Кира Шарм – Невеста по контракту (страница 58)
— Ай!
Не замечаю, как нога сползает вниз. И я со всего размаху лечу в ледяную воду, нелепо размахивая руками.
— Артеееееем!
Вода слишком холодная. По-настоящему ледяная.
Я захлебываюсь и бью руками по воде.
Но не могу выплыть. Ногу от холода сводит судорогой.
И я чувствую, как нелепо иду ко дну.
— Артееееем!
Мо крик получается очень слабым.
А в голове единственная мысль.
Насколько далеко он отошел?
— Я здесь. Тихо. Не бойся.
Меня крепко обхватывают горячие руки.
Он с силой прижимает меня к такой же горячей груди.
Черт.
Кажется, от жара его тела вода сейчас просто вскипит.
— Тебя ни на секунду нельзя оставить одну.
Хрипло бормочет Артем, вытаскивая меня на берег.
Он не успел сбросить одежду.
С нас обоих сейчас просто льет.
А я цепляюсь за его рубашку мертвой хваткой и стучу зубами от холода.
Руки закоченели так, что я просто не могу их разжать.
А еще мне до сих пор страшно, хоть Артем уже и вытащил меня на берег. Страшно до ужаса. Просто до одури.
— Я должен был помнить, что тебя нельзя и близко подпускать одну к воде.
Артем прижимает меня к себе так крепко, что мне даже становится трудно дышать.
Зарывается всей пятерней в мои мокрые волосы.
Прижимает голову к своему плечу.
— Тихо. Тихо, Оксана. Успокойся. Все хорошо. Ты в безопасности. Пойдем. Сейчас согреемся.
Он подхватывает меня на руки и уверенно куда-то шагает.
А я так и не могу расцепить руки. Только сильнее прижимаюсь к нему, все еще безумно дрожа.
Глава 24
Артем доносит меня до небольшого деревянного домика.
Ногой распахивает дверь, и она поддается, с жалобным скрипом повисая на петлях.
— Тихо. Тихо, малыш. Все хорошо.
Артем поглаживает меня.
Доносит до небольшой деревянной кровати, на которой скручены теплые одеяла.
— Подожди. Я сейчас все здесь залью.
Пытаюсь пошевелиться, чтобы выбраться из его захвата, но тело совсем закоченело. Никак не слушается.
— Ты права.
Артем резко разворачивается и опускает меня в широкое плетеное кресло.
— Давай. Подними руки.
Мне с огромным трудом удается расцепить замок, в котором мои пальцы переплелись, обхватывая Артема.
Пытаюсь поднять руки, но все бесполезно. Все тело стало просто деревянным и ведет себя так, как будто и не я его хозяйка. Не слушается совсем.
— Не могу.
Выдыхаю, пытаясь выдавить из себя вымученную улыбку.
— Я понял.
Артем кивает.
Усаживается передо мной на корточки.
Сам поднимает мои руки вверх и стягивает водолазку, которая, мне кажется, весит сейчас килограмм триста, никак не меньше.
Сейчас мне до ужаса неловко. И стыдно.
Мысленно дергаю руками, чтобы прикрыть хотя бы белье. Но ожидаемо, ничего не происходит.
Стучу зубами, наблюдая за тем, как моя водолазка улетает куда-то в сторону.
Артем крепко сжимает челюсти, красноречиво глядя в область моих бедер.
И я с ужасом понимаю, что и с джинсами сейчас просто не в состоянии справиться.
— Тихо.
Все тело напрягается, когда пальцы Артема ложатся на пуговицу на моих бедрах.
— Ну, чего ты дергаешься? Это же я, малыш. Я.
Он расстегивает пуговку, а после и молнию на джинсах.
И я уже не понимаю, от чего закоченеваю еще сильнее.
Он того, что я настолько замерзла или от его прикосновений. И того, что чувствую себя совершенно беспомощной сейчас.
Тогда, ночью, после нашей свадьбы, все было совершенно по-другому.
На нас будто обрушился ураган. Бешеная, безумная страсть.
Но теперь все иначе. Белый день и каждое движение Артема совершенно осознанно.
А еще тогда совсем не было мыслей, а теперь они есть. И кричат мне о том, что отправиться с ним сюда вдвоем было самой ужасной ошибкой.
— Оксана. Я не причиню тебе вреда. Или ты хочешь замерзнуть? Просто помни о последствиях. Яичники. Почки. Воспаление легких. Поверь, это будет намного большей проблемой, чем то, что я сейчас стяну с тебя штаны.