Кира Сорока – # И всё пошло прахом (страница 55)
Блондинка вопросительно смотрит на меня. Отрицательно качаю головой.
— Не слушай его. Он просто скромный очень. Для него танцуй, сказал же.
Парни уже умирают со смеху и громко гогочут.
— Я могу быть женихом, если никто не хочет, — вклинивается Никитос.
— Нет уж! — вдруг отрезает Сашка. — Сказали же, что я жених. Давай, танцуй для меня, — расслабленно разваливается на диване.
Да, это будет не приват, ведь мы все здесь. Но Саньку сейчас очень горячо будет.
Девочка спускается к нему. Танцует на его коленях, разрешает себя гладить. Санёк не теряется и тискает её прелести обеими руками. Она трётся об его скулу носом, что-то мурлычет в ухо. И, судя по всему, это что-то не очень приличное, потому что Шурик даже краснеть начинает.
Приват, к несчастью, очень быстро заканчивается. Девчонка одаривает Сашку невинным поцелуем в щёчку, сгребает со стола наличку Никитоса и сбегает.
— Эй! Эй! — запоздало взмахивает тот руками. Возмущённо смотрит на Санька: — Ты мне десятку теперь должен.
— Ни хрена. У меня нет таких денег.
— Куда ты их деваешь? — влезает Ярик. — Нам же спонсорские недавно упали.
— На сестру, на лечение матери, на оплату коммуналки... — перечисляет Сашка. — Много, на что.
— Всё, хорош! — скрещиваю кисти. — Закрыли тему. Никитос, бабки с меня. Всё, давайте пить.
Снова наполняю стопки. Мы уже раздавили две бутылки и всё подъели.
Выпиваем.
Заказываю ещё какую-то закуску, пьяно глядя то в меню, то на официантку.
— А можно нам ещё один приват? — спрашивает у неё Игнат.
— Да. Какую девочку к вам отправить?
— Вон ту, — Игнат явно заприметил кого-то конкретного и сразу достаёт карту. — Нам бы её на полчасика. Пусть компанию составит.
Бью по его руке, чтобы убрал карту.
— Я сам, ок? Мой же мальчишник.
Расплачиваюсь.
Нам приносят закусон. После чего является эффектная брюнетка. В одной руке у неё бутылка текилы, в другой — тарелка с ломтиками лимона и солонкой.
Следующие полчаса девица развлекает нас, демонстрируя разные способы распивания текилы. Парни слизывают соль с её кожи из самых разных мест. И она тоже их облизывает. Всем весело. Только не мне.
Я вижу, что чёрные волосы у девчонки не настоящие. Это парик. Из-под которого на лоб случайно выбилась рыжая прядка.
Загоняюсь...
Я больше не хочу рыжих. Я ими сыт по горло. Но всё ещё хочу одну конкретную рыжую девчонку.
Повелительницу огня.
Разводилу и мошенницу.
Заразу эту…
— Пойду покурю, — бросаю парням и вылетаю из випа.
Санёк нагоняет меня на улице, дёргает за плечо.
— Чё ты несёшь? Ты же не куришь!
— Может, я начал, — пожимаю плечами.
Ложусь спиной на прохладную стену здания, задираю голову вверх, смотрю в небо. Санёк встаёт точно так же рядом со мной.
— Сигареты хоть есть?
— Неа…
— Ну зашибись, — прыскает он и тут же затыкается.
Молчим какое-то время.
— Можешь мне рассказать, Рамиль, — первым нарушает он тишину. — Все же видят, что тебя немного штормит последнее время. Это из-за свадьбы?
— Да… И не только. Я…
Не знаю, как подобрать слова. Долблюсь затылком об стену. И, не глядя на Санька, выдыхаю:
— Я забыть её не могу. Не получается.
Друг не спрашивает, о ком идёт речь. А я, сам того не ожидая, вываливаю на него всю историю с Таей. И боже... Она оказывается такой короткой!
Такой мелкий эпизод в моей жизни — и столько боли. Столько дерьма. Столько всего, что я по-прежнему тащу в себе.
— Это сейчас речь о той Тае, которой я писал по твоей просьбе? — уточняет Санёк.
Вяло киваю. Да, я его однажды просил. Когда Тая пропала. А потом пообщался с Антоном и всё понял.
— И знаешь, о чём я думаю, Сань? Я всё время думаю: а что, если она не обманула? Вдруг правду про беременность написала? Прикинь, какой я мудак! Ведь вся их афёра была разыграна как по нотам, а я всё ещё муссирую в голове мысль об её непричастности.
— Если она тебя не обманула, значит, где-то растёт твой ребёнок, — изрекает Сашка.
Впиваюсь в него охреневшим взглядом.
— Чё ты несёшь? Нет у меня никаких детей! — возмущённо отбриваю я.
— Ну нет так нет. Вернёмся в клуб?
— Да.
Но оба стоим, не шелохнувшись.
— Рамиль, когда есть незавершённые дела, их надо завершать. И только потом двигаться дальше.
— Да мы как бы завершили, — отвечаю я, но почему-то это звучит неуверенно.
— Если ты её забыть не можешь, значит, не завершили. Мой тебе совет — позвони ей. К чёрту переписки. Просто позвони.
— Я у неё в блоке, скорее всего...
— Но я-то нет, — усмехается Санёк.
Припечатывает мне к груди свой телефон и уходит. Выкрикивает уже от двери:
— Как наговоришься — вернёшь!
Достаю свой телефон, вбиваю номер Таи в айфон Санька. Время — час ночи. Но мне почему-то на это похер.
Звоню.
Долго слушаю гудки. Не уверен, что сердце моё всё ещё бьётся.
Гудки обрываются, и я слышу тихое и взволнованное: