Кира Шарм – Беременна в расплату (страница 92)
Еще. Еще. Еще.
Еще глубже. Еще сильнее. Ворваться в нее так, чтобы слиться намертво! Чтобы не отделить!
Выхожу их нее, а будто кости сам себе ломаю.
Не насытиться! Никогда! Каждый выдох ее пожирать готов!
— Все останется, как должно было быть с самого начала, Мари.
Я выяснил.
Изначального сговора ее семьи с Наиной не было. Случайность. Просто. Гребанная случайность, что шлюха-Алекса на какой-то дебильной вечеринке встретила сынка правой руки этой змеи.
Все вышло наоборот.
План Наины созрел именно благодаря этой случайности!
Она сама на них вышла. Уже после того, как Мари вошла в мой дом, а они потеряли все.
Сама предложила помощь, от которой они не могли отказаться, ведь иначе было не выжить.
Но это не отменяет их вины. Пусть и не такой, как я предполагал, ознакомившись с фактами.
— В этой стране они жить не будут. И не проси. Увидеться с ними я тебе не позволю. Никогда не впущу в свой дом. Но они могут уехать. Начать где-то все с нуля, если получится. Преследовать не буду.
Я знаю. Знаю, что такое семья.
Хоть что переживи, а кровь все равно к крови притянется!
Вон, как с Градовым Ромкой у нас вышло!
Вроде он от нас открестился. И дел наворотил таких, что расхлебывать пришлось. А все равно. Когда его голову на блюдечке потребовали, каждый из нас готов был драться насмерть за брата!
Но тут другое дело! А там… Там гнилая кровь!
Они, ради собственной шкуры, готовы Мари были продать за три копейки! Это чистая случайность, что они не были в курсе про план Наины.
А если бы были?
Не факт, что не продали бы ее на заклание! Еще бы и хвостами виляли, благодаря за свои тридцать серебренников!
Гнилая. Гнилая кровь.
Может, Мари им подкинули? Подменили в роддоме? Она совсем другая.
Светится.
Единственная. Таких не бывает!
Другая бы наоборот.
Мести бы страшной попросила!
А она…
Зачем ей знать, что ее родню я уже вышвырнул на хрен из страны.
В одной одежде, просто тупо отвезли через границу.
И приказ дан очень четкий. Обратно не впускать. Никогда!
Впрочем, я, конечно, буду крайне пристально следить за каждым их шагом!
Уже утро. Так быстро. С ней часы летят, словно секунды!
Укрываю мою девочку простыней.
Чуть не на физическом уровне больно отрывать от себя ее руки.
— Санников!
Даже не удивляюсь, когда вижу его на пороге.
— Пора отплать свой долг, Бадрид. Ты не находишь?
— Я всегда плачу по счетам, — киваю, провожая его в свой кабинет.
— Чего ты хочешь? За свою помощь?
— Динара.
— Чтооооо?
Охренеть.
С чего сегодня все такие добрые?
Всем хочется, чтоб я оставил жизнь тем, кто этой жизни ни хрена не заслужил!
— Он гениальный программист. Та программа, которую он создал… Конечно, я сделал бы иначе. Лучше. Но по большому счету, никто в мире, кроме меня, не был способен ее отследить. И никто прежде такого не создавал. Такие на вес золота, Бадрид. Он мне нужен!
— И зачем тебе программист с раздробленным коленом и без руки?
Да.
Я не простил ему того держания Мари за руку! И его счастье, что он касался ее только одной рукой!
— Багиров. Ты задаешь слишком много вопросов. Ты знаешь мои условия. И ты на них пошел. Добровольно пошел. Когда я приду, ты выполнишь любое мое желание. Любое, Бадрид! Это не обсуждается! Или ты что? Хочешь не сдержать данного слова? Не ожидал от тебя. Для Багировых ведь слово священно и нерушимо!
— Да, Санников. Да. Нерушимо. Но, знаешь, есть на свете более ценные вещи. Твоя женщина. Твоя семья. Ты просишь меня оставить жизнь тому, кто покушался на мою жену! Кто ее чуть не убил! А у меня на эту мразь другие планы!
— Слово, Багиров. Твое слово. Ты хочешь бросить на кон всю свою репутацию?
— Да. Мое слово. Но, прости. Моя женщина для меня выше даже чем слово. Разве ты этого не поймешь? Я бы тоже когда-то не понял. Но ты женат и у тебя даже растет сын! И хочу тебе напомнить, Санников. В свое время, когда Градов ее пытался увезти, ты набил ему морду! Чемпиону миру по борьбе без правил, на секундочку! И твоему лучшему другу! А дружба для тебя была превыше всего. Так что ты должен понимать. Эта мразь покушалась на жизнь моей женщины и моего ребенка! Стал бы ты держать слово на моем месте, когда речь идет о таком?
— Багиров! Это ни в какие рамки! Я что? На рынке, чтоб торговаться?
— Давай так, Санников. Я прогуляюсь с этим твоим гением. И если он выживет после нашей прогулки, забирай его себе. Но при условии. Что ты закроешь его в каком-нибудь подвале. И эта мразь никогда не выйдет оттуда!
— Ладно.
Скрипит зубами. Сжимает кулаки.
— В принципе, это справедливо! Сообщи мне о месте прогулки. Когда нагуляешься.
— Сообщу. Обязательно сообщу, Стас.
— А знаешь, Багиров, — он оборачивается уже у выхода. — Я тебя понимаю. И теперь даже готов подать тебе руку. Они… Они для нас и правда. Выше всего. Даже не думал. Что в тебе человеческое проснется.
Санников уходит, а я усаживаюсь за стол, потирая виски.
Да. Много перемен. Слишком много. И сколько их еще будет!
Впрочем, рассиживаться особо некогда. Пора и правда. Слегка прогуляться. Пока моя девочка так сладко спит!
— Это могильник.
Поясняю для тех, кто сам не смог догадаться.