Кира Сорока – Сталкер (страница 59)
Пусть засунет в зад свои условия! Деньги, которые он потратил на залог, я ему верну. Позаимствую с бабушкиного счёта. Потом заработаю и вложу.
Мои руки самовольно начинают раздевать Полину, не удовлетворившись отсутствием куртки. Сапожки, штаны, кофточка...
— Максим! — огромные испуганные глаза смотрят на меня. — Мы... Я не уверена...
— Я не уйду, — перебиваю её и продолжаю со всей возможной убедительностью: — Я больше никогда не уйду. Обещаю. Поверь мне, пожалуйста!
Я готов тормознуть, если она всё же будет настойчиво отказываться. И в любом случае оставлю выбор за ней. Если ей действительно не нужен этот геморрой со мной, то я оставлю её в покое.
Но Полина приподнимается на локтях и сама целует меня. Сейчас я уверен в том, что она меня любит. Всё ещё…
Окна в машине запотевают, пряча нас от чужих глаз. И мы ненадолго уплываем в свой очень страстный, очень искренний, и очень нужный нам реал.
Глава 44
Отяжелевшие веки не хотят подниматься. Так хорошо и уютно здесь...
Господи, Полина, ты сумасшедшая! В машине... позволила ему... Ну или выпросила.
— Моя хорошая девочка... — нежничает Макс, скользя губами за ушком. — Люблю тебя, моя принцесса!..
Я парю. Ощущение наполненности рядом с Максимом похлеще, чем когда танцую.
Его рука скользит по моим волосам, вторая бережно обнимает за талию. Мы в очень неудобной позе полулежим на заднем сиденье мустанга. Но ничего менять не хочется.
— Не смог я убежать от своих чувств, — едва слышно говорит Максим. — И мне стрёмно оттого, что тяну тебя в полнейшую неизвестность. Уверен, что ты пожалеешь, что связалась со мной. Но...
— Шш... — распахнув глаза, прижимаю палец к его губам. — Я не хочу, чтобы ты решал за меня, о чём я пожалею, о чём — нет.
Прикусывает кончик моего пальца. В глазах — озорные искры.
— Если захочешь от меня сбежать, я тебя свяжу, — хищно оскаливается Макс.
Расплываюсь в улыбке. Пусть связывает. Пусть делает со мной, что хочет. Лишь бы рядом был. Моё сердце больше не выдержит расставания с ним.
Целует в уголок рта, потом покусывает нижнюю губу и с шумом втягивает её в рот. По спине снова ползут мурашки.
В машине жарко от печки. Сморенная усталостью и негой, я вновь закрываю глаза.
— Поехали, Полина, — шепчет в ушко Макс.
— Куда?
— Домой.
Непроизвольно морщусь. Не хочу домой.
— Ко мне домой, — добавляет Максим, и я шокированно смотрю на него.
— Это туда, где твоя мама?
— Да.
— Эмм... Я даже не знаю.
Сажусь, обнимая колени руками.
— Только на эту ночь, малышка, — Макс нежно сжимает моё лицо. — Завтра поедем в дом отца, поговорим с родоками. Заберём твои вещи.
— Скандал будет, — вздыхаю, смирившись с неизбежным.
— Да и чёрт с ними, — отмахивается Макс. — Нам лишь нужно поставить их в известность, что ты будешь жить со мной. Бабушка отдала нам свою квартиру. Нужно только ключ забрать.
— Нам? — совсем теряюсь я.
— Да, — улыбается Максим. — Бабушка за нас.
Обожаю Марину Захаровну! Да и отчим у меня ничего, надо признать. Но мама...
— Всё. Поехали.
Максим смачно чмокает меня в губы и перелезает на водительское. Одевается и обувается там. Я тоже влетаю в одежду. Отправив наши куртки себе за спину, Максим хлопает по сиденью рядом.
— Сядешь со мной?
— Да, сейчас.
Машина трогается с места, а я достаю из куртки телефон. На нём двенадцать пропущенных. Два от Эльвиры Эдуардовны, десять от мамы. И сообщение от неё.
«Ты упустила свой шанс попасть к Зайцевой из-за какого-то парня. Поздравляю».
От текста так и пышет недовольством и сарказмом.
— Что там? — ловит мой взгляд Макс в зеркале заднего вида.
— Ничего.
Прячу телефон обратно в карман. Понятия не имею, чем буду заниматься, исключив из своей жизни танцы. Пребывая в последнее время в инфантильной истерике, я об этом как-то не подумала.
Перебираюсь вперёд. Максим сжимает моё бедро, потом колено. Подаюсь к нему ближе и кладу голову на его плечо. Меня вновь накрывает сонной негой.
Впереди полная неизвестность, а мне как-то пофигу!
— Приехали.
Просыпаюсь от горячего поцелуя в висок. Осматриваюсь. Машина стоит напротив подъезда высотки. Дом, судя по всему, относительно новый. Двор хорошо освещён.
Максим выбирается из машины, быстро обходит её и помогает мне выйти. Меня немного ведёт в сторону. Тело явно истощено нагрузками. Сначала выступление, потом горячее сумасшествие в машине...
Макс застёгивает на мне куртку, натягивает на голову капюшон, пряча от снегопада. Сам быстро влетает в свою утеплённую кожанку, не парясь о том, что крупные хлопья снега падают на его волосы.
Он такой красивый...
Встаю на носочки, прижимаюсь губами к его подбородку. Растаявшая снежинка скользит по его щеке, оставляя мокрую дорожку. Слизываю её языком. Глаза Макса вспыхивают, и он тискает меня, нашёптывая какие-то пошленькие нежности. И мы стоим под густым снегом, не в состоянии друг от друга отлипнуть.
— Не переживай насчёт моей мамы. Она хорошая.
А я странным образом спокойна. Может, позже накроет — не знаю.
Мы в обнимку заходим в подъезд, поднимаемся на лифте. Максим открывает дверь ключом.
— Я уж думала, ты не придёшь...
В прихожей появляется немного сонная женщина в халате. Она ниже меня на полголовы. Такая миниатюрная, что её сложно представить мамой такого богатыря, как Максим.
— Ой... У нас гости? — шокированно смотрит на меня.
— Да, мам. Это Полина. Полина — это моя мама Виктория Максимовна.
— Можно просто Вика, — добавляет она и нерешительно спрашивает: — А Полина у нас — дочка...?
— Да, — кивает Макс. — Дочка Жанны.
— Мм... — поджимает губы. — Завтра ждать проблем, да?
— Никаких проблем, — уверенно отвечает он. — Но если хочешь, мы уйдём.