Кира Уайт – Бастион – N (страница 10)

Немного поразмыслив, прихожу к выводу, что двигаться в одиночестве, по крайней мере пока не получу хоть какие-то подробности, было бы неразумно.

Не медля больше ни секунды, срываюсь с места и отправляюсь догонять Ксандера, по привычке не забывая поглядывать по сторонам.

Он успевает удалиться на довольно приличное расстояние, и как только я сокращаю дистанцию до трех метров, спина Ксандера заметно напрягается, но он и не думает останавливаться, уверенно шагая в выбранном направлении. Решаю не приближаться на критическое расстояние, стараясь все так же держаться чуть позади.

– Ксандер? – окликаю настороженно.

Он не оборачивается и не сбавляет ход. Тяжело и по возможности бесшумно выдыхаю. Кто сказал, что будет легко? Вероятно, прямо сейчас он кипит от ярости, ненавидя меня всей душой, и с трудом сдерживается, чтобы не прибить на месте. Поэтому я не нахожу ничего иного, как сказать:

– Прости, ладно?

Он останавливается так резко, что я едва успеваю затормозить, чтобы не попасть в зону поражения.

– Дай угадаю, – издевательским тоном произносит он, оборачиваясь, – ты решила, что я виню в происходящем тебя?

Молча изучаю выражение его напряженного лица, не совсем понимая, к чему он клонит.

– Если в этом нет моей вины, почему ты такой злющий?

Ноздри Ксандера сужаются, когда он глубоко втягивает в себя воздух.

– Я злюсь не на тебя, а на ситуацию в целом. Меня подставили и сослали туда, откуда не выбраться, и я догадываюсь, кому и для чего это потребовалось. А ты… ты просто под руку попалась.

Не могу удержаться и окидываю его заинтересованным взглядом. Я все это и без него понимаю, но вот то, что он не винит меня…

Нет, все равно не верится.

– Так ты на меня не злишься? – уточняю недоверчиво, решив раз и навсегда разобраться с этой темой.

Ксандер делает шаг в моем направлении, и я тут же отступаю, заставив его остановиться. Он напряженно смотрит на меня и неожиданно выдает:

– О, еще как злюсь. Какого черта ты связалась с Органа?

Пару раз моргаю, удивленная столь резкой сменой разговора, а после гордо вскидываю подбородок, с вызовом глядя на Рида, и бросаю дерзкое:

– Не делай вид, что тебе не плевать.

Его пальцы сжимаются в кулаки, а весь внешний вид говорит о готовности броситься вперед. Инстинктивно подбираюсь, собираясь если потребуется в любой момент бежать прочь. Сейчас я жалею только о том, что подошла слишком близко.

– Мне не плевать, и ты прекрасно знаешь это, Хэтти, – цедит он сквозь зубы.

– Знаю? Знаю?! – Горько смеюсь, с издевкой глядя в серо-зеленые глаза. – Нихрена я не знаю, Ксандер. Да и ты тоже. Где ты был, когда Джея схватили? Двигался по карьерной лестнице? Неплохо так поднялся. – Едва сдерживаюсь, чтобы глумливо не похлопать в ладоши и продолжаю со злостью: – А где были мы? В дерьме, Ксандер! Мы были в самом что ни на есть вонючем дерьме. Мама умерла, отец выплачивал долги сына, а я… – с шумом выдыхаю, не желая делиться подробностями. Он этого не заслуживает. – Не важно, что случилось со мной. Я выживаю, ясно тебе? И раз уж ты не злишься на меня из-за того, что нас отправили сюда, будь добр, расскажи об этом месте, на этом и разойдемся.

Руки Ксандера расслабляются, кулаки разжимаются, а в глазах больше нет ни намека на ярость. Он делает еще один шаг в мою сторону, но я вновь отступаю, и Ксандер снова останавливается.

– Твой отец связан с Органа? Поэтому ты была в том подвале?

Пару секунд задумчиво смотрю на него. Ксандер говорит об отце так, будто тот еще жив. Возможно, он не в курсе, что с ним случилось. А это еще раз подтверждает, что Риду плевать. После того, как Джея арестовали, его друг сделал вид, что не имеет ничего общего с семьей преступника, в доме которого проводил больше времени, чем в собственном. Не удивлюсь, если это он и сдал Джея. Это предположение отзывается болью в районе сердца, и я хмурюсь, вмиг избавляясь от неприятных ощущений. Плевать, как все было на самом деле, в данный момент это мне не поможет.

– Это не имеет значения, – заявляю твердо. – Расскажи о Бастионе. Если это вообще он.

Ксандер отводит взгляд и осматривает ближайшие окрестности сначала слева, затем справа, а после возвращает внимание на меня.

– Да. К сожалению, нас отправили именно в Бастион.

– Давай ближе к делу. Бастион – это… лес?

Ксандер усмехается, с минуту смотрит мне за спину, и я борюсь с желанием обернуться. Что он там увидел? Слух подсказывает, что поблизости никого нет, но в этом месте я бы не была так уверена. Не зря люди приписывают ему столько ужасов. Но не стоит исключать того, что все это не более, чем выдумки. Хотя, с другой стороны, если отсюда невозможно выбраться, откуда тогда берутся слухи? Вот и проверим. Мне нужно выбираться как можно скорее, в самое ближайшее время достать обсидиановый диск и приготовить противоядие, иначе мне конец.

– Идем, – прерывает мои размышления Ксандер. – Расскажу по дороге.

– По дороге куда? – спрашиваю с нарастающим раздражением.

– Нужно до темноты добраться до одной из стен. Ночью в лесу слишком опасно.

Несколько бесконечно долгих секунд смотрим друг на друга.

– Может, хватит говорить загадками?

– Если хочешь больше узнать о Бастионе, придется слушать на ходу, – упрямо заявляет Рид. – Я не собираюсь тратить время, стоя посреди леса и рискуя в итоге не добраться до безопасного места.

Ксандер выжидательно поднимает брови. Покусываю нижнюю губу, размышляя о том, как поступить. Мне нужна информация, и, похоже, по-другому ее не получить.

– Черт с тобой, – бросаю недовольно и иду вперед, преодолевая разделяющее нас расстояние.

Ксандер кривит губы и неодобрительно качает головой, но все же разворачивается и шагает туда, куда так стремительно направлялся до этого. Мне не остается ничего иного, как пойти следом, на всякий случай держась на пару шагов правее. По ходу движения осматриваю землю в поисках хоть какого-нибудь подобия оружия.

Не успеваю задать ни единого вопроса, как Ксандер решает пояснить выбранное им направление:

– Перед приземлением я видел одну из стен, судя по расположению солнца – северную. К ней и направимся, если поторопимся, должны добраться до наступления ночи.

Согласно киваю. Ему виднее. Пока что вся информация о Бастионе, что мне стала доступна, состоит всего из трех пунктов.

Он существует.

Тут есть лес.

Бастион имеет северную стену.

Не густо, но хоть что-то. Да и я не планирую останавливаться на достигнутом.

– Итак, Бастион, – говорю после небольшой паузы, не желая даром тратить время. – Что это вообще за место?

Косо смотрю на Ксандера, уверенно перешагивающего через сухую ветку, по виду прогнившую насквозь, и возобновляю поиски того, что сошло бы за оружие. Пока на пути не попался ни один мало-мальски подходящий предмет – ни острых камней, ни нормальных веток, которые бы не переломились после первого же удара.

– Это тюрьма, – сообщает Рид. Дождавшись мрачного кивка, он продолжает: – Как видишь, это не простая тюрьма. Здесь нет ни камер, ни охраны, а заключенные по большей части предоставлены сами себе. Сюда ссылают тех, от кого хотят избавиться навсегда. Рецидивистов, политических преступников и злостных нарушителей закона, в общем, тех, кого невозможно перевоспитать и заставить работать на благо Континента, вернее, действующего правительства, как это делают в обычных тюрьмах.

Хмурю брови, обводя взглядом окрестности, но по-прежнему не замечаю ни намека на опасность. В обычных тюрьмах заключенных заставляют работать? Что-то новенькое. Но, впрочем, это не так уж важно, я ведь сейчас в другой, и некоторая информация заслуживает повышенного внимания.

– Что в этом месте такого? И что значит – нет охраны?

Ксандер награждает меня долгим проницательным взглядом, но я легко выдерживаю его, не желая сдаваться. Мне нужно знать все.

– Только не говори, что планируешь сбежать, – говорит он, не скрывая скепсиса.

Слегка пожимаю плечами, не собираясь раскрывать ему все карты. Я получу информацию, после чего мы разойдемся. План такой.

– Так что с охраной?

Ксандер тяжело вздыхает, но все же продолжает:

– Расположение Бастиона таково, что ему не требуется охрана. Ни один здравомыслящий человек не высунется за пределы защитных стен, потому что снаружи еще опаснее, чем внутри.

– Серые твари, – высказываю предположение и дожидаюсь утвердительного кивка. Едва сдерживаю улыбку, потому как не вижу ни единой проблемы, чтобы спокойно выйти из Бастиона. Серыми меня не напугаешь. – А внутри что?

– Ты не поняла. Твари есть как внутри, так и снаружи. Но дело не только в них.

Склоняюсь, чтобы подобрать надежную на вид палку, но она не выдерживает и ломается, когда я проверяю ее на гибкость. Досадливо морщусь, отбрасываю обломки и выжидательно смотрю на замолчавшего Ксандера, который наблюдает за моими действиями.

– Так и будешь говорить загадками? Мы здесь уже полчаса. Ни заключенных, ни серых не встретили. Ты уверен, что у тебя точная информация?

Ксандер награждает меня тяжелым взглядом, после чего слегка притормаживает, чтобы отодвинуть загородившую путь низко свисающую ветку. Пропустив меня вперед, он догоняет и отвечает:

– Уверен. Но в двух словах не расскажешь, придется лезть в историю.

Наклоняюсь, чтобы подобрать еще одну палку побольше, но и она не выдерживает самого простого испытания.