Кира Страйк – Шерстяная «сказка» (страница 43)

И то верно, пора, пока у брата там разрыв сердца не случился.

- Андрэ… - я внезапно вспомнила про ещё одну маленькую недоговорённость, которую в пылу разбушевавшихся эмоций абсолютно упустила из виду, - А что вы там говорили про ваши угрызения совести? Хотелось бы узнать подробней.

- Знаете, Корин, - мой спутник замедлил шаг и почти остановился, - ещё тогда в моём доме, когда рассказал вам с Ральфом о своих злоключениях, я никак не мог придумать, что мне делать. Моё положение нынче неопределённо. В таких обстоятельствах порядочный человек не должен предлагать своей избраннице разделить свои испытания. Но волею случая я оказался избавлен от колебаний и необходимости мучить себя виной. – Андрэ снова весело, заразительно разулыбался.

- Да уж, в вашем распоряжении оказались практически беспроигрышные аргументы. – хмыкнула я, невольно расползаясь в ответной улыбке.

- И всё же, тогда я страсть, как не хотел уезжать отсюда, пока… В общем, думать о том, что в моё отсутствие кто-то другой может завоевать ваше сердце была просто невыносимой. Хоть до меня и доходили слухи, что госпожа Корин совсем не желает больше связывать себя узами брака.

- Доложили, всё-таки.

- А то как же. Признаюсь вам честно, - он доверительно склонился к моему уху и понизил интонации, - в самом крайнем случае я даже намеревался коварно использовать вашу привязанность к Мариэль, чтобы добиться согласия.

- Серьёзно? Вы бы это сделали? – теперь уже я остановилась и заглянула в лицо барона.

- Непременно. – бесстыже-невозмутимые, просто нагло хохочущие глаза Андрэ не проявляли ни малейших признаков виноватости.

Ясно, это мы так шутить изволим.

- И вообще, это – моя роль. Это меня, кажется, обвинили в том, что я, подлая женщина, искушаю вас через любовь доверчивого ребёнка.

- Да, я знаю. Эти пошлые сплетни изрядно меня разозлили. Уверяю, я не дал вас в обиду.

Я только кивнула. Спрашивать, как там конкретно барон выступал в мою защиту, было неуместно. Вряд ли он захотел бы заниматься пересказом таких неприятных подробностей, опускаясь до судачества. А то, что мой будущий муж умел не постесняться и ответить хлёстко любому, кто имел неосторожность раздражить его, это я уже знала. Ещё с памятной балконной «засады» запомнила.

При нашем появлении в доме всё в нём не просто ожило, а буквально завихрилось. Любопытные зеваки из рабочего люда порскнули врассыпную, как нашкодившие коты. И теперь, пряча довольные понимающие улыбки, с деловитым видом и утроенной энергией занимались организацией праздничного обеда по случаю счастливой помолвки.

Ральф ожидал нас там же, где мы его оставили – в гостиной.

И что вы думаете, он бросился нам навстречу с объятиями и поздравлениями, как это можно было бы ожидать от такого чувствительного человека? Ага, держи карман шире. В брате, откуда ни возьмись, вдруг, прорезался здоровый сарказм. Он как стоял в этой своей величественной позе посреди комнаты, так в ней и остался.

- Ральф, ну ты же уже обо всём догадался. И почему нас никто не поздравляет? – с удивлением отмечая эту атипичную реакцию любимого родственника, улыбнулась я.

- Ну тебя, дорогая сестра, я безусловно поздравлю. А вот насчёт господина барона даже не знаю, впору посочувствовать. – с нарочитым назидательным возмущением заявил этот новоявленный юморист.

- И чего же так? – поддерживая игру, я театрально изогнула бровь.

- Это надо же было устроить всем такую встряску! Да в эдакий-то момент! И всё ради чего? Друг мой… - это уже к Андрэ, - и стоило вам столько лет оставаться холостяком, чтобы в итоге выбрать себе в супруги столь невозможную женщину, как моя сестра?

- Только такую, как Корин, и стоило искать хоть целую вечность. Она и Мариэль – лучшее, что случилось в моей жизни. А породниться с таким достойным человеком, как вы – для меня огромная честь.

- От вас, мой благородный зять, я другого ответа и не ожидал. Признаюсь, как на духу: такого самообладания, такой выдержки мне встречать ещё не доводилось. Лично я израсходовал с десяток платков, пока дожидался окончания этой вашей… беседы. Восхищён. Боюсь представить, что принесёт вам ваше супружество, но что можно утверждать с полной уверенностью – скучно вам не будет.

Все втроём негромко счастливо рассмеялись, и Ральф обеими руками тепло сжал ладонь Андрэ:

- Корин – не просто необыкновенная женщина с прекрасным сердцем и… ужасным характером. – он снова стрельнул в меня негодованием, и тут же опять «растаял»:

- Она - моя душа. С великой надеждой на ваше семейное благополучие вверяю вам эту драгоценность. Берегите её. А вы, мадам!.. – братец укоризненно погрозил мне указательным пальцем…

Игривость вдруг слетела с его лица и оно сделалось каким-то беззащитно-светлым, а в глазах заблестела влага. Ральф коротко вздохнул, обнял меня и крепко прижал к себе:

- Корин, я так рад за тебя. Так безоглядно счастлив, что это невозможно передать словами. И теперь спокоен за твою судьбу. Более достойного мужа, чем Андрэ, нельзя даже представить.

- Супруг мой, в столовой всё готово для торжества. – в гостиную, напомнив о своём существовании, вошла Рози. – Господин барон, Корин, поздравляю вас. – она подошла ближе с вежливой улыбкой и абсолютно бесстрастными глазами.

С таким же выражением практически безучастно и просидела за столом, сколько требовалось всё тем же регламентом приличий. Не задержалась, в общем. Долго наблюдать эйфорию, красочно отпечатавшуюся на наших физиономиях, ей оказалось не под силу. Да и бог с ней. Мы практически не замечали ни её присутствия, ни отсутствия. Сейчас ничто не могло испортить нам волшебства этого дня.

Я и Андрэ сидели рядом и это было так волнующе. Не знаю, сама от себя не ожидала, что голова моя способна кружиться просто от того, что его рука лежит рядом с моей, и я чувствую её тепло. Может мы и не «краснели удушливой волной, едва соприкоснувшись рукавами», как пелось в одной старой песне, но… Я не помню, когда в последний раз рядом с мужчиной испытывала подобный трепет. Самый настоящий.

А ещё вино нам наливали в один фужер. Традиция у них тут на помолвках такая. И в этом тоже было что-то упоительно сакральное. Как будто совершалось наше первое общее таинство.

Надо же, я – невеста. Только сейчас начало приходить осознание того, что произошло, и я едва следила за нитью разговора, вслушиваясь и наслаждаясь своими новыми ощущениями.

Андрэ, не хуже меня впадая в сказочную нирвану, временами выпадал из беседы. И глаза его нежные-нежные без конца обращались в мою сторону. Пока уже Ральф, глядя на нашу ошалевшую парочку, не рассмеялся и не возмутился:

- Дорогие мои, имейте совесть. Прекратите выглядеть такими блаженными, завидно же. И вспомните о том, что нам следует обсудить массу вопросов.

Пришлось подчиниться – возвращаться в реальность. А потом мы втроём долго, неторопливо смакуя вино и удовольствие от общества друг друга, обсуждали ближайшие планы и предстоящие хлопоты.

43

А забот действительно образовалось превеликое количество. Причём, сама наша будущая свадьба – самое отдалённое из того, что предстояло совершить. И это было очень даже хорошо, что не было такой традиции и необходимости проводить её прямо завтра.

Однако, помолвку, как выяснилось, обставлять полноценным приёмом гостей всё-таки придётся. Ну то есть то, что мы сейчас просто между собой душевно посидели – не вариант, этим никак не обойдётся – вечеринку обществу подайте. Хотя, как все понимают, лично мне сие мероприятие было так же нужно, как необходимо, то есть даром не надо.

И всё же, я могла сколько угодно морщиться, но мы с Андрэ просто права морального не имели так подставить брата. Поженимся – можем сколько угодно отправлять всех лесом и игнорировать общественное недовольство. Это станет нашим личным делом. Но Ральфу с теми людьми ещё жить и общаться. Я нахожусь в его доме, на его попечении, мои капризы негативно отразятся на его репутации. А мы его реноме только-только подняли на завидную высоту. В общем, придётся потерпеть и ещё немного посоответствовать.

Слабенько утешало хотя бы то, что в этот раз не я (или не только я) буду чувствовать себя скверно. Энтузиастки-отравительницы моей жизни вряд ли придут в восторг от наших счастливых перемен, и им тоже придётся проявить чудеса выдержки, чтобы сохранить приличное лицо. Если только кто-то не найдёт достойной отговорки, чтобы не посещать эту вечеринку. Я бы тому исключительно обрадовалась.

Далее Андрэ предстояло съездить в столицу, чтобы порешать вопросы с землями.

Тут я, «вдруг», вспомнила, что у меня, например, тоже имеются ещё кое-какие обязательства. Приближался день коронации нового главы государства, а идея с пледом так и пребывала в зачаточном состоянии. Прямо выражаясь, конь не валялся.

Но это, как я уже убедилась на практике, не так сложно и долго исполнить. К тому же, не мог не вдохновлять и не добавлять оптимизма тот факт, что вообще вся моя затея с вязальным предприятием нынче значительно упрощается. Ибо главный мой гипотетический поставщик сырья теперь вон сидит рядом, нежно улыбается, а скоро и вовсе официально станет со мной – одной сатаной. Ух, и навертим дел!

Это из бочки с позитивом. Жаль, что никакой мёд, как правило, не обходится без ложки дёгтя. Был ещё один момент (кроме грядущих дурацких показательных встреч), который основательно беспокоил. Меня заботило то, что брат снова останется один на один в борьбе со своей благоверной. И как она поведёт себя дальше – можно было только догадываться. Однако, приятного в голову на эту тему ничего не приходило.