Кира Страйк – Попутчики (страница 3)

– Добрый вечер, спасибо, спасибо… – гости продолжали прибывать, заполняя зал оживлённым гулом.

  А я бы сейчас лучше посидел у камина, слушая потрескивание дров. Да хоть бы и с вон той, в красном, с ней хоть поговорить было бы о чём.

– Ладно, скоро это всё закончится. Приедут мужики – там и оторвёмся душевно. В тесном кругу, на рыбалке. М-м-м…С рыбнадзором уже всё схвачено – ушица "с дымком" и хариус на углях обеспечены. А этого пафоса им и даром не надо.

  Но воспоминания настойчиво лезли в голову: о том, как блестяще после школы поступил в КрасГУ (КГУ) на юридический факультет, и как феерично вылетел из него на третьем курсе.

– А неплохо я тогда навалял прыщавому мажорику. –  подавил я невольную усмешку .

  Хотя в тот момент смешно не было совсем. Важный папашка зарвавшегося гадёныша блажил на весь университет и требовал, чтобы подонок (это он обо мне) непременно понёс уголовное наказание. А девчонка, которую пришлось отбивать от его сыночка-мудака, сперва, вроде, даже заявление написала. А потом дала задний ход. Вот и весь хрен до копейки.

  Так что пришлось моему отцу практически спасать непутёвого сына, быстро запихнув меня в армию, пока мажорский папенька утрясал вопрос с девицей. Это ещё подфартило, что набор был в самом разгаре, а Матвей Петрович – его старинный друган и сосед по гаражу, в котором мы все вместе шаманили свою старенькую тачку (оттуда и любовь к механике всех видов), помог по старым связям определить меня в хорошую часть.

  Восемь месяцев ВДВ, а потом по приказу Брежнева наши вошли в Афганистан. И я пошёл. Отец так воспитал. Пять месяцев учебки, и мы с сослуживцами попали в  56-ую гвардейскую  ОДШБРБ, что находилась тогда в Гардезе.

  Эх, будет что вспомнить с Коляном, Клинком (вообще он Клиненков Стёпка) и пузаном-Холерой. Вот кого я жду по-настоящему. В любое время. Но встречаться получается не часто.

  И помянуть кого тоже будет…

  Кстати, Холера – это на самом деле Валера Мишустин, а прозвище он получил за умение с невероятной точностью метать холодное оружие. Краси-иво кличку заработал…

  "Ну, холера!" – как-то раз, хлопнув себя по коленям, усмехнулся ротный, восхищённо наблюдая, как Валерка безошибочно мечет всё, что способно воткнуться в дерево – включая вилки. Да… меткость попадания у него всегда была фантастическая. Так и привязалось.

  Вообще, мы все "могём кой-чо", как говорил покойный сержант Ильенко… Земля ему пухом, хороший мужик был… И боевым самбо владеем, и техникой рукопашки, метанием ножей, сапёрных лопаток и тому подобного – в том числе. Но Валерка, конечно – феномен.

– Наверняка опять надерёмся и начнём ножички метать. – я почти вслух расхохотался, вспоминая последнюю встречу, – Ну, поди, не облажаюсь перед мужиками – не зря же два раза в неделю, как закон – на тренировках.

– Дорогой Александр Владимирович, мы вас все заждались. Ну пойдёмте уже к столу. – подхватила меня под руку Софья Пална – жеманная, до оскомины любопытная тётка. И тут же, подтверждая свою репутацию самой осведомлённой особы в "обществе", насела на меня с вопросами, – А где же Серёжа? Почему мы не видим гордость отца на его юбилее?

– Сергей? Сын сейчас за границей по вопросам расширения бизнеса. Вы, дорогая, как всегда, запредельно внимательны. – пришлось идти на своё коронное место – пора было начинать официальную часть.

  А Серёжка сейчас и в самом деле был за границей. Только не по вопросам бизнеса, а в кои-то веки вырвался с семьёй отдохнуть, чему я был только рад . Поэтому, когда он с виноватым видом сообщил, что стоит перед выбором – везти семью или оставаться на юбилей – я категорически послал его на отдых.

  Всё это – условности. Подобные мероприятия мой сын "любит" ровно так же, как и я. Приедет – посидим ещё. А вообще, Софья Пална правильно сказала – Серёга – моя гордость. Мой характер, мой! И котелок варит, и руки растут не из… ну, понятно. Но главное, ему с Маришкой повезло… Мне кажется, мать он так до конца и не простил за то, что она тогда свинтила к этому своему Евгеньеву.

  Бизнес захромал, всё шло наперекосяк – так она и дунула в спокойную сытую жизнь.

  Долго отходил. Вот тогда Константиновна и проявила себя – тащила меня из запоев, заставляла встряхиваться и думать, как выкручиваться из кредитов. Теперь смеётся, мол, боялась без работы остаться, если я вконец разорюсь. Ага, с её-то головой… Мировая тётка.

  А потом всё потихоньку пошло в гору. И начались бабы – бабы – бабы. Ох, и нагулялся я в те годы – до изжоги. Чего искал? Всё у всех одинаковой конструкции. Так что зря "золотая рыбка" старается. Таким путём – на "голом" энтузиазме – меня давно не взять. Только как теперь от них с серым кардиналом отбиться? Вопрос.

4

  Вечер катился по стандартно-заезженным рельсам. Тосты – речи – выступления приглашённых артистов – снова тосты, и так по кругу.

  И вот, торжество перешло в ту стадию, когда, расслабленные алкоголем и едой, гости начали расползаться на отдельные кучки по интересам.

  Семён Семёныч тоже не терялся – на другое нечего было даже надеяться. Только я собрался пообщаться с таможенником, как старый клещ подхватил меня под локоть и потащил на веранду, якобы подышать кислородом.

– Ну понятно, сейчас начнёт мозги полоскать. – содрогаясь от перспективы предстоящего разговора с выкручиванием рук, скрипнул зубами я.

  Аргументов, которые показались бы объективными и достаточными этому хорошо пожившему крокодилу, я так и не нашёл, и потому – злился.

– Бред. Почему я должен ставить под удар свой бизнес в угоду его интересам?

  Однако, сердечно улыбавшийся мне сейчас Семён Семёнович обладал реальной возможностью обеспечить мне персональный маленький ад – Хиросиму местечкового формата. Тогда вообще хана –  дыхнуть нечем будет. И мы оба это отлично понимали.

  Угораздило же попасть к нему в должники. Не финансово, конечно. Память у старика – феноменальная. Ведь сколько лет прошло, а не забыл. Иногда я всерьёз начинаю думать, что у него реально где-нибудь в сейфе заныкана подробная, доскональная картотека бережно хранимых человеческих косяков, которые он помог исправить. Каждый грешок почти всех, присутствующих здесь, учитывается и в нужный момент вынимается, как туз из рукава, чтобы надавить и получить желаемое.

  Потому и Серый кардинал. Потому и держится до сих пор на своей должности, а уйдёт с неё только вперёд ногами, и никак иначе.

  Дождался, значит, когда я подрасту до серьёзного уровня и нашёл способ взять плату за давнюю услугу. И как теперь с ним торговаться? А против буром не попрёшь. Тихо и аккуратно разотрёт в пыль всё, что строилось годами. Чтобы другим неповадно было. Он это уже всем доказал. И не раз. А потому, что начнись – никто не поможет. Дураков нет, впрягаться против Сарковского.

– Лихие девяностые прошли, говорите? Ну конечно. Единственное, что поменялось – это методы… Как его только до сих пор никто не грохнул…

  Семён Семёныч что-то почти ласково выговаривал, шаркая рядом. Я его пока практически не слушал – к "трапезе" этот удав приступит в более приватной обстановке.

– Объясните мне кто-нибудь, какого чёрта он вообще свою дурочку на работу суёт?! У него бабок – на восемь жизней хватит. Запихнул бы куда в тёплые дали, как нормальный подпольный олигарх – на песке греться, да мартини хлебать, так нет же…

– Стаж работы нужен? Или натурально – опыт? Решил, пусть на мне шишки набивает? Да зачем? Собирается во власть дочурку двигать, а потом рулить через неё? Дак и так власти ж – до пятой точки! Или что, власти много не бывает?

  И тут из этого сумбура мыслей начала вырисовываться одна смутная догадка.

– Так. То есть ему до зарезу нужно, чтобы эта золотая курица не начала косячить с порога там, куда он в своих планах её уже определил. Поэтому, для начала Барби нужно запихать на приличную должность в солидную компанию – набираться опыта и получить своего рода щит на будущее – мол, вот – девочка не хухры-мухры.

  Галстук неприятно-назойливо давил на горло, и я, наконец, раздражённым движением ослабил его.

– Да на что он вообще рассчитывает?! Это нереально по определению. Ибо у бестолочи мозгов – с горошину. Нет, я не спорю, фееричная Псаки тоже каким-то мистическим образом выбилась в советники, официальные представители госдепа Америки и кем там она ещё была. Но мы-то не в Америке. Хотя, о чем я говорю, вон одна эта, двадцатишестилетняя генеральша, как её… Марковская – смеху было, а впору поплакать. Или чего стоят ребятишки высокопоставленных, увешанные орденами за заслуги перед отечеством.

  Голова была на грани взрыва. Предполагать можно что угодно, но заранее разгадать истинные замыслы Сарковского не умел никто.

  Семён Семёныч затащил меня в угол веранды, где было пореже народу, и приступил к препарации. …

– Как выражается моя бабуля, "чистить окна" и "украшать витрины" – нужно умеючи. Тут опыт необходим. – включился в дебаты я.

– Как окна чистить? – пискнула кандидатка на должность Константиновны, – Какие витрины? Папа! Ты же не в клининговую компанию пытаешься меня засунуть?

– Иди потанцуй, детка. – Сарковский технично сплавил дочь, чтобы не путалась под ногами и не рушила тупыми репликами атмосферу его всевластия.

– Полупроводник. – негромко раздалось откуда-то слева – за пустым столиком одиноко сидела спутница снабженца.