Кира Сорока – PS: Проиграй мне (страница 14)
– Не надо. Я уже взрослый мальчик. Могу уходить и приходить, когда вздумается, – отвечает он, вроде бы продолжая паясничать, но я вижу, что его брови хмурятся.
Что? В королевстве Гуреевых не всё так радужно, как пытается убедить публику широкая пресса? А как же: «У мэра два потрясающих сына – гордость, пример для подражания и бла-бла-бла…», – припоминаю я строчки статьи, на которую как-то наткнулась в интернете.
И да, я много чего знаю об их семье. Не просто же так разрисовала именно его тачку. Сначала тщательно изучила объект своей ненависти. Однако вслух я не решаюсь говорить с Русланом об этом. Он не должен знать о моём далеко не случайном интересе.
Не отрывая взгляда от дороги, мажор тянется куда-то на заднее сиденье, и в его руке появляется бутылка пепси. От вида напитка я, кажется, начинаю буквально погибать от жажды, которую до этого вроде бы и не чувствовала.
Открутив крышку, Руслан жадно припадает к горлышку. Я громко сглатываю.
– Ну хотя бы попить я заслужила? – взмаливаюсь с невольным отчаянием в голосе.
Гуреев перестаёт пить, смотрит на меня задумчиво, а потом насмешливо бросает:
– Попроси по-хорошему. Только сделай это очень, ну очень жалобно. Обожаю видеть тебя униженной, синеглазка.
Даже так?
Унижения моего желает?
Скрестив руки на груди, откидываюсь на спинку кресла и сжимаю челюсти. Всё, чего мне сейчас хочется, это увидеть его унижение! Но либо Руслан действительно смог победить меня, либо я просто устала сегодня с ним препираться. Вот наберусь сил за ночь и завтра вновь смогу вступить в схватку с этим напыщенным идиотом. А пока я просто вымотана…
– Сопротивляешься? – хмыкает Руслан, закручивая крышку с пепси. – Значит, и пить не хочешь, эмо.
Зашвыривает бутылку на заднее сиденье, а в моём горле буквально наступает засуха.
Терпи, Вика, терпи!
Не надо унижаться перед этим парнем ещё больше.
Выезжаем на ровную дорогу, а потом и на трассу. Руслан поворачивает в сторону центра, прибавляет громкость. Музыка бьёт по барабанным перепонкам, но, слава Богу, мы больше не разговариваем.
Я украдкой наблюдаю за парнем. Красивый, стильный… На нём рваные голубые джинсы от Dolce и серая футболка от Vens. Кроссовки вроде Nike. Но будь Руслан даже в обычной одежде, без брендов, он бы всё равно выглядел так – безупречно. Вот повезло же родиться такой великолепной заднице на свет божий!
– Уже влюбилась, эмо? – внезапно бросает Руслан, заметив мои гляделки.
– Нет, – бросаю коротко.
Хочется как-то уколоть его, хотя бы словесно, но сейчас я не в том положении. Наверняка прилетит ответка. И он заставит меня делать что-то похуже, чем танцевать для него.
– Хорошо, что нет, – продолжает ёрничать парень. – Ведь я не смогу разделить твоих чувств, и не хочу видеть, как ты страдаешь от безответной любви, крошка.
Я морщусь так, словно откусила лимон без сахара.
Крошка?
Нет, стоп! Эмо, синеволоска, синеглазка, синеволосый дьявол, Победа… Это всё ещё куда ни шло… Но крошка!.. Фу, какая мерзость!
– Не называй меня так, пожалуйста, – практически цежу сквозь зубы.
– Крошка, крошка, крошка… – тут же начинает сюсюкать Руслан.
Как ребёнок, честное слово! Крайне избалованное дитятко с ужасным характером. Которому, видите ли, испортили дорогую игрушку. У него денег, что ли, нет заплатить за чёртову покраску?
Скривившись ещё больше оттого, что он продолжает повторять слово «крошка», отворачиваюсь и смотрю в окно. Правда, недолго. Потому что Руслан сбрасывает скорость и, судя по всему, ищет место для парковки. И я глазам своим не верю! Мы возле того самого торгового центра, на парковке которого я разрисовала его тачку. Только теперь он предпочитает припарковаться снаружи, возле входа, и даже находит там место.
– У меня от крытой парковки не самые лучшие воспоминания. Ну ты понимаешь, – театрально жалуется мажор. – Травма на всю жизнь!
– Правда? А что случилось? – восклицаю я, картинно хватаясь за сердце.
– Одна очень плохая девочка разрисовала мою машину, представляешь? – поддерживает дурацкую игру Руслан.
И я тоже продолжаю:
– Может, это не она так плоха, а? Может, ты просто заслужил это? Заслужил то, что однажды найдётся девчонка, которая сможет насолить такому напыщенному и самоуверенному типу, как ты. Не думал об этом?
Сынок мэра раздражённо вздыхает и глушит мотор. Выбирается из тачки, обходит её и рывком открывает мою дверь.
– Ты уже перешла все и всяческие границы, разговаривая так со мной! – грозно произносит Руслан, практически силой доставая меня из машины. – И делаешь себе всё хуже и хуже. Я уже почти был готов не поступать так с твоими волосами, а теперь не могу не наказать тебя и отказать себе в удовольствии. Пошли.
Крепко прижав меня к своему боку и обняв за плечи, ведёт к входу в торговый центр.
– Подожди! Что ты сейчас сказал про мои волосы? – пятками упираюсь в асфальт в надежде притормозить хоть немного.
– Мы идём в салон красоты, я тебя записал.
– Я не буду перекрашиваться! Не буду, понял?
Сначала меня захлёстывает паника. Потом я начинаю вырываться!
– Кто сказал про покраску? – ухмыляется Руслан. – Сейчас мы просто сбреем твои синие лохмы.
Да он, должно быть, рехнулся, чёрт возьми!!
– Да шучу я, шучу! – шепчет Руслан мне прямо в ухо. – Но если будешь брыкаться, сам тебя обрею.
Есть выражение – ненавидеть всеми фибрами души. Вот это то, что я сейчас испытываю к этому парню. Жгучую ненависть! И не только в душе, а даже во всех частях тела.
У него что, друзей нет? Девушки? Или девушек, в конце концов? Он проводит со мной слишком много времени!
У Руслана всё-таки получается затолкать меня в раздвижные двери торгового центра, а потом и в лифт. Там мы оказываемся совсем одни, и он перестаёт меня удерживать, когда двери захлопываются. Отстранившись, скрещиваю руки на груди. Я чувствую себя почти голой без своей толстовки, которую не успела надеть. Она осталась лежать на заднем сиденье его машины.
– Что конкретно ты хочешь сделать? – спрашиваю весьма воинственно.
– Что угодно, лишь бы ты выглядела прилично.
Провожу рукой по немного спутанным синим прядям, пропуская их между пальцами.
– Прилично как кто? Как те девчонки, которые обычно тебе нравятся? Подожди, мажорчик… Кого ты пытаешься из меня сделать?
– Даже и не мечтай, эмо! Ты мне не понравишься в любом случае. Мне просто нужна приличная девушка рядом.
– Для чего? – всё ещё не понимаю я.
Руслан отмахивается.
– Придёт время – узнаешь.
Лифт тормозит, двери открываются, и парень хватает меня за плечи. Выводит из лифта, и мы идём прямиком к салону красоты.
Вообще-то, я бывала здесь раньше. Ещё в той, прошлой жизни. И теперь молюсь Богу, чтобы никто из прежних мастеров уже не работал здесь. Ведь меня могут запросто узнать.
Мы заходим внутрь. На ресепшене нас встречает улыбчивая девушка. Саша. Конечно, как же без неё… Кажется, она работает здесь уже лет сто, блин! Главная сплетница салона и всего торгового центра. Я быстро опускаю голову, уставившись в отполированный до блеска пол.
– Вы записаны? – начинает было Сашка, но тут же осекается и взволнованно шепчет: – Ой, Русланчик! Я тебя не узнала. Прости.
– Богатым буду! – хмыкает мажорчик. – Да, мы записаны, Сашуль.
Сашуль, блин!
Мне хочется закатить глаза, но я чудом сдерживаюсь.
Руслан сразу подталкивает меня к общему залу, явно не намереваясь болтать с девушкой.
– Ты вроде не так давно был, – растерянно говорит она, словно в упор не замечая никого рядом с ним и того, что именно меня он волочёт в зал.
– Записана она, – бросает Руслан и, видимо, указывает на меня. – Кто её примет?
– Наташа. Она уже освободилась, проходите, – лебезит Сашка, выходя из-за стойки ресепшена.