Кира Сорока – Безбашенный (страница 55)
— Ты чего тут расселся? — вновь голосит та старуха.
Открываю глаза. Подойти близко она не решается. Стоит внизу лестницы.
— Нет твоей Лизы. Уехала она. Опоздал. Кто-то больше заплатил за её услуги, — ехидно усмехается.
Медленно поднимаюсь.
— За клевету можно и сесть!
Рявкнув на бабку, начинаю спускаться. Угрожающе щёлкаю позвонками на шее.
— Какая ещё клевета? Куда сесть? — она начинает пятиться. — Мужик за ней приехал с час назад. Лиза к нему села и укатила. Давно её окучивает. Ты не знал, что ли?
— Чё ты, бл*ть, несёшь?!
Дёргаюсь к ней. Сам не знаю, что хочу сделать. Шура с визгом залетает в свою дверь и закрывается. Луплю по трухлявой деревяшке ладонью.
— Лиза не проститутка, идиотка ты старая!
— Блаженный! Отморозок! Полицию вызову! — верещит бабка.
К чёрту её!
Вылетаю из подъезда, прыгаю в тачку и убираюсь отсюда.
Следующую пару часов бездумно катаюсь по городу. Сейчас мне безумно не хватает друзей. Тянет позвонить кому-нибудь, рассказать о том, отчего так больно сжимается в груди.
Максу и Миру звонить не буду. Они хоть и выслушают, но будут стебать. Пускай по-доброму, но будут. Не хочу насмешек, которые, впрочем, были бы заслуженными. Ведь я тоже их стебал.
Свернув к парковке кинотеатра, паркуюсь и глушу мотор. Опрокидываю сиденье, разваливаюсь на нём. Пролистываю справочник в телефоне. Номеров тьма и ни одного нужного. Палец автоматом тормозит экран на контакте Гроза. Я даже облегчение испытываю. Вот ему я могу позвонить. Друган, братишка... Он точно стебать не будет.
Егор отвечает после трёх длинных гудков.
— Да?
— Здорово, бро, — мой голос против воли звучит уныло.
— Привет. У тебя что-то срочное? — Егор кажется запыхавшимся.
— Да не особо, — сдуваюсь я. — Ладно... Алине привет.
— Стой. Я не с Алиной сейчас. Повиси секунду...
— Вишу.
Слышится его приглушённый голос.
— Расул Таирович, я всё на сегодня. Отпустите?.. Окей, до субботы.
И тут же чётче:
— Всё, я тут, Дан. Рассказывай, что случилось.
— Почему сразу случилось? — усмехаюсь.
— Я тренировку нормально не закончил, бро. Так что давай без прелюдий. Я же слышу, что тебя там бомбит. Рамсы с кем-то? Тачку разбил? С Миром опять в контрах? С Максом?
И ни одного варианта, связанного с этой невыносимой болью в груди. Друзья считают меня бессердечным, похоже. Я это заслужил...
— У меня проблемы, ты прав, — признаюсь я и болезненно выдыхаю: — Проблемы с девушкой.
На несколько секунд повисает гробовая тишина, а потом Гроз прокашливается. И ещё раз. Походу, поперхнулся моими, бл*ть, признаниями.
— Ну давай... Начинай ржать! — раздражённо подгоняю его.
Слышу, как он фыркает. Потом смеётся куда-то в сторону. А потом произносит совершенно серьёзным тоном:
— Я обведу этот день в календаре и буду отмечать. Почти как Новый год!
— Ой, да пошёл ты!
Меня и самого вдруг пробивает на неконтролируемый ржач. До слёз в глазах.
— Фух, блин... — пытаюсь продышаться. — А я-то уж решил, что ты меня стебать не будешь.
— Даже не начинал, — угорает Гроз. — Ладно, всё. Переходи к сути. Не терпится послушать. Кто же нашего Аверьянова на лопатки-то положил?
Сделав глубокий вдох, начинаю говорить. И вываливаю на друга всё. Абсолютно всё.
Как встретил Лизу. Как устроил её в клуб. Как решил за ней приударить. О том, что она не похожа ни на кого из моих бывших. Что детдомовская. Что поплыл я от неё буквально сразу. Что возил её на его дачу. И там мы переспали. А потом она услышала мой разговор с матерью о Дине.
— Какой ещё Дине? — удивлённо спрашивает Гроз.
Ещё один глубокий вдох — и я рассказываю другу о ней. О долбаной свадьбе, о давлении родителей, которые бабок меня могут лишить.
Умалчиваю лишь о новоявленном брате. Не хочу о нём говорить.
— Ну вот кто я без бабок, бро? — со стоном долблюсь затылком о подголовник.
— Ты — Аверьянов Даньчик. Безбашенный весёлый тип. Верный друг. Нормальный парень, — твёрдо произносит Грозный. — А бабки ты и без родителей намутишь. Оставь пока свою Лизу в покое. А сам поднимай бабло, решай вопрос с Диной. С родителями договаривайся. Вернёшь Лизу, когда утрясёшь всё это. Сунешься раньше — пойдёшь более сложным путём. Гарантирую.
— Почему?
— Потому что проверено, Дан. Я с собственными демонами не смог договориться и сунулся к Алине слишком рано. Мы шли по очень длинному пути. Я даю тебе карту с быстрым маршрутом. Пользуйся.
— Хм... Что ж, спасибо... А как быть с этой убийственной тоской? Есть лекарство?
— Нет. Зубы сжал. Терпишь. Если пройдёт — выкидываешь карту, сворачиваешь с пути. Не пройдёт — значит, едешь в правильном направлении.
— Понятно, — впадаю окончательно в уныние.
Я не смогу быстро вернуть Лизу. Осознание этого вскрывает меня до мяса.
— Тебе бабки нужны? — спрашивает Егор.
— Нет. Я разберусь. Лучше сам возвращайся.
— Не могу, бро. Нам с Алиной там не место. Мы скоро в Краснодар переезжаем.
— Блин... Ещё дальше.
— Не потеряемся, не парься.
— Обещаешь?
— Клянусь!
Мы прощаемся. Бросаю телефон на заднее сиденье. Долго пялюсь в потолок... Наконец возвращаю спинку сиденья обратно и звоню Царёву.
— Мы тебя уже с собаками ищем! — смеётся друг.
Я игнорировал приятелей два дня.
— Я в порядке. Жив-здоров. Можем встретиться? Сейчас.
— Что-то срочное?
— Очень. Ты должен помочь мне поднять бабки. Мне надо много.