Кира Шарм – Похищенная (страница 20)
Я так и повисаю на занавеске. Держась на нее скрюченными пальцами.
Пол уходит из-под ног. Голова кружится от счастья!
Да. Я, наверное, плохой человек. Очень плохой. Но сейчас…
Боже! Я танцевать готова от счастья!
Наконец-то этого урода кто-то уничтожил! Кто-то оказался сильнее! Да!
Пусть меня осудят. Пусть весь мир плюнет мне в лицо.
Но я хохочу, начиная кружиться по своей комнате!
Глава 16
— Собирайся, — мрачно чеканит отец, глядя на меня сквозь зеркало. — На этом балу ты должна блистать.
Черт.
Прошло совсем немало времени после новогодней ночи.
Я надеялась, он будет в трауре. Все-таки партнер и лучший друг погиб.
Но нет. Отец ведет себя, как ни в чем ни бывало. Разве что охрана все это время усилена. И меня не выпускают даже прогуляться до соседнего дома.
— Только не говори, что ты снова присмотрел мне жениха!
Нет. Только не это! У них война, разборки, и…
И еще неизвестно. Вдруг следующий окажется еще хуже, чем тот Кобра.
— Молчи, Алиса. Что за вольности? Если бы не проклятый Север, была бы уже замужем. Тогда такого тона себе бы не позволила! И сейчас не позволяй! Выйдешь к гостям и будешь улыбаться. Будешь самой милой и скромной девушкой, какую только можно себе представить! Само очарование! Ты поняла?
Только опускаю глаза вниз.
Да. Я буду. Буду самой тихой, скромной и незаметной. Ведь завтра отец уезжает!
И я вовсе не отказалась от своего плана на побег!
Наоборот.
Наличности, припрятанной в саду стало намного больше. И я успела снять квартиру по интернету. В таком захолустье, что отец, скорее всего, даже не подозревает о том, что такой район у нас существует!
Сердце стучит оглушительно громко. Главное себя не выдать. И ничем его не рассердить!
— Я сам выбрал платье. Тебе доставят.
И больше ни слова.
А я…
Обмираю, когда приносят заказанный отцом пакет.
Ярко-красное платье в пол.
Облегающее, как перчатка.
Сверху держится только на груди. Низ струится ниже щиколоток. А разрез… Разрез чуть не до самого бедра.
О. Боже. Мой.
Незаметной?
Да для всех его гостей я буду выглядеть, как красная тряпка для быка!
А это может означать только одно.
Отец в этой войне нашел нового союзника. Матерого. Еще более жестокого, чем тот, что был прежде! И снова решил скрепить свое сотрудничество мной!
Это я буду королевой? О, нет. Нет, нет, нет! Это ты, папочка, решил через удачную свадьбу закрепить свои будущие позиции в начавшейся войне!
И… Кто знает? Не исключено, что этот новый кандидат и убил того самого первого, который не мог вызывать ничего, кроме леденящего ужаса и жгучей ненависти с отвращением!
И все же послушно выполняю его приказ. Куда деваться.
Невесело усмехаюсь себе в зеркале. Да. Я выгляжу роскошно. Даже слишком роскошно.
Как товар, мимо которого просто невозможно пройти!
Он все спланировал. Уже даже не остается сомнений!
Выпиваю бокал шампанского, чтобы расслабиться. Чтобы перестали дрожать руки и подкашиваться ноги. В лицо какой ужасной новой реальности я сейчас посмотрю?
И еще один. И еще…
Мне страшно. Мне до одури просто жутко выходить в этот зал! Хоть я и не пью спиртного. Никогда.
Выхожу, пригладив напоследок вечно непослушные вьющиеся волосы.
И так и замираю на высоких ступенях, окидывая взглядом зал.
Встречаюсь глазами с черным, прожигающим взглядом.
Он острый. Порочный. Обугливающий до костей.
Сердце срывается на какой-то бешеный, безумный ритм.
В черной рубашке и брюках. В такой же черной простой полумаске, как и принято на отцовских балах.
Высокий. Крупный. Волосы цвета воронова крыла зачесаны назад.
Он просто стоит внизу. Поотдаль от всех. Медленно, тягуче потягивает виски из стакана. Не отрывая от меня пронзительного взгляда. Такого пронзительного, будто врезается. Насквозь. Намертво. До нутра.
И весь зал перед глазами будто расплывается.
Хочется прижать руки к груди. Придержать сердце, которое вдруг начинает выскакивать наружу.
И сбежать. Сбежать от него, из этого зала, хочется еще сильнее.
Да только ноги не слушают.
Я словно приросла к ступеням. Намертво. Прочно. Нанизанная на прочную сталь его взгляда, его глаз.
От него веет какой-то дикой мощью.
Такой, что пробирает насквозь. С одного единственного взгляда.
Ноги тут же становятся ватными.
А еще…
Еще я будто чувствую вкус виски, которое он пьет, поигрывая стаканом.
Тот, что остался на его чувственных, идеально очерченных губах цвета спелой вишни…
Черт!
Да что со мной происходит!