмозглым идиотом. Ираидала тебя волнует не только, как мать моих наследников. И это заметно, Файрид. Но я её не отдам, даже брату. – Расставил все точки я. – Не надо вызнавать о моих планах в отношении моей семьи какими-то окольными путями. Всё четко и ясно. Я хочу, чтобы авторитетом и примером для подражания для своих детей был я, а не их дяди, какими бы ответственными они там не были. Я сам хочу учить их бою на клинках и рукопашке, разбирать с ними схемы сражений. Я для своих детях оман. А Ираидала мать. И мне достаточно было нескольких минут, чтобы почувствовать разницу. Что же касается самой Ираидалы, она моя! Моя женщина, моя лари, мать моих детей!

– Ты прав. И не прав одновременно. Я не знаю, что тебе сказать. – Прислонился к косяку и сложил руки на груди Файрид. – Сначала я хотел только выяснить, что же на самом деле произошло в твоём дворце. Я даже не собирался тратить много времени на всё это. Но когда при первой встрече мне указали на дорогу обратно, а потом не воспользовались любезно предоставленными и готовыми выслушивать любые жалобы ушами, проснулось любопытство, сменившееся удивлением. А позднее и восхищением. Её упорство, сила духа и ум, удивительный для её лет, привлекают, как огонь в ночи. Тем более, что никак не ожидаешь, глядя на этот оранжерейный цветочек, столкнуться с таким характером. Проведя рядом с ней столько времени, я привык считать себя её другом. Про себя зная, что я для них ещё и родственник, и защитник. Я стоял рядом с Марсом во время битвы за Карнак, я сопровождал обоз на рубежи до столицы. И не позволял запереть её с детьми во дворце в столице. Это здесь она могла вести себя так, как считала нужным и правильным. А императорский дворец... Он уже стал клеткой для одной лари. А вот в тот момент, когда она узнала, что я не просто мастер бессмертных, а ещё и твой брат, один из наследников императора, что-то произошло. В тот момент от разочарования и обиды в её глазах, мне самому было больно, словно я потерял что-то очень и очень важное в своей жизни. И я пока не могу объяснить, что за чувства у меня к твоей лари.