Кира Сорока – Безбашенный (страница 59)
— Через три месяца сможешь продать. Поднимешь в три раза больше.
— Почему ты так уверен?
— Потому что я тоже в него вложил, а с моим фартом мы близкие друзья.
— Понятно, — хмыкаю я.
Вообще-то нет.
— Царь, ну объясни, как это работает!
— Надо изучать. Долго и муторно. Будут ли инвестиции в компанию... Кто продал свои акции... Мы тут до утра залипнем, если я тебе начну объяснять подробности.
— Значит, давай залипнем.
Царь задумчиво постукивает пальцами по столу.
— Ладно, но с тебя приват. Хочу ту кошечку минут на десять сюда, в эту кабинку.
— Эйй! У меня с деньгами траблы! Забыл?
— Она за деньги не согласится. Включи смекалку, Аверьянов, — лыбится Богдан. — Сможешь?
— Легко! — бросаю я. — Забыл, что ли? Я же совершенно безбашенный тип.
Иду к сцене. Язык у меня без костей, и в экстренной ситуации я соображаю на лету. Если она никак не связана с Лизой.
С Лизой я безголосый дебил.
Девочка-кошка как раз покидает сцену. Прорываюсь за кулисы. Уговариваю охрану, заявив, что надо перетереть с девчонкой очень перспективное предложение по съёмкам в рекламе. Та, услышав меня, подходит сама. Начинаю заливать ей, что Царь — блогер с миллионной аудиторией, и что он ищет новых моделей.
Короче, через десять минут эта кошка уже извивается на его коленях. Вот так.
Глава 33
— Царь, помоги мне тут немного.
— Аверьянов, блин! Восемь утра... — сонно хрипит Богдан в трубку.
— Да, я в курсе. Мне очень надо.
Царёв вздыхает.
— Ладно... Что там у тебя?
Читаю с экрана ноутбука:
— Акции Нефтебура упали. Очень заманчивая цена. Брать?
— А почему упали?
— Понятия не имею.
— Дан, блин... Сначала выясни, потом мне набирай. Не надо дёргать по каждой привлекательной цене, ок?
— Окей, узнаю. Тогда другой вопрос.
— Валяй.
— Крипта поползла вверх. Может, снять?
— Подожди... Сильно поднялась?
— На двадцать процентов.
— Ничего пока не делай, я изучу.
Отключается.
Чёрт... Ладно, подожду...
Сворачиваю все вкладки браузера, кроме банковской. Морщась, смотрю на свой новый счёт. Этого мало. Нужно больше.
— Даня!
Мама заходит без стука.
Задолбала!
Быстро опускаю крышку ноутбука и, крутанувшись в кресле, поворачиваюсь к ней лицом.
— Мам, а если я голый?
— Ну не голый же, — отмахивается она.
Хочет, как всегда, шагнуть к шторам, чтобы раздвинуть их и впустить в мою темницу дневной свет, но... шторы уже открыты.
— Хм... — зависает посреди комнаты. — Ты уроки делаешь?
— К последнему экзамену готовлюсь, — демонстрирую ей конспекты.
— А ты изменился, Даня, — внимательно разглядывает меня. — По ночам дома, встаёшь рано. Школу посещаешь. Я даже волнуюсь.
«Волнуйся», — хочется ответить мне, но я сдерживаюсь.
— На знания потянуло, — пожимаю плечами. И добавляю с толикой яда в голосе: — Как можно жениться безграмотным?
— Завтракать будешь?
Сарказм мой пропущен мимо ушей.
— Позже. Ты иди, я позанимаюсь.
— Я хотела сказать, что нас с отцом не будет на вручении аттестата. В Москву уедем.
— Надолго?
— Сложно пока сказать... Я решилась на пластику.
Аа... С тем именитым хирургом, походу, всё на мази. Ну и пусть валят!
— А потом и тебя свозим в клинику. Нужно решить вопрос с обрезанием, — продолжает будничным тоном.
Всё внутри меня вздрагивает, лицо немеет, а кулаки невольно сжимаются.
Уже не первый раз мы говорим об этом. Так и хочется выплюнуть, глядя ей в лицо, что еврей я лишь наполовину. И пускай катится со своими престарелыми заскоками куда подальше. Но я просто разворачиваюсь в кресле и небрежно роняю:
— Хорошо.
Мать уходит. Слышу, как спускается по лестнице. Жду, пока шаги затихнут, и снова открываю ноут.
Наконец Царь перезванивает.
— Выводи бабки и вкладывай в валюту.