Кира Вайнир – Пробудившая пламя (страница 68)

– Извините, что опоздали. Я еле уговорила Ираидалу отказаться от своего походного костюма. – Присела в поклоне перед императором его лари.

– Ничего страшного, моя драгоценная. – Улыбался ей император, помогая устроиться за низким столом.– А ты жестока, дорогая.

– Мне положено, я же мачеха. – Таким же еле слышным шепотом, ответила императору на последнюю фразу Лайна.

Как и везде, в императорском дворце ели, сидя на полу, на специальном возвышении. Лайна сидела рядом с императором на торцевой стороне. По левую руку от неё сидела я, а напротив меня оман, дальше Файрид. Из-за разницы в росте, получалось, что оман смотрит на меня сверху вниз. Чуть наклонившись вперед, чтобы не испачкать платье во время завтрака, я успешно создавала конкуренцию блюдам на столе. Под пристальным и неотрывным взглядом омана, я чувствовала себя неловко. Впрочем, не только я обратила на эти взгляды внимание.

– Дорогая, ты решила, что Берс слишком привередничает в еде, поэтому решила сделать так, чтобы ему было не до еды? – улыбается император.

– Даже и не собиралась. К тому же твой сын явно не обделён, скажем так зрелищами. У него же целый гарем. – Опустила глазки лари.

– Лари прекрасно знает, что единственная женщина, что одаривала меня своим вниманием в последние месяцы, это война. – Ненадолго отвёл от меня взгляд оман, посмотрев на Лайну.

– Ну, если так судить, то лари Ираидала последний год и вовсе была просто окружена мужским вниманием. Голод, холод и тяжёлый труд. – Перечислял император. – Лари, да у вас просто гарем. Как бы вас не начали ревновать, лари.

– Это, точно вряд-ли! – заверила императора Лайна. – Ведь судя по тем словам, что нам передавали, оман находит лари Ираидалу некрасивой и даже уродливой. Так, кажется, ты говорил, Берс?

– Да, и именно поэтому он уже в четвертый раз перчит сладкую кашу. – Усмехнулся император.

– Я? Что за... Лари, когда я произнёс подобное? – буравит меня взглядом оман.

– После того, как закончилось кормление Барлика и Малис. – Напомнила я.

– Я не помню этого. – Произносит он.

– Вы вошли в купальню, когда там была я. – пересказывала я, хоть и почувствовала себя не в своей тарелке, из-за того, что приходится озвучивать эти подробности. – Впрочем, и детей, которых я родила, вы сочли настолько страшными, что усомнились вы ли отец, и даже отказались их называть.

– Лари, все совершают ошибки. Главное, чтобы был шанс всё исправить. – Сказал словно только для меня оман.

– Есть ошибки оман, о которых остается только сожалеть, исправить их невозможно. – Ответила ему.

– Значит нужно их искупить. – Смотрит так, словно сожрать готов, ткань на широкой груди натягивается от тяжёлого дыхания, крылья носа шевелятся, как бывает при сильном волнении.

Я опустила пальцы в чашу с ароматной водой, чтобы освежить руки перед едой, но стоило вынуть руки из воды, как они оказались обхвачены мягкой тканью. Оман, умудрившийся за секунды и незаметно оказаться рядом со мной, вытирал мои пальцы собственным шарфом, не сводя при этом с меня взгляда.

– Берс, пальчики девушки, это не твой клинок, натирать по полчаса не надо, а то до кости сотрёшь. – Напомнил оману, что мы тут не одни, император.

Шторм, видя, что оман хоть и перестал тереть, но мою ладонь не выпускает, не смотря на мои попытки высвободить руку, просто просунул между нами свою голову, а потом и сам улегся рядом со мной.

Глава 31.

Ираидала, лари Марид Нави.

– Лари Ираидала, – начал император, когда принесли чай и сладости. – Из всех вопросов, которые я хотел бы с вами обсудить, нерешенным остался только вопрос о нашем общении с внуками.

– Я не думаю, что с этим могут возникнуть проблемы. – Влез в разговор Берс. – Общайтесь на здоровье, когда дети будут находиться в столице, ведь Ираидала не против этого? Я правильно понимаю?

– Да, но... – начала я, но он меня перебил, аккуратно сжав руку, не обращая внимания на предупреждающий рык Шторма.

– Я помню, о том, что ты говорила. И серьёзно всё взвесил и обдумал этой ночью. – Сама не знаю отчего, но я насторожилась. – У детей уже есть оманлир, и так как они привыкли быть вместе и дополнять друг друга, то и Марсу нужно выделять земли где-то рядом. То есть либо Ниргас, либо Ригьявир. Мы можем с тобой осмотреть обе провинции, и потом уже решить, какую отдать Марсу. Стратегически, Ниргас более выгодно расположен, пересечение речных и наземных торговых путей. Зато Ригьявир надёжнее защищён и имеет с Геликарнаком общий горный хребет.

– Но не одна из этих провинций ни разу не столица. – Внимательно слушал сына император.

– Да. Но Ираидала была абсолютно права, когда говорила, что любой земле нужен хозяин. Что происходит, когда от твоего лица управляют те, кому ты доверяешь, я вижу в собственных землях. – Ответил ему оман. – Упомянутый мною хребет делит мой оманлир почти пополам, так что и деление оманлира в будущем между наследниками будет лёгким. Ещё и поэтому я склоняюсь к Ригьявиру, но это мы ещё обсудим. Крепость же в жемчужном заливе так и останется личным наделом Малис, я считаю нужным исключить её даже из перечня приданного. И я так понимаю, что там тоже всё не так прекрасно, как я слышал?

– Точно описать не могу, – ответила сильно удивлённая словами омана я. – Я ни разу не была там, проход туда перекрыт разломами, и из-за обрушившегося утёса там теперь озеро.

– Ну, хоть детей зовут Барлик и Малис, хоть тут всё, как я знаю. – Вздохнул оман.

– Самому называть надо было, тогда и сомневаться бы не пришлось, правильно ли тебе имена твоих детей назвали. – Тихо и с какой-то злостью вдруг высказался Файрид. – Прошу меня извинить.

Лайна проводила сына внимательным взглядом, судя по тому, что она нахмурилась, увиденное ей не понравилось.

– Насколько я понял, там вы ничего не меняли и в порядок просто не успели привести? – я кивнула, вернувшемуся к разговору оману. – Если принять во внимание все причины, то присутствие наследников в их оманлирах становится необходимым. Но есть и другие причины, и не менее важные. Они мои наследники, им принимать от меня власть в моём наследственном оманлире. Кому-то из них, скорее всего, придётся принимать и пост главнокомандующего. И наследников должны знать не только в провинциях. В гарнизонах, корпусах бессмертных... Парни, да и Малис тоже, судя по её участию в битве за Карнак, уже должны принимать участия в учениях, смотрах. Появляться на рубежах и участвовать в выходах на эти рубежи.

– Как на рубежи? – помертвела я.

– Командиры и мастера корпусов должны знать их в лицо, видеть их способности, верить в мужество, умения и талант. Я хотел бы тебе пообещать, что в первые выходы, дальше совещаний их не пущу, но даже я не верю в то, что они будут сидеть за спинами других. А ты знаешь наших детей лучше меня. – Воспользовавшись тем, что я, ни разу не думавшая о том времени, когда моим детям придётся заменить омана на рубежах, оказалась в ступоре, оман прижал мои пальцы к своим губам.

Он едва коснулся, а я отдернула руку словно, обожглась. Шторм резко поднял голову и развернулся в сторону омана.

– Проворонил, сторож! – с ехидной улыбкой сказал гронху оман.

– Просто он очень спокойный и терпеливый. – Вступилась за Шторма я. – Из четырёх гронхов, он самый рассудительный и сдержанный. Смерч Малис, к примеру, не предупреждает рыком, а сразу кусает. Тень и вовсе не считает нужным предупреждать хоть как-то. Мол, сами соображать должны. А Палач, ну, он не зря носит своё имя.

– Тогда я рад, что твой спутник, такой рассудительный, Ираидала. – Но всё равно довольное превосходство из взгляда никуда не делось. – Видишь сама, детям придется делить своё время между оманлиром и столицей. Как и тебе. Ведь лари живёт там, где её дети. А когда мы будем на рубеже, ждать, находясь в столице, удобнее. Столица ближе, чем Карнак.

– Мы же воюем только с Димарией? Так может к тому времени, как у вас появится совершеннолетний наследник, а это самое меньшее четыре года, вы уже успеете их победить? – мои наивные слова рассмешили и омана, и императора.

– Первый раз вижу, чтоб с такой скоростью начинали верить в чьи-либо способности и таланты! – отсмеявшись, сказал император.

– Я приложу все усилия, чтобы оставить наследникам мирные рубежи. – Тихо и без улыбки сказал оман, и это обещание вызвало у меня желание искренне улыбнуться в ответ, чего не было до этого момента ни разу. – Что же касается времени пребывания наследников в столице, то это, думаю уже не настолько важно.

– Важно. – Не согласилась я. – Марс совершенно не переносит морскую качку. Поэтому остается только путь по суше, верхом. А это ночёвки на земле. Значит время тоже важно!

– Тогда, наверное, наилучшим вариантом будет, чтобы самые холодные месяцы, дети проводили уже в столице, чтобы не заболеть по пути. – Немного подумав, предложил оман. – И самые жаркие. Потому что именно в это время идут нападения на рубежи.

– Думаешь, уже вскоре взять наследников с собой? – спросил омана император.

– Надеюсь, что этот год я проведу дома. А в следующем, уже решим. – Ответил Берс. – Я надеюсь за время пребывания в Карнаке всё-таки наладить отношения с братом. В море мы сильно уступаем Димарию, а его опыт и знания нам бы пригодились. Если мы закроем береговую линию уверенно чувствующим себя флотом, то сможем разместить гарнизон и на Хрустальной косе. Сейчас мы этого не можем, из-за постоянной угрозы, что размещенный там корпус могут отрезать от нас во время прилива корабли противника! А так это будет мощный опорный пункт посреди моря, который сильно обрежет возможность маневрирования на море для димарийского флота.