Кира Шарм – Беременна в расплату (страница 37)
— А вот и ни хрена, Давид. Ни хрена. Документ самый что ни на есть подлинный! Я думаешь что? Тысячу раз уже не перепроверил?
— И кто же она, наша пташка?
Заглатываю вторые полбутылки.
Да. Наш старший брат всегда был не особо разговорчив. Не особенно любил посвящать в свои дела! Но, блядь! Не до такой же степени!
— А вот это вообще пиздец, как интересно, братец! Наша новообретенная родственница Мари Касимова.
Даже давлюсь, разбрызгивая на белоснежную рубашку виски.
— Серьезно? И ты точно? Вот все-все проверил, да?
— Дааааааа, — Арман зажмуривается, опрокидывая в горло новую бутылку виски. Откидывается на спинку кресла.
Но я знаю. Для него это тоже самое, что боевая стойка для зверя. Это означает. Что он готов на кого-то наброситься. Сжать горло и переломить позвонки одним движением.
— И тебя вот никак не смутило, что Мари Касимова, наша троюродная племянница, погибла в восьмилетнем возрасте?
— Как видишь, воскресла. Документы чистые. Брат. Не подкопаешься.
Охренеть.
Расстегиваю верхние пуговицы рубашки.
Что там Бадрид наворотил?
— Я думаю, у него был какой-то разумный план. Он же все делал в спешке перед этой свадьбой. Может, рассчет был на то, чтобы Лузанская стала именно второй женой? Важный вопрос наследников и содержания и…
— Охренеть важный! Бадрид прям пророком у нас оказался! Замутил так, что хрен теперь размотаешь! Прям как знал, что семья Лузанских захочет во время свадьбы его убрать и всю нашу империю себе присвоить! Только вот, блядь. Незадача. Семейка-то вся полегла в том блядском взрыве! Вся, Давид!
— И что ты думаешь? Что он сам весь этот взрыв подстроил? Не вопрос. Это было бы логично. А сам отсиживается где-нибудь в безопасном месте. После можно сказать, что контузия была и сам себя не помнил. И выхаживали его в чужом доме какие-то бедные самаритяне. Ну, или хм… Самаритянка… Симпатичная какая-нибудь… С вот такими, — провожу руками по воздуху, очерчивая полушария.
— Хм…. Глазами… Только, блядь, снова нестыковочка. Это не в характере Бадрида. Вообще не в стиле Багировых! Ну? Ты можешь хотя бы на секунду представить такую хрень? Чтобы кто-то из нас… Вот так… Исподтишка… Бадрид время выиграть хотел. А после с Лузанских и всех остальных семей спросил бы. И по полной. Но взрывать дом бы не стал. И жену, девчонку. Которая не при делах, точно бы не убивал! Развелся бы, как с отцом его решил, и все. Мы не крысы, Арман. Не шакалы, что наносят удоры ножом в спину! Хоть, может, и зря. Многих проблем смогли бы избежать. Но, блядь, это как самому себе в лицо плюнуть! Мы всегда выступает честно. С открытым забралом. И смотрим в лицо! А женщин тронуть? Это вообще не по-нашему!
— Нестыковочек во всей этой истории слишком до хера, Давид. Вот ты мне скажи. На хрена ему воскрешать давно погибшую девчонку? И вдруг жениться? Мог бы вполне жениться на живой если ему так припекло, а?
— А самое интересное во всей этой нестыковочке то. Что он ВСЕ! Все, Давид. Оставил этой своей жене-покойнице! Всю, на хрен, НАШУ империю!
— Завещание ты тоже проверял?
Вот теперь становится жарко. И даже виски ни хрена не охлаждает.
— А ты думаешь что? Я бы нашей империей швырнулся? Все оформил так, что ни хрена не подкопаешься! На случай его смерти все переходит к ней. Не только дома и бабки. Давид. Все, понимаешь? Весь бизнес и даже инвестиции!
— Охренеть, — ерошу волосы, зарываясь в них всей пятерней.
— Нет. Ну нет. Ну какой ему резон! Даже если бы его привязали и пытали, все равно бы такой лютой хрени Бадрид бы не учудил! Даже если бы ему конечности отрубили! А насколько я помню. Конечности были на месте, когда я его видел в последний раз.
— Ага. Или через одну. Очень интересную конечность. Мозги ему на хрен высосали. Что? Скажешь, что с Бадридом такого случиться не могло? Что он из нас самый непробиваемый? Согласился бы. Как на духу соласился бы и полностью тебя бы в этом утверждении бы поддержал! Но! Ты помнишь, как с этой девкой вышло? С его выкупом? Он же все чуть не просрал из-за нее! Увы, брат. Надо признать. Наш старший, который всегда был для нас примером. Очень слаб на то самое место! У него туда не кровь. У него туда весь мозг. На хрен, уходит! Как и у тебя. Но у тебя приступами. А у старшенького. Нашего. Видно, перманентно!
— Арман!
Отшвыриваю бутылку. Сжимая кулаки.
— Хочешь, чтоб сейчас у меня стало на одного брата меньше?
— Это интересно. С чего? Я что? Хоть раз давал себя побить?
— С того, что надо фильтровать базар, на секундочку.
— Я когда-то говорил хоть слово болтовни? Или выдумки? Ну признай.
— Тебе просто некоторых вещей не понять. Арман. Ну совсем. Ты непробиваемый.
— А с хрена мне. Чтоб меня всякой хренью пробивали. М? Я отделяю все. Распределяю по своим местам. Отдельно член. Отдельно здравый смысл. А вы, блядь, смешиваете все в кучу!
— Давай оставим этот вопрос до других времен!
Сам не замечаю. Как бутылка лопает в руке. Рассыпаясь на стеклянные брызги.
— Вопрос простой. Если ты уверен. Что эта самая дохлая жена устроила покушение, то…
— То ни хрена мы ей не сделаем, Давид! Потому что такой ход мысли тоже учтен в завещании Бадрида! И в случае ее смерти, все имущество переходит, на хрен, к детским домам! И на всякую прочую благотворительность!
— И что ты предлагаешь? Я бы на хрен сжег и бумаги и того. Кто их регистрировал. Чем не решение? Ну, или в крайнем случае. Мы признаем Бадрида психом. Или что завещание было написано под давлением.
— Ага. Я так и вижу. Как какая-то пигалица на него давит. Прям связала и стоит с пистолетом у виска. Или нет. Это же не про нас, правда? Связала и стоит с губами у члена! Вот это по-нашему! По- багировски! Мы же только на такое давление поддаемся? Да, Давид?
— Арман.
Новая. Еще полная бутылка раздавливается в руке.
— Я сказал. Все намеки и разборки после! Не вынуждай! Вот не вынуждай меня тебя сейчас пристрелить. А после горевать над старшим братом!
Теперь его очередь давится виски и вытырать разбрызганный напиток.
А глаза какие страшные делает!
Как будто я ему сказал. Что когда-нибудь он обязательно свихнется, потому что это у нас генетическое!
Посмеялся бы над ним, но сейчас другие вопросы важнее.
Арман так выразительно сжимает кулак, что я почти даже слышу хруст позвонков этой дамы. Не вопрос. Тут Бадрид. Если это, конечно, был он, поступил верно. На сто шагов наперед просчитал.
Потому что, стоит ей только появиться, к ней даже не будет вопросов. Сразу одна дорога. Убрать.
А, значит, он дорожил этой загадочной женщиной!
Если, конечно, это и правда сделал Бадрид…
Самому себе хочется по мозгам настучать! С каких херов я думаю про брата в прошедшем времени!
Он еще появится! А когда появится, я знаю, за чье горло подержусь с огромным удовольствием!