Кира Си – Пранк , вышедший из-под контроля (страница 19)
В следующую секунду она бы точно села прямо на рассыпанные документы, если бы Максим не успел подхватить её за локоть.
Его рука оказалась тёплой.
Крепкой.
Уверенной.
И это было ужасно.
Потому что вместо того, чтобы возмутиться, Алиса на мгновение застыла.
Всего на мгновение.
Но она почувствовала это слишком ясно: его пальцы на её руке, его близость, запах дорогого парфюма и свежего кофе, который, к сожалению, теперь был повсюду.
— Осторожнее, — сказал Максим тише.
Алиса резко выпрямилась, чуть не врезавшись в него плечом.
— Я сама.
— Вижу.
— Что это должно означать?
— Что вы очень уверенно падаете.
Она прищурилась.
— Вы сейчас шутите?
— Пытаюсь разрядить обстановку.
— У вас получается подозрительно хорошо.
На его губах мелькнула почти улыбка.
Почти.
И это почему-то разозлило Алису сильнее, чем если бы он отчитал её за испорченные документы.
Потому что он не злился.
Не раздражался.
Не говорил: «Как вы могли?»
Не смотрел на неё как на ходячую катастрофу, хотя она именно ею и была.
Он просто убирал кофе и держал её за локоть так, будто для него совершенно нормально спасать подчинённых от столкновения с офисным полом.
— Я сейчас принесу салфетки, — сказала Алиса, выдернув руку.
— Не нужно. Я сам.
— Нет, я виновата.
— Бывает.
— Не бывает! — выпалила она.
Максим поднял бровь.
— Не бывает?
— То есть бывает, но не со мной. Обычно. Почти. Иногда.
— Понимаю.
— Не надо так говорить.
— Как?
— Будто вам смешно.
— Мне не смешно.
— Вам очень смешно глазами.
Он помолчал.
— Тогда прошу прощения за глаза.
Алиса открыла рот, но не нашлась с ответом.
Это было нечестно.
Он должен был быть холодным, раздражённым, невыносимым. В идеале — саркастичным, чтобы она могла разозлиться и вернуть себе привычную почву под ногами. Но вместо этого он был спокойным, заботливым и даже почти добрым.
Что совершенно не вписывалось в её план.
План предполагал, что он смутится.
План предполагал, что она будет контролировать ситуацию.
План определённо не предполагал, что она будет стоять посреди его кабинета с красными щеками, мокрыми бумагами и ощущением, что каблуки предали её родину.
В дверь постучали.
Не дожидаясь ответа, заглянула Лера.
— Максим Андреевич, клиент звонил, они — она осеклась.
Её взгляд медленно прошёлся по столу, мокрым салфеткам, разбросанным листам, Алисе на каблуках и Максиму Андреевичу, который держал в руках испорченные материалы.
— Я не вовремя, — сказала Лера.
— Очень вовремя, — быстро ответила Алиса. — У нас просто кофе.
— Я вижу. У вас его много.
Максим Андреевич, к удивлению Алисы, сказал совершенно спокойно:
— Лера, пожалуйста, попросите на ресепшене сухие салфетки и распечатайте ещё один комплект материалов по «Северу».
— Конечно, — Лера кивнула, но перед уходом бросила на Алису взгляд, полный такого количества «я же говорила», что его можно было распечатать и подшить к делу.
Дверь закрылась.
Алиса тихо застонала.
— Теперь она будет меня этим шантажировать до пенсии.
— За кофе?
— За всё.
Максим аккуратно сложил испорченные листы.