Кира Сорока – Прятки. Я иду искать (страница 15)
– Здрасьте, – я тоже не особо рад её видеть.
Ну или совсем не рад.
– Мам, я это… Мне лучше стало, вот я и решила помочь Кириллу с уроками, – сбивчиво начинает оправдываться Ася, вскочив со стула.
– Помогать – это похвально. Но не во время уроков! И не в твоей комнате! – строго отрезает Татьяна Геннадьевна.
Мне всё предельно ясно. Встаю с кресла и направляюсь к двери. Под строгим взглядом матери Ася, конечно, меня не останавливает.
– Как дела, Кирилл? – интересуется Татьяна Геннадьевна, когда я прохожу мимо неё. – Я слышала, у тебя…
Но я не даю ей закончить и грубо отрезаю:
– Нормально! У меня всё нормально!
Она с пониманием кивает, но это не мешает ей возмущённо отреагировать на мой тон и недовольно произнести:
– Твой сегодняшний прогул я, конечно, зафиксирую.
Да пожалуйста!
Обернувшись, бросаю взгляд на Асю. Она испуганно смотрит на мать, потом переводит взгляд на меня. Подмигиваю ей.
– До встречи, Белка!
Чуть позже я назначу ей встречу в другом месте. Там никто не помешает нам заниматься…
Быстрым шагом покидаю девичью общагу и иду к своей. Варясь в собственных мыслях, не замечаю того, что за мной слежка. И когда цепкие наманикюренные пальцы неожиданно хватают меня за руку и тянут куда-то прочь, просто слепо подчиняюсь.
Ника… Позволяю ей завести себя за угол здания и, прислонившись к стене, выжидающе смотрю на девушку.
Интересно, чего она хочет?..
– Где твоя рабыня? – интересуется Ника.
Подносит руку к моей груди. Ноготком скользит по плотной ткани толстовки.
Надо сказать, девушка прекрасно выглядит. Белокурые волосы идеально выглажены и словно светятся на солнце. На лице безупречный макияж. Даже её ногти безупречны. А одежда подчёркивает все прелести фигуры. Мой взгляд невольно упирается в эти самые прелести.
– Так где, Кир? Куда ты дел Белову? – настойчиво продолжает Ника.
Её ноготок тоже настойчиво исследует мою грудную клетку.
– Ты не голодна? – спрашиваю в ответ бесстрастным тоном.
– Ээ… Что? – непонимающе протягивает Ника, отдёрнув руку.
– Сейчас большая перемена, все пошли есть, а ты нет. Снова на диете?
Девушка вся краснеет от моего замечания. В седьмом классе она была весьма пухленькой. Потом села на диету, по слухам – не ела неделю. В итоге сильно похудела. Стала первой красавицей в школе. И почти все делают вид, что совсем не помнят, какой Ника была раньше.
Чтобы скрыть своё смущение, она хохочет.
– Да зачем мне диеты, Кир? – показательно скользит по своему телу ладонью, заставляя мой взгляд прилипнуть к её руке и двигаться вниз вместе с ней. – Как видишь, диеты мне не нужны… Я просто не голодна. И решила найти тебя. Странным образом вы сегодня прогуливаете вместе с Беловой.
Я скрещиваю руки на груди, лениво наваливаюсь на стену. Отдираю свои глаза от тела девушки. Последняя фраза Ники прозвучала двусмысленно.
– Не боишься, что Тимур поймёт, что ты ревнуешь меня? – замечаю я, не скрывая сарказма.
Сначала Ника изумляется моей дерзости. Потом берёт себя в руки, натянув на лицо привычную надменную маску. Делает шаг ко мне. Заключительный. Больше ей шагать некуда, носы нашей обуви соприкасаются.
– Не боишься, что Тимур узнает о твоих тайных желаниях относительно меня? – спрашивает она сладким голосочком.
Несмотря на то, что на Нике туфли на высоченном каблуке, она всё равно едва дотягивается макушкой до моей шеи. Ей приходится задрать голову, чтобы смотреть мне в лицо.
– Моих желаниях? – изображаю удивление. – Прости, но речь идёт о твоих желаниях. Как раз ты должна бояться, что Тимур о них узнает.
Взгляд Ники становится просто убийственным. Она долго смотрит мне в глаза. Её грудь поднимается и опускается в такт неровного дыхания. Спустя пару минут она произносит:
– Что у тебя на уме, Кирилл?
– Не понимаю, о чём ты.
– А по-моему, очень даже понимаешь, – Ника продолжает сканировать меня своими огромными зелёными глазищами. – Тимур не рассказывает мне о том, что случилось в Америке. Я, видите ли, должна была просто принять тот факт, что теперь ты типа наш друг. Но я же вижу, что ты нам не друг.
– С чего ты сделала такие выводы? – усмехаюсь. – Какие требования, предъявляемые к другу, я не выполнил?
– Белова! – тут же выплёвывает Ника. – Я хочу знать, какие унижения ты для неё приготовил на сегодня.
– Тебя это не касается, – тут же отрезаю, стерев с губ улыбку. – Тимур подарил её мне. Она моя. Не ваша!
– Серьёзно? Твоя? – хмыкает Ника. Потом сюсюкает: – Ох, как это трогательно!.. Делая вид, что издеваешься над ней, ты защищаешь её! Знаешь, почему Тимур отдал её тебе лишь на сутки, а не на месяц, как, например, сделали с Рязановой?
– И почему?
– Потому что он проверяет тебя. Хочет понять: ты с нами… или с ними.
Она вновь протягивает руку, и её ноготок на этот раз ползёт по моему горлу.
– И знаешь, что я вижу, Кир? Ты с ними. Очень даже с ними. И совсем не собираешься использовать Белову по назначению.
Поцокав языком, подытоживает:
– Тимуру это не понравится.
Я дёргаюсь в попытке стряхнуть с шеи её острый ноготь, но Ника хватает меня за подбородок и крепко сжимает, впиваясь ногтями в кожу.
– Слушай сюда… – шипит она.
Но со мной так разговаривает не стоит…
Содрав её пальцы со своего лица, с силой сжимаю запястье. Ловлю за второе. И, развернувшись, всем телом прижимаю Нику к стене.
– Это ты послушай меня! – рычу напротив её губ. – Не лезь ко мне! Иначе Тимур узнает о твоих тайных желаниях, которые, к несчастью, относятся совсем не к нему.
Девушка бесстрашно хохочет.
– Хочешь поцеловать меня, да? – с вызовом бросает она. – Давай, я совсем не против. Это будет нашей маленькой тайной.
Скривившись от этой наглой самоуверенности, отпускаю её руки и отступаю. Вчера я флиртовал с ней, преследуя собственные цели, но совсем не ожидал, что она так быстро поведётся.
Идиотка.
– Может, позже, – глухо выдыхаю я и делаю ещё один шаг назад. – Может быть, настанет тот день, когда я, и правда, тебя поцелую. Но не сегодня… Сегодня я не в настроении.
Глаза Ники вспыхивают в предвкушении.
Отвернувшись от неё, быстро ухожу. Но успеваю услышать, как Ника самодовольно восклицает:
– Ты врёшь самому себе, Кир! Ты уже хочешь меня поцеловать. Прямо сейчас!
Дважды идиотка…
***
Прежде чем захожу в общагу, невольно бросаю взгляд на окна комнаты Аси. Её мать, должно быть, ещё там. В голове тут же всплывают воспоминания…