Кира Сорока – Сталкер (страница 42)

Владимир Андреевич решил не вызывать такси и сам сесть за руль.

Едем в ресторан — любимое место моей мамы. Не моё. Сама бы я справила своё восемнадцатилетие в пиццерии с друзьями, но не судьба.

Из гостей у меня сегодня Марк, Ева с Дамиром и Светка. Я позвала бы всю труппу, но мама запретила. Она хотела посидеть только в кругу семьи и согласилась лишь на небольшую уступку...

В ресторане «Белая лилия» администратор провожает нас в вип-зал. Здесь красиво. И довольно скучно. Играет ненавязчивая живая музыка в общем зале. Скрипка. Её, к счастью, не слишком слышно в випе. Уж больно мелодия грустная и совсем не праздничная.

Стол уже накрыт. Вино, свежевыжатые соки и изысканные блюда... Из моих друзей сюда впишется разве что Марк. Остальные предпочли бы бургеры.

Ребят пока нет, рассаживаемся вчетвером. Марина Захаровна сжимает мою руку.

— Рвани после этого с друзьями в клуб. Завтра же выходной.

Улыбаюсь.

— Было бы неплохо.

Она мне подмигивает и тут же накрывает свой бокал ладонью.

— Нет, Вова, я на таблетках.

— А что случилось? — ползут вверх его брови.

Она отмахивается.

— Просто погода. Сердце иногда шалит.

Появляются мои гости, я подрываюсь их встречать. Света крепко обнимает меня и расцеловывает в обе щеки. Всучивает какую-то коробочку с огромным бантом. Потом открою...

Дамир смущённо дарит букет роз, Ева обнимает. Они тоже что-то дарят... Не разворачивая подарки, я просто складываю всё на диванчик возле двери и нетерпеливо смотрю на дверной проём.

Заходит Марк. Не Максим.

— Я сейчас ослепну от такой красоты! — Марк восторженным взглядом окидывает меня с головы до ног. — Потрясно выглядишь, Поля!

В руке у него дизайнерская корзина цветов и конверт. Всё это также отправляется на диванчик. Друзья обнимают меня все сразу... А у меня внутри пусто. Словно чёрная дыра в центре груди.

Мы рассаживаемся. Ева садится рядом со мной и сжимает под столом мои пальцы.

— Он уже в дороге. Едет, — шепчет в ухо.

Ух... Пульс резко подскакивает, тело обдаёт волной жара.

— Давайте начнём, — мама берёт бокал.

Я её не останавливаю, и она с улыбкой декламирует какой-то стишок с поздравлениями. Раньше мама любила открытки с такими стишками. Но сейчас есть интернет. По-видимому, она готовилась и выбрала этот стих давно. Он о совершеннолетии, об ответственности и ни разу не о свободе.

А мне так хочется верить, что моя жизнь с этого дня изменится! Что я расскажу маме о том, что влюблена в Макса, и она меня не осудит.

Марк, сидящий с другой стороны, ухаживает за Светой и мной. Дамир неловко молчит, и Ева сама за ним ухаживает, подкладывая разные вкусности в тарелку.

Я всё время смотрю на прикрытую дверь, вполуха слушая поздравления. Кажется, у меня даже получается вовремя вполне искренне улыбаться.

Когда дверь распахивается, я уже готова броситься Максиму на шею.

Вот так, дожив до восемнадцати лет и бегая от чувств, понимаешь, что тебя интересует лишь один-единственный человек. Всё остальное просто фон. Серо, безлико. А он — центр вселенной. Бог. Или дьявол, который меня пленил. Не знаю...

Стараюсь не бежать к нему навстречу, а идти уверенно и красиво. Обшариваю жадным взглядом его образ. Рубашка, брюки, волосы подстрижены и уложены... Он великолепен!

Мы замираем у двери. Вносят огромный букет белых роз. Там, наверное, не меньше двухсот штук! Я столбенею... Максим протягивает мне пакетик. В него я заглядываю. Духи. Судя по бренду, очень дорогие. Но это не всё. Ещё один доставщик вносит огромного кролика, слегка напоминающего моего мистера Морфеевича. Только этот кролик с мой рост.

— Макс! — с тревогой смотрю ему в глаза. — Зачем? Это очень дорого... И ты уже подарил мне подарок.

— Я никогда не устану делать тебе подарки, — отвечает он хриплым шёпотом.

Мы стоим в полуметре друг от друга. А так хочется быть ближе... хочется дотронуться до него. Оглядываюсь на маму и отчима. По застывшему лицу Владимира Андреевича вообще невозможно что-либо понять. А мама застыла в шоке, обхватив ладонями пылающее лицо.

Официанты приносят вазы. Расставляют в них цветы. Для букета Макса требуется гораздо больше двух...

Не в состоянии больше бороться с притяжением, я обнимаю парня. Он притягивает меня к себе, впечатывая моё тело в свой торс. Замираем, дыша в унисон.

— С днём рождения, принцесса, — шепчет он в ушко.

— Это самый лучший день рождения в моей жизни, — шепчу в ответ.

И дело не в подарках, а в том, что он здесь, со мной. И я хочу, чтобы он был со мной. Я вообще хочу только его. И впервые в жизни хочу что-то больше, чем танцы.

— Кх-кх, — прокашливается мама. — Давайте к столу.

Беру Максима за руку. Ева и Дамир смещаются вправо, освобождая ему место. Теперь я сижу между Марком и Максом.

Максим пожимает руки всем мужчинам. Сдержанно здоровается с моей мамой. Подмигивает Еве, игнорирует Светку и целует ручку бабушке.

— Максик, ты мой красавец... — та стирает слезинки со щёк.

— Ба... не начинай. Не позорь меня перед Миром.

Дамир фыркает:

— Максик, значит?!

Потихоньку пространство наполняется атмосферой праздника. Моего праздника. А раз он мой, то...

Расстегнув пиджак, снимаю его и вешаю на спинку стула. Мама не видит тату, пока я сижу, но если встать...

Меня продолжают поздравлять. Самый душевный тост звучит от Марины Захаровны. А самый милый — от Евы. Марк тоже не скупится на комплименты. Он ведёт себя весьма раскованно, потому что для него это привычная атмосфера. Его семья часто ходит по ресторанам. А вот Максим немного нервничает и зажат.

Наши пальцы переплетены за столом, и мне приходится держать столовые приборы левой рукой. Иногда я напарываюсь на строгий взгляд мамы. Конечно, ей не нравится наша близость. А мне плевать!

Владимир Андреевич время от времени отлучается, чтобы ответить на звонки по работе. Замечаю, что Марина Захаровна довольно часто притрагивается ладонью к груди, и это начинает меня беспокоить. Ловлю её взгляд.

— Всё в порядке?

— Да. Не обращай на меня внимания.

Мама тепло смотрит на Марка.

— Как твоя рука?

— Терпимо, — тот благодарно улыбается ей, демонстрируя замотанную эластичным бинтом кисть. — Скоро буду в строю.

— Отлично! — восклицает мама. — Один парень на всю труппу!.. Что они будут без тебя делать?

Дамир что-то бубнит себе под нос. Вроде бы матом. Ева шлёпает его по ноге под столом. Видимо, присутствие Марка в нашей труппе — для их пары тоже больная тема.

— Ты ведь будешь участвовать в «Капелле» в конце месяца? — спрашивает мама у Марка.

— Обязательно. И с Полей мы станцуем так, что её обязательно заметят.

Вилка выскальзывает из моих пальцев. Макс, потянувшийся к бокалу с соком, замирает. А мама щебечет дальше:

— Уверена, что ты всё сделаешь, как надо. И я так тебе благодарна, что не бросаешь Полю в такой сложной ситуации!.. — кивает на его сломанную руку.

Максим прокашливается и разворачивается ко мне всем телом. Напряжённо улыбается.

— Он будет танцевать с тобой перед Зайцевой?

Мы с Марком отвечаем одновременно.