Кира Си – Пранк , вышедший из-под контроля (страница 3)
— Отлично. Можете идти.
Алиса поднялась.
У двери она не выдержала и обернулась.
— Максим Андреевич?
— Да?
— А кактус у вас настоящий?
Он впервые за всё утро выглядел слегка сбитым с толку.
— Что?
— Просто интересно. Он тоже работает по KPI?
И, не дожидаясь ответа, Алиса вышла.
В коридоре она остановилась, закрыла глаза и мысленно досчитала до десяти.
Потом до двадцати.
Потом до сорока пяти, потому что десяти явно не хватало.
К обеду она успела исправить презентацию, отправить её Максиму Андреевичу, получить в ответ сухое «Принято» и почувствовать себя человеком, который пробежал марафон босиком по кнопкам от клавиатуры.
В кухне пахло растворимым кофе и чужой гречкой. Алиса сидела за маленьким столом, уткнувшись лбом в ладони. Рядом Лера размешивала чай и смотрела на неё с опаской.
— Ты сегодня какая-то страшно спокойная.
— Это не спокойствие, — сказала Алиса, не поднимая головы. — Это последняя стадия офисного бешенства.
— Понятно. Печенье будешь?
— Буду. Всё буду. Печенье, отпуск, новую личность.
Лера положила перед ней две печеньки.
— Что он опять сделал?
Алиса подняла голову.
— Дал мне ещё одну задачу. Потому что я посмела намекнуть, что он относится к людям как к таблицам.
— Ох.
— И знаешь, что самое ужасное? Он даже не кричит. Он просто смотрит. Спокойно. Как будто ты сама виновата, что родилась недостаточно продуктивной.
Лера рассмеялась.
— Ну, он правда сложный.
— Сложный? Лера, сложный — это когда пароль от госуслуг забыл. А Ветров — это катастрофа в дорогом костюме.
— Зато красивый.
Алиса поперхнулась чаем.
— Что?
— Ну а что? Объективно красивый мужчина.
— Объективно гроза отдела.
— Одно другому не мешает.
— Мешает. Если человек портит тебе жизнь, его внешность автоматически аннулируется.
Лера пожала плечами.
— Не знаю. Некоторые у нас вздыхают, когда он проходит.
— Это у них кислородное голодание от страха.
Лера снова рассмеялась, а Алиса откусила печенье так, будто оно было виновато во всех её бедах.
В кухню заглянул Паша из аналитики.
— Алиса, ты слышала? Ветров перенёс пятничный отчёт на четверг.
— Зачем? — устало спросила она.
— Сказал, что пятница должна быть для финальной проверки.
Алиса медленно положила печенье на стол.
— То есть теперь у нас не пятница день отчёта, а четверг день отчёта, а пятница день страданий?
— Типа того.
Паша исчез так же быстро, как появился.
Алиса посмотрела на Леру.
— Всё.
— Что всё?
— Я больше не могу.
— Ты говоришь это каждый вторник.
— Сегодня понедельник. Значит, всё серьёзнее.
Она встала, взяла кружку и подошла к окну. За стеклом шумел город. Люди куда-то шли, машины стояли в пробках, солнце пыталось пробиться сквозь серые облака. Где-то там существовала нормальная жизнь. Жизнь, в которой люди не спорили о полутора процентах погрешности и не получали дополнительные задачи за честность.
А здесь был офис.
И Максим Андреевич Ветров.
Алиса смотрела на своё отражение в стекле: уставшие глаза, собранные в хвост волосы, строгая блузка, выражение лица женщины, которую довели до предела.
— С этим человеком нужно что-то делать, — тихо сказала она.
Лера подошла ближе.
— Например?
Алиса повернулась.
В её глазах мелькнул опасный огонёк.
— Не знаю пока.
— Алиса
— Что?