Кира Сорока – Пепел после тебя (страница 7)

Лишь то, что он любит органом ниже пояса...

Маша обиженно поджимает губы. По её лицу легко понять, что она мне не особо-то верит.

— Не хочешь говорить — и не надо.

Резко развернувшись, почти хлещет хвостом своих волос меня по лицу, но я успеваю вовремя отпрянуть. Она заходит в класс, я иду следом. Натыкаюсь глазами на Таню, и мы опять обмениваемся взглядами.

Вот с ней я бы пообщалась. Таня кажется спокойной и уравновешенной. И я уверена, что ей плевать на Коршунова.

Хотя кто мне может помешать с ней разговаривать? Долбаные правила этого класса? Да мне плевать на их правила!

Подхожу к её парте и останавливаюсь. Таня не сводит с меня взгляда.

— Привет, — говорю я. — Хочешь сегодня вместе пойти в столовую?

Она отводит глаза. В кабинет как раз вплывают Купидонов с Миланой, держась за руки. Заметив, что я говорю с изгоем класса, они ошарашенно застывают на месте. Самой доброжелательной улыбкой в мире одариваю сладкую парочку и вновь обращаюсь к Тане.

— Ну так что? Сходим вместе перекусить?

— Да, можно, — произносит она наконец.

Хорошо, что Таня согласилась, и я не успела почувствовать себя глупо. А на то, что все одноклассники удивлённо затихли и наблюдают за нами, мне вообще наплевать.

— Тогда договорились.

Улыбнувшись Тане, иду к своей парте под шепотки ребят. Теперь я тоже стану изгоем?

Это всё настолько глупо, мелочно... Эти детки и понятия не имеют, что такое настоящие проблемы. Какого это — знать, что предаёшь одного человека из-за другого. Какого это — влюбиться по уши, взлететь от этой любви до небес, почувствовав себя самой счастливой, а потом рухнуть вниз и разбиться. Ничего они не знают.

Начинается урок английского. Потом физика, химия... Некоторые одноклассники продолжают общаться со мной. Видимо, Милана ещё не дала им указаний на мой счёт. В основном разговаривают со мной хоккеисты. А Таня по-прежнему держится особняком.

В столовке я решаю это изменить и решительно веду её от буфета к центральному столику. К нам никто не подсаживается, многие даже бросают в нашу сторону откровенно брезгливые взгляды.

— Расскажешь мне, что с тобой случилось? — начинаю без всяких предисловий.

Таня делает глоток своего какао, задумчиво чешет кончик носа.

— Максим попросил с ним позаниматься, — говорит она ровным голосом. — Английским. Я согласилась. А потом они с Миланой выставили всё так, будто я к нему клеилась.

— А на самом деле клеился он, так?

Таня кивает, отводя взгляд. Но мне кажется, что всё было намного хуже, чем она рассказала.

Пью компот и поверх стакана оглядываю столовую. Все одноклассники таращатся на нас. У Миланы весьма угрожающий взгляд. К чёрту её!

— Ладно, не парься, — говорю я Тане. — Эти неудачники, — киваю на парочку Купидонов плюс Савельева, — не представляют никакой угрозы. Пройдёт немного времени, и класс перестанет вестись на их провокации.

— Да мне всё равно, если честно, — отмахивается девушка. — Доучиться бы спокойно.

Вот и я такого же мнения.

— Расскажи о себе.

И Таня рассказывает мне свою историю. Она жила в Англии, училась в русской школе. Её родители развелись. Она выбрала маму и переехала с ней сюда. Отца ей очень не хватает. И друзей тоже.

Звонит мой телефон. Это Роберт.

— Минутку, — говорю я Тане и принимаю вызов. — Да?

— Я подъехал. Можешь выйти?

Смотрю на часы над дверью столовой. До конца большой перемены осталось пять минут.

— Могу, но у меня есть не больше двух минут.

— Окей, жду. Увидишь возле ворот чёрный внедорожник.

— Хорошо.

Скинув вызов, смотрю на Таню.

— Мне нужно на пару минут отлучиться.

— Я на урок пойду. Иди, я отнесу твой стакан.

— Спасибо.

Схватив рюкзак, вылетаю из столовой. Охранник у входных дверей не задаёт никаких вопросов, когда я надеваю куртку и выбегаю на улицу. Он вообще выглядит так, словно ему плевать на то, что происходит вокруг.

Заметив чёрный внедорожник около школьных ворот, стремительно иду к нему. Забираюсь в салон, и Роберт сразу переходит к делу. Он протягивает мне какие-то документы.

— Вот! Прочти и подпиши.

— Что это?

— Твой контракт на год. Годовой гонорар прописан вот тут, — тычет пальцем в цифры. — Завтра съёмка для магазина спортивной одежды.

Я просто в шоке... И от самой новости, и от суммы гонорара. Он очень приличный...

— А для чего нужен контракт? Ведь в прошлый раз я ничего не подписывала.

— Скажем так: в течение этого срока ты не сможешь отказаться от съёмок. Но не волнуйся, формат съёмок тут тоже прописан. Ничего неприличного тебе предлагать не будут.

Это радует, конечно...

— Могу я изучить контракт дома?

Роберт хмурится. Потом нехотя сдаётся.

— Ладно. Отдашь завтра. Пришлю тебе адрес, куда подъехать.

— Спасибо.

Скрутив документ трубочкой, убираю в рюкзак.

— Я могу идти?

— Да. До завтра.

Продираясь сквозь метель, бегу обратно к школьному крыльцу. Даже на урок успеваю до звонка. Вот только когда захожу в класс, понимаю, что Тани нет. И ухмыляющиеся лица одноклассников мне совсем не нравятся. Подхожу к Маше.

— Где Таня?

Девушка фыркает и демонстративно поворачивается к Милане:

— Кто-то что-то сказал? Или мне показалось?

Класс взрывается хохотом.

Очень, блин, смешно... Какие же идиоты!

Вопросительно смотрю на одного из хоккеистов, Руслана Халидова. Он пожимает плечами, но хотя бы взгляд не отводит. Прохожу к своей парте и падаю на стул, кипя от злости. А Тани всё нет. И когда приходит учитель, она тоже не появляется.

У меня очень плохое предчувствие... Тяну руку.

— Можно выйти?

— Перемены не хватило? — недовольно поднимает брови учитель.