Кира Шарм – Конечно, беременна! (страница 34)
Ее рот приоткрыт, и я вижу, как спазмами дергаются ее губы.
И только переведя взгляд туда, куда она смотрит, понимаю, - я же, блядь, ширинку так и не застегнул!
- Лиза! – на ходу дергая змейку, бросаюсь к ней, но она уже несется от меня к выходу на такой скорости, как будто здесь начался пожар. – Лиза, твою ж мать! – ору на весь ночник, пока меня резко не тормозит рука Юрки.
=46
- Совсем охренел? – шипит тот, обездвиживая меня крепким захватом плеча.
И уже поздно, - я вижу, как Лиза впрыгивает в такси, которое срывается с места с гулким ревом.
- Твою мать, - шиплю, со всей дури ударяя кулаком о стену. – Да отпусти ты меня! Я в порядке, все уже!
И что теперь мне делать?
Ехать к Карамельке, ломиться в двери, и доказывать, что ничего не было?
Да она меня пошлет, даже не глядя!
Что ж за день сегодня такой, а?
Кажется, прямо вот все звезды сошлись так, чтобы мне сегодня нагадить!
Лиза.
Что и требовалось доказать.
Хотя…
И доказывать ничего не нужно было!
Мало того, что у него Ниночка, - и с ней сразу все понятно, даже без всякого прикрытия и делания вида, будто она только на звонки отвечает и кофе готовит, - так он еще в ночном клубе все, что шевелится, трахает!
Я неслась в такси по ночному городу, пообщав водителю тройную цену за максимальную скорость.
Слезы, хлынув, залили даже топ, не говоря о шее, - и я даже их не вытирала. Как будто нет сил даже поднять руку.
Внутри все просто выжигало, - и никакая скорость не помогала мне убежать от этой боли.
А ведь я даже и не заметила, как это произошло. Когда?
Не спорю, - Аскольд с самой первой встречи вызвал во мне какой-то ураган страсти и жделания, - но когда это случилось? То, что я несусь сейчас без оглядки, стараясь убежать от собственных чувств?
Потому что сердце разрывается напополам.
И так больно…
Как же так вышло, что я, - действительно, по-настоящему влюбилась в него?
Ну, - как? Если на нем, будто неоновая вывеска светится : « Не подходи. Опасно». Типа как « не влезай. Убьет».
И что мне теперь делать?
Бросить все и сбежать?
Не брать трубку, если он будет звонить, не появляться у него в офисе, да и вообще – можно же даже квартиру другую снять, чтобы он меня не нашел!
Видеть его после сегодняшнего не могу! Вот просто до физической зубной боли!
- Хватит, - бормочу водителю, как только ко мне снова возвращается способность говорить. Все это время легкие обжигало настолько, что ни единого звука не могла издать, хотя несколько раз и раскрывала рот, - слишком уж далеко мы уже заехали от моей квартиры. Но рано или поздно все равно придется возвращаться, - да и не даст это ничего, даже если я так трое суток промотаюсь с водителем. – Везите меня домой.
Еле доплетаюсь до квартиры, как будто это было не езда, а я сама бежала через весь город, и измотала все силы, которых осталось только на то, чтобы отшвырнуть мобильник с кучей пропущенных от Алинки.
Ничего, - я ей сказала, что еду домой, так что беспокоиться она не будет, по идее. А вот она так и осталась там, в ночнике, прямо зависла.
Да и ладно. Какое это уже имеет значение? Какое ВСЕ теперь уже имеет значение, если хочется только одного, - залезть с головой под одеяло и больше никогда из-под него не высовываться?
Сказала бы, что лучше бы и не высовывалась в этот вечер, - тогда Аскольд остался бы для меня тем, кем еще был этим утром, - пусть даже и с сомнениями насчет того, что я для него значу.
Но – нет. Теперь зато все сомнения развеялись, все стало предельно ясно.
Я для него – просто никто. И таких у него вагон и сто тележек. И мне даже не жаль того, что я об этом узнала. Все лучше, чем пустые надежды и иллюзии. Предельная ясность, - и пусть она даже приносит эту адскую боль, которая сейчас раскурочивает меня изнутри. Но все равно – правду знать всегда лучше, какими бы ни были трепентые надежды.
- Ну, наконец-то, - звонок Алины выдернул меня из тяжелого, но все равно блаженного сна, - потому что в нем не было памяти и сновидений где-то около шести утра. – Что с тобой вчера случилось?
Ну, - не говорить же мне, что тот, в кого я умудрилась вдруг влюбиться вышел вчера из кабинки с расстегнутой ширинкой после того, как эту самую кабинку покинули две девицы, явно не обьремененные особой моралью? Да и Алинка только рассмеется, знаю я ее. Скажет, что сама виновата, - нужно было не доводить мужика до сперматоксикоза! И вообще – не готова я обсуждать все эти детали, даже с лучшей подругой!
- Ничего особенного, - сон слетает в один миг и глаза снова наливаются слезами. – Просто… Ну, скажем, кое-кого встретила, с кем очень бы не хотела встречаться.
- Расскажешь? – мне кажется, или Алина там не одна? Какое-то тяжелое дыхание на заднем плане…
- Ничего такого особенного, - отмахиваюсь я, слыша, что дыхание становится более явственным. – Ты, я смотрю, тоже кого-то вчера встретила?
- Ага! – довольным голосом подтверждает Алина, и, судя по булькающему звуку, ее губы становятся уже не свободны.
А я только зажмуриваюсь, стараясь отогнать от себя образ Аскольда. И да – в том числе, вот прямо именно сейчас в ее постели. Потому что знаю я Алинку, - она на такие подвиги очень даже способна. Ну, а в нем после вчерашнего вообще сомневаться не приходится!
- Ладно тогда, наслаждайся там, - бормочу, сбивая вызов.
=47
Нет, - все-таки решаю, решительно взглянув в зеркало и утерев запухшие и запоаканные глаза. Не доставлю я Крушинину такого удовольствия – вот так, из-за гулящего козла все бросить и завалить свое будущее! Козлов, между прочим, на свете много, а карьерный взлет у меня – один! И с этим таиландским наследником все так удачно вышло может, такой шанс предоставляется в жизни один на миллион! Может, я после этого действительно серьезным делом заниматься научусь! И папочка тогда наконец-то признает, что я гораздо больше, чем просто его маленькая балованная дочурка!
Где-то в глубине души все-таки всколыхнулась мысль и о том, что,пока я буду рядом с мерзким Аскольдом есть еще, возможно, шанс на то, что и он все-таки посмотрит на меня по-другому – не так, как на всех остальных окружающих его девок для исключительно сексуальных утех, - но эту мысль я очень быстро отправила в мысленную черную космическую дыру.
Нет-нет, мои мотивы сводятся исключительно к тому, чтобы поставить на место этого сексуально озабоченного упыря!
Ну, и, конечно же, - к собственной блестящей карьере!
Больше никаких переходов за пределы деловых отношений!
Никаких улыбок и флиртов!
Этот пожиратель женских сердец не заполучит меня в свою коллекцию!
Найдя в шкафу самый приличный и скромный из всех своих костюмов, - черные брюки и наглухо застегнутая черная рубашка с широкими манжетами, отыскав в дальних недрах деловой черный кожанный портфель, я, решительно выхожу из дому. Только деловые отношения. Только. И точка. Я не позволю себе перешагнуть эту грань!
И все равно – стоит мне только его увидеть, как сердце почему-то сжимается так, будто бы его схватили в кулак. Какой же он невыносимо красивый, - мужчинам нужно запретить обладать такой внешностью! И веет от него какой-то такой силой и безумным магнитическим притяжением, что в одну секунду ноги на высоких каблуках подогнулись и из головы вылетели все обещания, которые давала себе вслух с самого утра!
И даже не скажешь по нему, что всю ночь занимался своими непотребствами, - выглядит так, будто мирно спал, а утром еще и росой умылся! Вот же мерзавец!
Аскольд
Выхожу из машины и просто осталбеневаю.
Даже кажется, что у меня что то со зрением случилось после этой ночи безудержного п’янства, а я уж оторвался, - да так, как не помню, чтобы отрывался даже в лучшие времена
Ни хрена я, конечно же, домой не поехал, - бросив Юрку впервые одного Ну да, хреновый из меня вчера был друг, но Юрец явно не обиделся, повстречав какую- то явно ооочень близкую знакомую, - и как у него только еще запала хватило после вчерашнего отрыва!
Хотя… У меня тоже раньше и запала хватало, и с фитилем все было настолько в асюре, что за ночь мог осчастливить не одну изнеможденную красавицу Только вот в последнее время все мое горючее воспламеняется исключительно в одном, недоступном, глядь, для меня направлении маленькой вредной ведьмочки.
Даже глаза протираю, потому что ни хрена эта Карамелька на мою непохожа.
Куда подевалась вредина, разбрызгивающая вокруг себя флюиды чистого секса?
Вместо нее передо мной шикарная женщина в строгом черном деловом костюме.
С легким презрительным взглядом на окружающее, - такой бывает у светских леди, прекрасно знающих себе цену.